Два лика Ирэн (СИ) - Ром Полина - Страница 108

Лорд помолчал, собираясь с мыслями, ещё раз глотнул вина и продолжил:

— Зато на войне очень даже прилично обогатились земли Сайвонских и Коринских. Они продавали зерно, шерсть, мясо, сыры и овощи королевской армии. Сейчас им совсем не выгодно, чтобы страна вставала с колен – армия рассредоточена по землям лордов, король перестал закупать их продукцию в таком масштабе. Им нужна война с Франкией или Гишпанией, чтобы и дальше грести золото. Герцог ухитрился за шесть лет спустить большую часть того, что нажито было за годы войны! Глупец!

— Отец, но ведь и ваших земель война не коснулась.

— Да! Но я понимаю, что, разорив одну половину королевства, Англитания не выживет, и вторая часть страны загнётся сама собой. Лет триста назад, Ирэн, эти земли не были нашими. Тогда Англитании не существовало. Была огромная страна Баритания. И её просто разорвало на части войнами. Мы – просто остатки великих предков! Потому я и буду сидеть в этом кресле столько, сколько смогу. Я не самый праведный человек, Ирэн, но свято верю, что за это Господь простит меня и примет в свои объятия.

Ирэн помолчала. Старый тиран и самодур повернулся к ней совсем неожиданной стороной. И сторона эта вызывала у неё уважение и некий трепет – сама она не думала столь масштабно. Однако, то, что лорд-отец прав от начала и до конца, она видела. Потому, немного помявшись, сказала:

— Мне жаль, папа, что раньше вы не говорили со мной так…

Лорд Беррит положил горячую короткопалую лапищу на тонкую кисть Ирэн, чуть сжал и сказал:

— Ты выросла, девочка. Возможно, пришло и твоё время взглянуть на жизнь другими глазами. Нельзя только хапать, ничего не отдавая. Ступай. Уезжай домой и расти детей – здесь тебе пока нечего делать.

— Когда можно ожидать возвращения лорда Стенли?

— К осени он должен вернуться. И тогда ты снова прибудешь сюда, в столицу. Через неделю будет королевская свадьба, потом их величества поедут объезжать свои земли и вернутся сюда в конце месяца новембера. Так что я жду и тебя. У меня большие планы, Ирэн, я собираюсь представить тебя принцессе Альдине, точнее – уже королеве Альдине. Конечно, она ещё юна, но старый Педро на совесть обучал детей – она умна и прозорлива.

— Я постараюсь не подвести вас, отец, но целый год без мужа!

— Помни, ты – урождённая Беррит! Справишься. Ступай, Ирэн. Я велю выделить тебе надёжную охрану.

— О, отец, у меня к вам просьба.

Лорд несколько удивлённо вскинул брови:

— Тебе нужны деньги?

— Нет, отец. Денег мне хватает. Я хочу, чтобы моего мужа уволили с должности капитана королевского войска.

— Ах, вот оно что! Ну, тут ты права, совершенно права! — лорд как-то странно улыбнулся.

— Да, а если бы можно было вернуть к этой должности капитана Веста, это было бы вообще прекрасно. Я вполне доверяю ему.

— Я понял тебя, дочь.

В столице Ирэн задержалась ровно настолько, сколько потребовали дела. Приглашение на свадьбу их величеств у неё не было, да и слава Богу – не нужны ей эти жуткие придворные увеселения. Нет, если бы ей было интересно, безусловно, как дочь лорда Беррита, она получила бы хоть три приглашения. Уже одно то, как к ней относились во время визита во дворец, говорило о том, что власть лорда-отца велика.

Путь домой по накатанной дороге был не так уж и тяжёл, но Ирэн возвращалась очень расстроенной – мужа она не увидит ещё почти год.

В графстве всё было тихо и спокойно, росли дети, обучалась нужным вещам баронесса де Монаст, хвасталась отличным доходом леди Присса, которая приехала зимой на целый месяц. Нельзя сказать, что она была так уж добра к детям, что позволяла им всё. Совсем нет. Она была строга и требовательна, но почему-то каждый вечер все, включая уже юношу Дикона, собирались на большом ковре в её комнате, рассаживались на подушках у камина и слушали неторопливые рассказы о хозяйстве, о двух войнах, которые она видела ещё в юности, о том, как её муж привёз с одной из них чёрного человека – совсем чёрного и не говорящего на англитанском. Однако потом Ронд обучился и говорить, и петь, а какие странные песни он пел по вечерам, рассказывая о своей стране… Погиб Ронд на волчьей охоте ещё совсем молодым, прожив в их донжоне три года. Лорд Стенли тогда был совсем малышом, даже не помнит его.

В середине зимы в замок прибыл капитан Вест и встреча была радостной – Ирэн стало несколько спокойней. Хотя, безусловно, капитан Тоун справлялся со своими обязанностями, но королевские войска ему не подчинялись, и при отсутствии барона пару раз были конфликты. Не слишком тяжёлые и затяжные, но всё же…

Под эти спокойные разговоры, маленькие хозяйственные проблемы, успехи и неудачи детей тянулась зима. Длинная-длинная зима, которую леди Ирэн пережидала, как росток. Озимый росток, что ждёт солнца и тепла под толстым слоем снега. Даже успехи Артура в математике не слишком радовали её. Нет, конечно, она хвалила сына и по-прежнему зорко наблюдала за здоровьем людей и домом, но странная грусть заставляла её время от времени стоять у окна, вглядываясь в заснеженный двор.

Вдруг там поднимется суматоха и вбежит горничная, докладывая о приезде барона де Аркура? Ну, вдруг?! Однако мечтам этим сбыться было не суждено. Зима истаяла в первых лучах весеннего жаркого солнца, а после замок захватили летние хлопоты.

Внутри леди застучал странный метроном. Стоило ей ненадолго отвлечься от хозяйства и детей, присесть, задумчиво глядя в одну точку, как он начинал свою работу: «Скоро-скоро… Скоро-скоро…».

В начале октембера леди Ирэн, перепоручив графство заботам баронессы де Монаст, садилась в карету. «Скоро-скоро…».

18

Первый, кого увидела леди Ирэн, въехав во двор столичного дома, был барон Стенли де Аркур. Её взгляд сам собой выделил среди десятка отцовских солдат фигуру мужа. Лорд стоял к ней спиной и только начал поворачиваться на шум распахивающихся ворот.

Всю дорогу она нетерпеливо подгоняла кучеров и охрану, сокращала, сколько возможно было, время стоянок и отдыха, торопилась, хотя и знала прекрасно, что до приезда мужа ещё остаётся больше месяца. И вот сейчас, глядя на Стенли, неожиданно оробела. Ирэн было страшно натолкнуться на вежливый поклон и равнодушный взгляд. Они не виделись больше года, что, если… Что, если муж отвык от неё и позабыл? Что, если она не важна ему больше? Что, если он втянется в политику, как её отец, и времени для семьи у него больше не будет?!

Лорд Стенли прервал разговор с солдатами и повернулся к въезжающему во двор кортежу. Осеннее солнце слепило глаза, он не сразу различил гербы на дверцах, зато мгновенно узнал охранников – приехала его жена. Почему-то у него пересохло во рту – он не ждал её так рано.

Лорд Беррит говорил, что Ирэн приедет к сезону зимних балов, уже после возвращения из свадебной поездки их величеств. Сам лорд почти не появлялся в собственном доме, оставшись на время отсутствия короля заниматься государственными делами. И жил он в тех апартаментах, что раньше принадлежали герцогу Сайвонскому. Однако и домой, в замок, лорда де Аркура он не отпускал.

— Тебе необходимо дождаться королеву, Стенли. Наверняка у её величества будут вопросы к тебе. Она захочет узнать из первых уст, как всё прошло. Конечно, о смерти королевы-матери она уже знает, но про остальных обязательно захочет поговорить с тобой.

Барон понимал, что лорд Беррит прав, но от этого было не менее тоскливо. И, кроме того, с ним ездила куча народу – барон охотно оставил бы кого угодно отчитываться королеве, а сам бы вернулся домой. Но тесть твёрдо сказал – нет. Пришлось подчиниться. За время совместного сидения в тюрьме лорд де Аркур успел оценить и мудрость тестя, и его мужество, и это уважение, которое он испытывал к лорду-отцу, заставляло стиснуть зубы и терпеть. Не все планы лорда Беррита он знал, но чётко понимал – граф не сделает во вред своей семье ничего.

Педро Воинственный был далеко не так воинственен, как гласила молва. Болезнь и смерть королевы и двоих детей изрядно подкосила его, сгорбила прямую спину и щедро окрасила виски сединой. Столица Гишпании, Марридо, была в трауре по королеве. Горели костры – сжигали дома больных и трупы. Однако лорда Стенли к его величеству допустили. Колебался король не так и долго, слишком убедительны были письма дочери и посла Вальдео.