Истина внутри кошмара (СИ) - Алексеев Владислав Владимирович "Radical" - Страница 29

Да, мы совершили преступление, но никто не пострадал от того, что братья взяли немного ресурсов со складов, особенно на фоне того, что приближенные Рэвери итак получали их с избытком. Что плохого в том, что немногим больше досталось той, кто действительно в этом нуждалась? Когда Виз, который был одним из советников, поймал моих близких за кражей, я верила, что наша госпожа поймет ситуацию, пойдет навстречу и простит их, но этого не случилось. Старший из моих братьев был публично казнен, а на остальном семействе навсегда осталось клеймо позора. Стремясь избежать издевок и ухудшившегося отношения со стороны соседей, мы вернулись в старый Рандервиль, обратно в болота, где располагался наш первый дом. Там тоже проходили некоторые работы, а потому мы оставались частью нашего народа, но оказались обособлены от остальных, как изгои.

Так и разрушились все мои мечты, все стремления и вера в величие человека, который сумел изменить наш образ жизни. Восхищение сменилось ненавистью, а за ненавистью последовала жажда мести. Тогда уже ходили слухи о бессмертии нашей госпожи, что и являлось одним из главных залогов ее успеха. Долгое время у меня созревал план. Началось все с попыток покушения, при помощи которых хотелось проверить, действительно ли Рэвери неуязвима? Как оказалось, она способна чувствовать любую боль, как и обычный человек, но просто не могла умереть. Тогда я нацелилась на нечто более уязвимое, а заодно, еще один объект моей ненависти — ее ближайшие советники. Так, я убила сначала Хаарона, а потом и Виза. Лишь Кардель сумел уцелеть.

Меня поймали и посадили в клетку. Однако, я изначально знала, что рано или поздно буду побеждена. Моя цель — сломить Рэвери, заставить ее страдать так, как она сделала это со мной. Но у меня не получилось. Она и правда оказалась сломленной, но нашла в себе силы понять меня. Так, отказавшись от своего титула и всех достижений в Рандервиле, бывшая правительница оставила город, но перед этим освободила меня из клетки и вывела наружу, рассчитывая, что я догоню своих заранее убежавших родственников и попытаюсь найти новое место в жизни.

Мы сумели простить друг друга за всю причиненную боль и страдания, но сейчас я понимаю, что злость по отношению к ней, злость на саму себя до сих пор сидит в моем сердце. Если бы не эта череда событий, все могло бы повернуться иначе, более счастливым для всех финалом.

Я отказалась от возможности продолжать существовать жизнью, которая потеряла для меня всякий смысл, а потому спрыгнула с высокой скалы рядом с моим домом. В знак прощения, я подарила Рэвери ту самую фигурку, которая предназначалась для нее, и не стала обременять бывшую правительницу лишней ответственностью за собственную судьбу. Это мой выбор, моя последовательность решений и мой конец, который я принимаю.

Но теперь, все изменилось. Теперь я знаю намного больше, чем при жизни, и мне известна та самая правда. Рэвери — моя сестра. Мы обе прокляты, она — на долгое, или даже вечное существование, а я — на бесконечные перерождения.

И есть лишь один способ прервать оба проклятья сразу.

7. Обещание из далеких дней — часть 3

— Гильтер, может ли человек родится бессмертным?

Я уже рассказала Визу о том, кем являюсь на самом деле, и кто такая Джирэн. Ситуация удивила его настолько сильно, что буквально заставила забыть о собственных проблемах.

— Нет, — покачал головой Гильтер. — Любое земное существо смертно, и люди не исключение.

— Но ведь мы с Ромалин лично видели при жизни девушку, которая не могла умереть даже со смертельными ранениями!

— Не я отвечаю за то, как устроены те или иные существа в мире живых.

Гильтер лишь отмахнулся, и неизвестно, знает ли он в самом деле ответы на наши вопросы. Джирэн все еще смотрела на меня, словно бы ожидая вердикта в свою сторону, но, скорее всего, ей все равно.

— Я хочу вернуться в мир живых, — сказала я.

— Что? — нахмурился Виз. — Ты ведь совсем недавно рассказывала мне о том, как это плохо.

— Здесь другая ситуация. Тебе и правда стоит пойти дальше, а меня ждет одна и та же судьба в каждой реинкарнации. Именно поэтому я хочу достичь своей цели сейчас, когда знаю всю правду.

— И что же ты собираешься делать?

— Найду Рэвери… и убью ее.

Именно к такому решению я пришла. Единственный способ прервать всю цепочку несчастий для нас обоих — одновременно прервать наши жизни. Никому не придется страдать от своего проклятья, никто не будет ждать, годами сидя у входа в белые сады. Я с уважением отнесусь к собственному обещанию и сделаю то, чего так хотела в самой первой жизни, но сделаю это на своих условиях. Рэвери и правда моя сестра, и, если это единственный выход — придется лично сопроводить ее к сияющей арке.

— Но ведь… ее нельзя убить…

— Я найду способ, ведь любое существо смертное, а значит, и Рэвери тоже. Надо лишь понять, в чем подвох.

— Тебя ждет тяжелый путь, ты уверена, что действительно готова на нечто подобное? — спросил Гильтер, но было понятно, что ответ для него предсказуем.

— Да, я уверена в своем решении.

Виз стоял, разинув рот, неспособный поверить в происходящее.

— Возвращение в реальный мир — куда более сложная задача, нежели простое перерождение.

— Вся моя жизнь — это сплошная трудность, так что я привыкла.

— Будь по-твоему. В таком случае, я задам еще один вопрос. Если ответишь достойно — помогу тебе, но в противном случае твои шансы на успех будут крайне низкими.

— А мне ничего подобного не говорил, — возмутился Виз.

— Я хорошо знаю, как мыслят люди, — усмехнулся Гильтер. — И совершенно очевидно, что ты не готов к возвращению в реальный мир.

Он снова посмотрел на меня. Значит, он уверен в моей готовности? Нет, вряд ли, ведь неспроста Гильтер хочет задать этот вопрос. Вероятно, именно так он и определит, готова я к выбранной дорожке, или мною движут простые эмоции, мимолетное желание сделать так, как того желает сердце.

— Ромалин, предположим, что твоя сестра попадет в белые сады, но что, если она не захочет умирать?

Мои брови удивленно приподнялись вверх.

— Я помню наш разговор перед моей смертью, и сомневаюсь, что она и правда счастлива со своим бессмертием.

— И все же, как ты поступишь, если она окажет сопротивление и не примет твою сторону?

Я глубоко задумалась. Может ли Рэвери в самом деле начать ценить свою жизнь, пусть и такую долгую? А что, если она не примет свою младшую сестру в таком виде? Вполне может оказаться так, что я действительно пожертвую многим, но мое решение окажется неправильным, так станет ли кто-то вроде меня продолжать стоять на своем?

— Мне придется сделать это, независимо от ее решения, — ответила я. — Она родилась человеком, и является человеком, таким же, как и я, а значит, ей давно пора сделать следующий шаг.

— Значит, ты не отнесешься с уважением к мнению сестры, и поступишь так, как считаешь нужной сама?

С моей стороны последовал уверенный кивок. Это единственный способ привнести покой в наши жизни и сдержать собственное обещание. Гильтер высоко поднял руку надо мной, из-за чего я инстинктивно зажмурилась, но после, он повернул ее в сторону одной из скалистых стен. В тот же миг сбоку появилась маленькая расщелина, которая разбила горный склон на две половинки и раздвигала его в разные стороны, тем самым образуя новую тропу, которая ведет наверх.

— Вы приняли свои решения, и я готов счесть всех присутствующих достойными, пусть и глубоко внутри вас все еще таятся сомнения. Идите же, впереди ждет самое сложное испытание, в котором каждому предстоит доказать свою готовность и отстоять правоту.

Он учтиво поклонился, и вернулся на свой трон, предоставив нам долгожданную возможность подняться еще немного выше.

7. Обещание из далеких дней — часть 4

— Джирэн, — я обратилась к своей копии. — Ты можешь что-нибудь рассказать о моих прошлых жизнях?