Гипноз твоих глаз (СИ) - Васина Илана - Страница 33

— Рад тебе взаимно, дорогой!

Глава 41

— Я тебе не рад и никогда рад не буду. Зачем звонишь? Собираешься явиться с повинной? — рявкнул Альфа в микрофон. Ваграм по обыкновению говорил настолько громко и отчетливо, а ее жених сидел так близко, что Лера услышала ответную реплику:

— Жизнь, дорогой, неизбежно посылает замысловатые сюжеты. Приходится идти на контакт с противником, когда у него есть необходимое тебе, а у тебя — необходимое ему.

— Тебе нечего мне предложить, — заявил мужчина, но уже не так уверенно. Лера считала по глазам его беспокойство за мать, и тут же настрочила сообщение Сове:

— Дина, с Любовью Сергеевной все в порядке? Альфе нужно знать прямо сейчас!

Та отозвалась оперативнее автоответчика:

— Она в порядке. Чай пьем с печеньем. Что за наезд?!!! И с каких пор ты посредничаешь между мной и Альфой?!!!

А следом за первым прилетело другое смс, на октаву повыше:

— Давыдова, это твоих рук дело? Будешь внедрять в Альфу сомнения по поводу моего профессионализма, готовься к сэппуку!

Лера показала ответ Совы жениху, — нет, не про сэппуку, а про мать! — а, когда тот кивнул, на всякий случай прогуглила новое слово. Прочитав, что синоним к «сэппуку» — банальное японское «харакири», она не удержалась и тут же напечатала:

— Ладно, уговорила! Куплю тебе меч. Хотя не советую кончать с собой столь зверским способом. Говорят, это ужасно больно!

А потом, расправившись по-быстрому с Совой, прислушалась к возущенному голосу Альфы:

— Что? Твоих молодчиков в обмен на прекращение налетов? Не держи меня за лоха! Просишь вернуть себе военные ресурсы в обмен на пустые обещания их не использовать. Смешно. Сделаю ровно наоборот. Попрошу своих друзей в полиции посильнее твоих людей потрясти. Авось что-нибудь про тебя напоют…

И, отключившись от Ваграма, мужчина убрал телефон в карман, обхватил Леру тяжелыми, сильными руками и неожиданно поинтересовался:

— Я давно собирался спросить… Сколько детей ты планируешь?

Подобный вопрос, наверно, любая влюбленная девушка жаждет услышать от объекта своих чувств. Вот и Лера почти растаяла от вопроса и от живого, неподдельного интереса в глазах. Почти…

— Пока не планирую. Я старомодна, знаешь ли, — девушка игриво улыбнулась и покрутила в пальчиках золотой локон. — Прежде, чем планировать детей, хотелось бы присмотреть им отца и убедиться в его надежности… Так ты мне не расскажешь, зачем звонил Ваграм?

— Расскажу, если хочешь. Ничего особенного не сказал. Просил отпустить своих людей в обмен на нейтралитет. Но. Все эти обещания не стоят и ломаного гроша. Его дела плохи — вот он и вертится угрем. Я недавно узнал, что высокопоставленные партнеры уже устали покрывать своего приятеля. Остается немного дожать — и он будет наш!

— Так это же отличная новость! — Лера ликующе взвизгнула и крепче прижалась к Альфе, к своему удивлению, не ощущая ответного энтузиазма. — Почему ты не радуешься?

— Потому что это палка о двух концах. Загнанный волк самый опасный. К тому же, на шахматной доске всего за один грамотный ход преимущества могут перейти к противнику.

Лера пожала плечами.

— Это так, конечно, но если не радоваться каждой маленькой победе, то к концу войны вообще разучишься улыбаться… А что насчет Лысого? Его так и не нашли?

— Нет, — Альфа горестно вздохнул и снова нахмурился. — Вот еще один повод не радоваться. Пока ему наступают на пятки, он не смеет и носа своего показать. Но в таком режиме, как сейчас, невозможно жить постоянно. Раньше или позже мы расслабимся, допустим ошибку, и он этим воспользуется. Кстати. Если ты закончила с пловом, поедем в офис! Уволю предателя к чертям, ни минуты тянуть не хочу!

— Подожди, — воскликнула Лера, положив ему руку на грудь. Синие глаза загорелись ярче от внезапной идеи. — Я бы так не торопилась с его увольнением.

***

Лысый уже вторую неделю жил затворником в ничейном полуразрушенном хуторе. В паре километров отсюда стояла глухая деревенька, где родилась и выросла его бывшая жена. Однажды, еще в прошлой, вольной жизни они приперлись в отпуск к ее родным. На целую, долгую неделю. Благоверной пришлось долго уговаривать мужа, чтобы тот согласился отправиться в такую дыру. Но после горячего, прям-таки знойного тройничка, о котором Лысый давно молил жену, возможности увиливать больше не осталось.

Оказавшись здесь, даже он, живший и в трущобах Калькутты, и в африканских маньяттах, поразился убогости этого места. Пьянь беспросветная, полуразрушенные, покосившиеся домишки — словом, мрачнее не придумаешь. Как-то утром, по многолетней привычке отправившись на ежедневную пробежку, Лысый обнаружил в двух километрах от деревни заброшенное строение.

По всему выходило, что уже целую вечность, аж с довоенных времен никто им не пользовался. От крепкого когда-то, каменного здания осталась одна целая комната, соединенная с печкой. Каким-то невообразимым чудом здесь уцелела крыша и сохранился подпол.

Когда Ваграм позвонил ему в Питер и потребовал любой ценой уничтожить своих врагов, Лысый впервые за долгие годы верной службы ему возразил:

— Ваграм Анушович, я изучил ресурсы Альфаирова, и сказать могу только одно: сейчас не время кидаться на амбразуру. Никто не хочет быть куском мяса. Бессмысленно это на данный момент.

— Не понял, дорогой. Ты меня только что идиотом обозначил? — разозлился начальник, перейдя на вкрадчивые, тихие интонации. Как змея шипящая перед броском!

— Нет, что вы… Я бы не осмелился, — исподтишка съерничал Лысый. У Ваграма горел зад и шкура чесалась от страха. Противники наступали на хвост, друзья отдалялись. Он был на волосок от паники и как никогда близок к совершению ошибок. Но, к их обоюдному счастью, Лысый соображал нормально. Его соображалки на них двоих хватит с лихвой. Он набрал побольше воздуха и льстиво выдохнул:

— Позвольте мне действовать самостоятельно, и я положу их оторванные бошки к вашим ногам, хозяин.

— Ладно. Даю тебе две недели. Если за это время не добьешься результатов, считай себя уволенным без выходного пособия.

После того разговора Лысый выжидал целую неделю, скрываясь в мрачной глуши. Из-за безумных распоряжений начальства его маленькая армия разлетелась, как карточный домик. Приспичило, видишь ли, господину Аванесяну нанести удар по питерскому бизнесу Альфаирова без нормальной подготовки, одновременно по нескольким точкам. И вот результат! Кого схватили, кто очканул и сам слинял. Хорошо, что его источник донес: у противника имеется система распознавания лиц, подключенная ко всем камерам в системе онлайн. Лысый успел вовремя залечь на дно. К счастью, Альфаиров не догадывался, кто сливал инфу о нем и его зазнобе. Так что какой-никакой шанс на победу имелся. Главное, правильно наложить грим, а потом расчетливо и осторожно разыграть карты.

Глава 42

Угрюмый издали заметил хвост и прибавил шагу. Незнакомый тип, соблюдая все принципы слежки, уже пять минут шел чуть поодаль на другой стороне улицы и делал вид, что разглядывает витрины. Как только справа подвернулся проход во двор, Угрюмый растворился в арочном полумраке, подобрал тяжелый булыжник рядом с мусоркой, затаился за углом и приготовился ждать.

Вскоре прошелестели совсем рядом тихие, осторожные шаги, и каждая мышца мужчины, ожидающего в засаде, напряглась до предела.

— Ты точно здесь Петькин телефон спрятала? — поинтересовался мальчишеский, ломкий голос. Мужчина опустил руку с зажатым камнем. Чуть на ребенка не бросился! Как дикий, обезумевший пес! Щщет!

— Не… Там, кажись, дом пониже был и потемнее… Блин, не помню! — всхлипнул другой голос. Тоненький, девичий. — Пойдем в следующем дворе поищем!

Голоса удалились, и Угрюмый вздохнул. Он был зол на себя. Сам не понимал, что с ним происходит. Его нервное состояние можно было бы назвать «сердце не на месте», если бы оно у него было. Сердце.

Вдруг бедро мягко завибрировало, оповещая о звонке. Он вытащил телефон из кармана брюк и увидел незнакомый номер. От внезапного приступа гнева и паники чуть не шарахнул свой новый гаджет об асфальт. Козел! Отвали от меня, лысый хрен!