Приключения архивариуса (СИ) - Дашевская Анна Викторовна "Martann" - Страница 41

Я потёр лоб.

– Жизни и смерти… Ну, хорошо, я попробую. Сразу скажу, что вопросы лучше задавать по ходу дела. потому что потом мы всё забудем и упустим что-то важное.

– А ты не собьёшься? – с сомнением спросил Гранкор.

– Ты забыл, у него абсолютная память, – серьёзно ответил Реверди. – Давай, Жак.

– Итак… Жильбер Антуан Марк, одиннадцатый граф де Буа-Жибо, был разведчиком, а иногда контрразведчиком. Его тело было обнаружено слугой Пьером Трюдо утром четвёртого мая. Прибывший маг-медик констатировал смерть от полного истощения жизненных сил…

– А с этим магом-медиком разговаривали? Как проявилось это самое истощение? – спросил Бриван.

– Пока нет, – ответила госпожа Редфилд. – Зато я изучила протокол вскрытия, и это было весьма любопытно. Дюпон расскажет.

Откашлявшись, я продолжил.

– Маг-медик вызвал городскую стражу Анже, а те подтвердили, что смерть была естественной, и пригласили нотариуса для совершения положенных законом телодвижений. Граф никогда не был женат, насчёт бастардов слухи не ходили, завещание не обнаружили, поэтому нотариус, мэтр Калиссак, предпринял поиски, а именно дал объявление в газеты. В начале ноября стукнет полгода со дня смерти, и, если наследники не появятся, всё имущество перейдёт под управление короны как выморочное. До тех пор префектом округа был назначен управляющий, господин Клонель. Упоминавшийся уже слуга Пьер Трюдо беспокоился по поводу сохранности коллекций, поэтому написал в канцелярию мэра Анже, прося прислать мага и разобраться с экспонатами.

– А что за экспонаты? – поинтересовался Гранкор.

Я описал все три коллекции и добавил:

– В общем-то, мы и не успели их посмотреть, только книги.

– Да-да, книги… – мечтательно щурясь, Реверди поглядел в огонь.

– И амулеты, – согласно кивнул Гранкор.

– И винный погреб, – подхватил Бриван.

– Так, ша! – госпожа Редфилд нахмурилась, хотя уголки её губ явно дрогнули в улыбке. – Дайте Жаку договорить, там ещё много увлекательного.

– Да, и кстати – как мы-то оказались впутаны в эту историю? Вроде никаких преступлений с применением магии тут не совершали? – спросил Реверди.

– Ну, вот как раз на этом этапе и оказались, – ответил я. – Мэр переслал письмо в местную Службу магбезопасности, они – в Лютецию, вот и всё. Так что, рассказываю дальше? – дождался общего кивка и продолжил. – Ну, о библиотеке я говорить не буду, ещё не до конца разобрался. Мы расспросили Пьера об обстоятельствах смерти и обнаружения тела графа, и выяснили, что в спальне утром было замечено кое-что необычное. Там долго горела свеча, а вино и еда, принесённые слугой с вечера, были почти полностью истреблены.

– Ага, а граф болел, и поэтому ел мало…

– А поскольку был магом, свечи ему были ни к чему, он пользовался магическим фонариком.

– Именно так. Местные коллеги ничего полезного сказать не смогли…

– То есть, я даже не говорила ещё с ними, – перебила меня начальница. – К сожалению, исполнитель, суб-лейтенант Перне, был переведён по службе в другое место, только и успел, что письмо это переслать нам. Зато у городской стражи обнаружился протокол вскрытия. Вот только местный патологоанатом вскрытия не делал, а протокол слово в слово повторял аналогичный документ полугодовой давности, посвящённый смерти личного помощника графа.

– О как… – Бриван почесал в затылке и осторожно поинтересовался. – Я правильно понимаю, что это ещё не вся информация?

– Не вся, – ответил я. – Обнаружились прямые потомки одиннадцатого графа де Буа-Жибо, внебрачная дочь и её дети, проживающие в Медиолануме. Но это, кажется, уже не по нашему ведомству забота.

– Это точно. А вот причины его смерти, явно далёкие от естественных – вот это забота наша. Как и упомянутый духом интерес некоего гостя со стороны океана к находкам касаемо… Как он сказал, Дюпон?

– Он искал информацию о находках, касающихся законности наследования в трёх высоких семействах Галлии, – процитировал я, и тут меня осенило. Сдавленным голосом я прошептал: – Наследники!

– Что? – нетерпеливо повернулась ко мне начальница.

– Призрак сказал, что у него нет прямых наследников. Но мы-то знаем теперь, что они есть! И самому графу сообщили о ребенке, родившемся у той венецианки, Франчески! А уж дух просто обязан был…

– И ещё духи не могут лгать в ответ на прямой вопрос, – медленно проговорил Реверди. – Госпожа коммандер, хотелось бы узнать, с кем же вы говорили?

Глава 40

Госпожа Редфилд выругалась шепотом.

Подумала, и выругалась ещё раз, уже в полный голос. Щёлкнула пальцами, устанавливая щит от прослушивания.

– И ведь я, старая ворона, даже не сообразила! – сказала она, переведя дух. – Та-ак, и что же это могло быть? Морис? – Гранкор только помотал головой. – Жером? – Бриван возвёл глаза к потолку. – Фернан?

– Представления не имею. Но на нас явно не нападут прямо сейчас. Значит, можно проконсультироваться с кем-то из некромантов, и определить… автора этого впечатляющего выступления.

Тут я перестал искать глазами место, куда можно было бы спрятаться в случае появления злобных духов, и внимательно прислушался.

– Да уж… – наша начальница вздохнула. – Так, Дюпон, найдите нам на кухне какие-нибудь стаканы и возвращайтесь побыстрее. Обсудим ситуацию и дальнейшие действия.

Вместе со мной отправился Реверди, хотя уж пяток стаканов я вполне был в силах донести, о чём и сообщил боевику.

– А, ты просто мало знаешь коммандера, – махнул тот рукой. – В стаканы она нальёт аква-виту, захочет чем-то закусить, и придётся идти второй раз. Кроме того, к этому напитку нужна вода…

– Разбавлять, – понимающе кивнул я.

– Ни в коем случае! Добавить каплю воды в стакан с нектаром, дабы аромат раскрылся.

Пьер сидел на кухне с кувшинчиком вина и читал газету. Мельком я заглянул через плечо и немного удивился – раскрыто было на странице светской хроники. Непонятно, зачем старику, одиноко живущему в глубокой провинции, описания балов или объявления о бракосочетаниях?

Помимо стаканов, мы прихватили пару багетов, банку с рийетом, пирог и несколько кусков сыра, ну, и графин с водой. Действительно, хорошо, что Фернан пошёл со мной, один бы я не дотащил. Да что там, просто не сообразил бы это всё взять!

На столике уже стояла бутылка с золотисто-коричневой жидкостью. Глянув на нашу добычу, госпожа Редфилд кивнула и протянула мне стакан, в который плеснула этим напитком на дно. Я понюхал: пахло… непонятно. Морем, чем-то копчёным, чуть ли не креозотом, немного травой и разогретой кожей.

– Итак, – говорила тем временем начальница. – Кто у нас из некромантов не самый замшелый?

– Лагранж? – с сомнением спросил Гранкор, и сам же ответил: – Нет, не пойдёт. Он из Лютеции в последний раз выезжал лет двести назад.

– Гавранек? Вообще, я бы с пражан начал, в Праге тёмные науки в чести, – предложил Реверди.

– Чего тогда уж не с Валахова? – Бриван фыркнул в свой стакан и опорожнил его одним залпом, после чего сразу же протянул за добавкой.

– А кстати, Валахов – неплохая идея! Габриэл Мокану, например. Или вот Василеску – отличный некромант…

– Был. Пока не свихнулся на идее удержания души в теле до девятых суток, – отрезала госпожа Редфилд.

Я крутил в руках стакан с аква-витой, не решаясь попробовать, но вот промолчать не смог:

– А к вуду этот дух не мог иметь отношение?

В комнате повисло молчание. Трое оперативников переглянулись – и почему у меня ощущение, что они владеют легендарной мыслеречью? – а госпожа коммандер медленно проговорила:

– Почему бы и нет? Хорошо, тогда делаем так… – она отставила пустой стакан и нацелилась на меня пальцем. – Вы, Дюпон, дочитываете дневники графа и находите сведения о трёх высоких домах.

– Погодите, но если дух был засланным и поддельным, то и сведений этих там не может быть?

– Вот и узнаем. И потом, какое-то брожение там происходит, о чём не далее как сегодня рассказал нам маркиз Лавуа. Далее, я отправляюсь в Лютецию и говорю с некромантами. Реверди, на тебе Анже – маг-медик, здешний офис Службы магбезопасности, городская стража и кладбище.