Приключения архивариуса (СИ) - Дашевская Анна Викторовна "Martann" - Страница 39

– Погодите минуточку! – всполошился нотариус. – Как это – связать? Как до возвращения? Это незаконно!

– Милейший господин Жаневиль, – задушевно произнесла госпожа Редфилд. – Я вам свои документы предъявила? Ну вот, что ж вы шумите? Даже если бы я вас тут с кашей съела, и то никто бы мне слова поперёк не сказал, а я всего лишь прошу вас посидеть тихо в удобном кресле пару-тройку часов. А я вернусь, и мы закончим наши учёные беседы.

– Это произвол… – тихо сказал мэтр.

– Совершеннейший, – согласилась Лавиния. – Кстати, это вы раздразнили ястреба во дворе?

– Это беркут, – вдруг сказал Себастьен Атталь. – Беркут, а не ястреб. И задержитесь, прошу вас, ещё на пару минут, потому что это важно.

– Хорошо, говорите.

Вернувшись в своё кресло, госпожа Редфилд ободряюще ему кивнула, и юноша заговорил, с трудом подбирая слова.

– Как вы уже слышали, мой прадед был эльфом из Заветной дубравы. Их семья когда-то принадлежала, так сказать, к высшим кругам этого княжества. Потом… потом они утратили главную семейную ценность и были лишены всех привилегий. Прадед поссорился со своим отцом и поклялся, что он или его потомки вернутся в Дубраву только тогда, когда вновь обретут этот… предмет.

– И это?..

– Страж. Золотой беркут. Та самая скульптура, что стоит здесь, во дворе.

– Хм-м-м, – протянула Лавиния. – Насколько мне известно, птичка обосновалась в Буа-Жибо лет семьсот назад.

Атталь пожал плечами:

– Эльфы живут долго.

– Ну да, ну да… И вы хотите торжественно вернуться, так сказать, под сень дубравы?

– Да сохранят меня от этого Мелькор и Фиалфин! Даже если бы во мне эльфийской крови было не одна восьмая, а девять десятых, на меня там будут смотреть, как на изгоя, хоть я цветущий посох с собой принеси.

– Ну надо же, сколько экспрессии… Господин Атталь, вы можете кратко сформулировать, чего именно вы хотите? Меня и в самом деле ждут.

– Могу, – твёрдо посмотрев в глаза госпоже коммандеру, ответил Себастьен. – Меня не интересует земля, замок, титул и прочие сокровища. Я хочу получить золотого беркута, и готов заплатить по счёту, который вы выставите.

– Прекрасно сказано, – Лавиния кивнула и встала. – Одна маленькая деталь: я не являюсь владельцем этой прекрасной птицы, и даже распорядителем наследства. Моё дело – разобраться в обстоятельствах смерти последнего графа и передать его величеству всю информацию, которую сумею найти. Поэтому, как бы там ни было, поступим, как я только что сказала: вы оба остаётесь в замке до моего возвращения, лейтенант Гранкор за вами присмотрит. Вернусь – поговорим.

– Хорошо, – согласился Атталь. – Я буду ждать. Беркут… неопасен. Не волнуйтесь, он не нападёт без приказа.

– Вы хотите сказать, что привязали его к себе?

– Ещё нет, – улыбка молодого человека коммандеру не понравилась. – Но я только начал.

Запирая библиотеку, я бубнил себе под нос:

– И чего мы попёрлись этим подземным ходом? У меня, может, седина от этого стресса появилась, всё ждал, что какая-нибудь жуть из стены вылезет…

– Никакая жуть сама по себе незваная не лезет, – назидательно сказал Бриван. – Хочешь, я магические замки поставлю?

– Ага, а как я буду их открывать? Нет уж, спасибо.

– А подземным ходом мы прошли, потому что это правило такое: нельзя оставлять у себя за спиной непроверенные двери, – пояснил Реверди. – Согласись, было бы куда хуже, если бы в какой-то неподходящий момент им кто-то посторонний воспользовался?

– Ну, да, наверное…

Мы успели сделать несколько шагов в сторону главной лестницы, когда в противоположном конце коридора появились госпожа коммандер и третий оперативник. Встретились мы как раз у того места, где два крыла лестницы сходились к зеркалу.

– Вы уже здесь, отлично! – не теряя времени, сказала господа Редфилд. – Меня вызывают в Лютецию, служба маркиза Лавуа.

– Геральдическая палата? – удивился я. – Неужели нашли настоящего наследника, и вся наша деятельность попусту?

– Вот и узнаем… Кстати, Дюпон, вы идёте со мной. Вы трое, остаётесь в замке. На кухне слуга готовит еду, в гостиной – нотариус и полуэльф в белом, пусть там и сидят. Можно их покормить, но во двор не выпускать. Мальчишка связан каким-то образом со скульптурой хищной птицы, могут быть неприятности. В случае острой необходимости свяжетесь со мной. Всё ясно?

– Так точно! – шёпотом проорали три глотки.

Входная дверь была чуть приоткрыта. Лавиния приложила палец к губам, потом ткнула им в ту точку, где архивариус оставался бы в безопасности, и выскользнула во двор.

Беркут смотрел прямо на неё, и в золотых очах госпоже Редфилд почудились снисходительность, немного любопытства, и совсем чуть-чуть – какие-то запредельные знания, до которых никогда не добраться человеку, сколько бы он ни прожил.

«Ерунда, – сказала она сама себе. – Что там можно разглядеть в этих круглых немигающих глазах размером меньше монетки?».

Но отчего-то чуть склонила голову и произнесла негромко:

– Я не враг ни тебе, ни этому дому, ни твоему подопечному.

И подпрыгнула, потому что птица чуть повернула голову и моргнула.

– Ладно… Будем считать, что это согласие. Дюпон! Идите сюда.

Молодой человек осторожно вышел и плотно закрыл за собой дверь.

– Да, госпожа коммандер.

Окно портала госпожа Редфилд открыла в хорошо знакомый обоим особняк на набережной Корс, благо Служба магбезопасности позаботилась создать хорошо защищённый портальный зал.

– Мне нужно зайти к Равашалю, – сказала она. – У вас примерно полчаса, ждите меня во дворе.

Дюпон молча поклонился и неторопливо пошёл по лестнице на шестой этаж. Ему было очень любопытно, как справляется с работой его заместитель.

Как это ни удивительно, главы Службы магбезопасности в кабинете не было. Секретарь с улыбкой сообщил:

– И до завтра не будет. Отпуск!

– На один день? – скептически спросила Лавиния.

– Ну, для человека, который выходные от будней отличает только по количеству гуляющих под окном, и один день – немало.

– Ладно… – она задумчиво потёрла нос. – Скажите, Бонфан, не пробегали ли мимо вас какие-нибудь слухи о нашем высшем свете? В первую очередь о высоких семействах?

– Слухи? – бесстрастно переспросил Бонфан. – Какого рода?

Госпожа Редфилд задумчиво пошевелила в воздухе пальцами, обозначая что-то обширное, но расплывчатое.

– Ага, понятно… – секретарь задумался. – Ну, вот разве что – маркиз Делагарди покинул родительский дом и отбыл в неизвестном направлении. Его матушка, герцогиня, вызвала трёх магов-медиков, а герцог заперся в кабинете, и не выходит оттуда второй день.

– Причины известны?

– Ну-у… – глаза Бонфана съехались к переносице, и кончик носа зашевелился; это означало смех. – Если учесть, что в этом самом кабинете как раз позавчера побывали последовательно специалист по наследственной магии, известный врач-акушер и нотариус… Делайте выводы сами, госпожа коммандер.

– Да, действительно. Попробую…

– Что-то передать господину бригадиру?

– Пожалуй, нет. Я отчитаюсь по результатам расследования.

Выйдя из приёмной, она взглянула на часы: до времени, назначенного Дюпону, оставалось двадцать минут. Пожалуй, надо посмотреть, что известно о семье Делагарди, да и вообще, какие фамилии входят в число высоких домов?

И она бодро отправилась на шестой этаж, следом за Жаком.

В архиве было тихо, в зале царила полутьма, несмотря на яркий августовский день за окнами. Лампы, горевшие возле нескольких столов, эту полутьму не разгоняли, а наоборот, будто концентрировали. У стойки никого не было, и я громко откашлялся. За шкафами что-то зашуршало, ойкнуло, и оттуда выскочила – хм! – Камилла Флодель, вот неожиданность.