Любовь вне Времени (СИ) - Безумова Эля - Страница 18

— Кисуля! — мужчина, как довольный кот, который наелся сметаны, потянулся всем телом, — не торопись, кисуля…полквартиры уже на мне. Всю отжать надо! Ты же, звёздочка моя, не примешь меня без жилплощади?! — затушил он сигарету, и смачно чмокнул Снежку в щёку.

— Конечно нет… — рыжая ловко соскочила с его колен, — даже и не мечтай! Но ждать мне тоже надоело — в коммуналке у сеструхи ютиться. Одними завтраками кормишь…год как обещаешь.

— Полпути пройдено…потерпи, я что — нибудь придумаю! — Роман занервничал, он был не готов потерять Снежану. Мужчина сам не понимал, почему его так заклинило на ней — некрасивая, высокомерная, грубоватая. Но жил в этой рыжей девке Чёрт или Дьявол, который манил и притягивал. Стоило оказаться наедине, как этот Чёрт показывал своё лицо, строил козьи морды и вызывал на открытый бой. Роман засучивал рукава и выходил на ринг, но…Победы ещё ни разу не одержал. Вот и сейчас, Рыжий Дьявол, одевая куртку, угрожал что они расстанутся.

Глава 2

Нинке опять снился Вениамин Валентинович…снился третий раз после переезда.

Они сидели в его кабинете, в старом деревенском доме, как в первое посещение, когда приехали вместе с Тимофеем и маленькой Лизой…сидели в тех же самых креслах. В этот раз, она решила во сне заговорить с Вениамином, ещё при жизни он обучил её этой методике.

— Ты умер… ты умер 5 лет назад!

— Ну и что. Главное, что слышишь и понимаешь меня. — Голос мужчины был безучастный, эмоции напрочь отсутствовали. Это был главный признак того, что человек мёртвый.

— Веня, ты во Благо общаешься со мной? Ты от Бога пришёл или от Дьявола? — женщина знала, что эти вопросы самые важные в беседе с умершим. Все те, кто живёт на Тонком плане, не имеют право обманывать.

— Я от Бога…вызываю тебя на связь во сне…во Благо.

— Что ты хочешь поведать? О чём рассказать? — Души умерших родственников, любимых людей или знакомых, как правило являются во сне, чтобы предупредить о чём — то. — Ты меня будешь ругать за продажу трёшки?

— Нина, ты знаешь, что Душа умершего не имеет право оценивать действия живого человека. — Вениамин сидел напротив и был похож на манекен — губы совсем не шевелились, но каким — то образом она понимала его речь.

— Меня прислали рассказать тебе одну историю. Сиди, слушай и смотри. — На этих словах, перед Нинкой повис белый экран, включилось кино…кино цветное, яркое и со звуком.

*****

В цирковой кибитке, медленно двигающейся по полевой дороге, в обнимку сидели юноша и девушка. Они были примерно ровесниками, лет по семнадцать — восемнадцать. На лице юноши пробивался лёгкий пушок. Светлые, волнистые волосы, собранные на затылке в пучок, подчёркивали красоту лица — гордый профиль с прямым точёным носом, ноздри, как у породистого скакуна, красивые пухлые губы, крупные карие глаза. Парень был красавчиком — на его загорелом теле, под атласной кожей играли мускулы, весь его вид излучал молодость и здоровье. «Акробат», — подумала Нинка, — «а девчонка вроде младше, года на два точно». Она жалась парню под мышку и счастливо улыбалась — было понятно, что у них любовный роман. Девушка невысокого роста и хрупкого телосложения, миловидная, с очень бледной кожей. Красавицей трудно назвать, но было в ней что — то аристократичное, утончённое, интеллигентное. Особый шарм её внешности придавала копна длинных и густых волос. Они волнами струились по спине — тёмно — каштановые, блестящие. Говорят, что волосы, это антенны, Связь с Космосом…у этой девушки она явно была.

Невдалеке показался цыганский табор, который расположился прямо в поле. По всей видимости, у них сломалась повозка — мужчины занимались ремонтом. Женщины сидели в кружочке и вели беседу, дети — худые и грязные, бегали, шумели и мешались под ногами у взрослых. Завидев цирковую кибитку, один из мужчин, в потрёпанной жилетке бардового цвета, расшитой золотыми нитями, вышел на дорогу и замахал руками. Старый и седой клоун остановил лошадей, с трудом слез с козлов, и пошёл навстречу. Его ноги, разбитые подагрой, отказывались слушаться. Цыган, что — то недолго объяснял, клоун кивнул головой. Минут через пять, в цирковую кибитку уже грузили беременную женщину, её живот ходил ходуном, по всей видимости, схватки были в самом разгаре. Она охала и ахала от боли, но держалась стойко. Вместе с ней в кибитку забралась девка, лет шестнадцати, видимо сопровождающая. Огненно — рыжие волосы, грязное цветастое платье, злое и затравленное лицо — неприятная особа! Миловидная «аристократка» брезгливо подвинулась. Грязнуля плюхнулась рядом с «акробатом», и стала нагло рассматривать его красивое тело…спутница занервничала. Рыжуха, не обращая на это никакого внимания, наглела дальше — своей босой и грязной пяткой провела по ноге юноши, как бы заигрывая. Тут беременная заохала ещё громче, пришлось всем переключиться на неё. «На кого она похожа?» — пыталась вспомнить Нинка, и вопросительно посмотрела на Манекен по имени Веня. Он произнёс два слова: «Снежана…опасность!»

Именинница проснулась. Сердце бешено билось, голова гудела как пчелиный рой, тело было сырым от пота. «Господи, чего с похмелья не приснится, каких только ужасов…» — женщина сползла с дивана. С кухни, из магнитофона лились звуки музыки и слышался плеск воды — Роман мыл посуду. Она выдохнула…любимый дома.

— О, Нинэль, проснулась! Голова болит? А я тебе водочки с вечера оставил, знал — мучаться будешь! — мужчина выключил воду, вытер руки о кухонное полотенце и поставил на стол шкалик с водкой. — Ну ты, старуха, вчера нарезалась…как убитая спала. Я уж, под утро дыхание твоё слушать начал, грешным делом, подумал — умерла баба — то у меня.

— Ром, ты прости меня за ревность! Мне так стыдно за своё поведение…гости обиделись?

— Да неее, нормально всё…Генка сам напился до чёртиков. Пришлось вызвать такси, Танька его увезла.

— А Снежана? — подозрительно спросила Нинка. Она уже выпила пару рюмок, и постепенно начинала приходить в себя — сердце успокаивалось, а железные обручи, которые стягивали голову, ослабили свою хватку.

— Ты закуси, салатик остался! — любимый был любезен, как никогда. — Чего Снежана?! Она сестре помогала муженька в такси запихивать, вместе все и уехали…

— Не лезет в меня твой салат! — женщина раздражённо отодвинула тарелку, — дай лучше закурить.

Целый день сон не выходил из головы, пробовала убраться, но из рук всё валилось. После обеда Роман куда — то засобирался. Достал гладильную доску, утюг и начал приводить в порядок свои парадные брюки.

— И для кого мы гладимся? — съязвила Нинка, язык её сильно заплетался. С утра она «приговорила к смерти» весь шкалик с водкой, заботливо оставленный Романом на опохмелку. «Приговорила» без закуски, а потому спьянилась, и теперь её сильно клонило ко сну.

— Работу искать, Нинэль…работу! Долго я на твоей шее сидеть буду?! — последней фразы юбилярша не услышала…храп стоял на всю комнату. Роман небрежно укрыл пьяное тело старым, потёртым пледом. Через пять минут входная дверь хлопнула, он уже опаздывал на свидание. Во время сделки, агент по недвижимости, завысила стоимость покупки квартиры, разницу они благополучно поделили. И теперь мужик был с деньгами, почему бы не сходить c любимой девушкой в кино?!

*****

Снежка нервничала — Роман опаздывал на полчаса. Холод пробрался под куртку и девушку начинало познабливать. «Сволочь, старая опойная сволочь!» Она хотела уже уходить, как из — за угла, с цветами в руках, показался Роман:

— Кисуля, прости! — мужчина запыхался, — еле Нинку спать уложил, пришлось чекушок выпоить!

— Да плевать мне на твою Нинку! — раздражённо ответила девушка и выбралась из его объятий, — надоело мне всё. Когда конец и край — то будет?! Я люблю тебя, ценю, уважаю! В конце концов, трачу на тебя свои молодые годы, а ты?! Ты кормишь меня обещаньями и нянчишься со своей престарелой мадамой!