Времяворот (СИ) - Кучаев Тимур - Страница 30

— Спасибо, что предупредил.

Решительно пройдя мимо, Красавчик скрылся за углом, а через мгновение вернулся с полной тарелкой.

— Лучше сейчас сожрать. — Пробормотал он, осторожно пробуя комковатое варево. — Как твои чертовы специи впитаются — есть невозможно будет.

— Помню, лет двадцать назад случилась в Амфимахии гражданка. Брат на брата попер, совсем как у вас. Ну одни, значит, победили, другие проиграли и в горы тикать. А мы — за ними. А в горах-то что жрать? Жрать-то там и нечего. В общем, изловили мы крысюков целую прорву…

— Твою же мать… — Отложив ложку, Красавчик уткнулся лицом в ладонь. — Вот обязательно снова? Про крыс, пауков и гусениц твоих…

Кажется, он бухтел еще с полминуты, но я уже не слушал. Все шло своим чередом. Младший храмовник готовил несъедобную бурду. Инси улыбалась и задавала глупые вопросы. Старый наемник вспоминал жутковатые подробности былых похождений, а молодой умолял его заткнуться. И никого кроме меня не волновал мертвый Феникс и внезапно влезший во внутреннее дело Сиеры Рубиноокий. Тот самый, предпочитающий наблюдать, а не тыкать палочкой в разборки смертных. Скотина лицемерная…

Приятно было считать, что это я поднялся на сверхчеловеческий уровень, а не он спустился на грешную землю. Но, увы, реальность не зависела от потуг и амбиций. А значит, нелюдь играл против города, но старался дистанцироваться от обрушившихся напастей. Понять бы, какие у них отношения с Коллекционером. Стоит ли резко переключаться с маньяка на красноглазика? Или сначала выследить первого, а уже потом давить второго?

Хмыкнув, я залил батамутов кулинарный шедевр дешевым пивом. Вполне приличным. Ну или кажущимся таким после “пытки едой”. На севере Патрарики вообще уважали хмельное, а традиционному для большинства эолских полисов вину не уделяли должного внимания. И не сказать, чтоб виноград плохо рос в дельте Шура. Тут вообще все росло как на дрожжах. Воткни старую гнилую палку, и через месяц получишь шикарные заросли. Знай себе защищай от излишков песка и солнца… Но в кои-то веки хорсидская культура превозмогла захватническую, и сиерцы (включая понаехавших из Тридоры завоевателей) предпочитали напитку философов забродивший солод…

— Друзья, — заметил я выжидающие пояснений взгляды товарищей, — у меня не самые хорошие новости. Около часа назад мы встречались с человеком, способным навести на убийцу. И как бы нелепо это не звучало, но он мертв. Убит.

Выдержав долгую паузу я тяжело выдохнул:

— Рубинооким.

— Твою же… — С глухим стуком опустив кружку на стол, Красавчик уставился на меня как на рыночного жулика. — Мы так не договаривались! Контракт предполагал устранение людей, а не чертовых монстров!

— Потому что чертов монстр спокойно сидел в норе, а вылез только сейчас! — Завелся я в ответ. Формально наемник был абсолютно прав в своем недовольстве. На деле же я не хотел даже думать о возможности его ухода. — Знал бы заранее — предложил больше!

— Да с чего ты вообще взял, что дело в деньгах? — Нервно хохотнул мужчина. — Мы говорим не о чем-то требующем особой подготовки. Ау! Красноглазый — не человек! Мы его не поцарапаем! Получим так, что хоронить нечего будет!

— В задницу. — Внезапно заявил он совершенно спокойным тоном. И, не дав толком усвоить услышанное, поднялся из-за стола, набросил одну из валяющихся неподалеку хламид и выскользнул на улицу.

— Зараза… — Пробормотал я, собираясь высказаться о дезертире, но успел толком подобрать подходящие ругательства, как рядом скрипнул еще один стул.

— Попробую переубедить. — Прокомментировал неоднозначное движение Фесей. — С нелюдем тягаться не дело, но город… Не для того я по болотам и лесам шарахался, чтоб в конце от людей отвернуться. Хотя дурачок наш прав. Помрем все.

— Спасибо… — Устало поблагодарил я старика, но тот лишь отмахнулся:

— Сочтемся.

Неспешно закутавшись в такой же как у сбежавшего коллеги плащ, седой солдат отправился по следу, и мы остались втроем. Вернее вдвоем, сопящий словно хряк Батамут отправился на кухню. За неимением настоящего противника помощник Реониса сражался с грязной посудой. Не несущая славы, но не менее важная битва…

— Хозяин, — спросила Инси, дав мне некоторое время посидеть в тишине, — а что мы теперь будем делать?

— Отдыхать. — Развел я руками. — И ждать.

— Чего?

— А черт его знает.

Не смотря на все нежелание расписываться в беспомощности, я решил не юлить. Не хотелось обманывать девочку. И по моральным причинам, и из рациональных побуждений. В блондинистой головке таился весьма живой ум, способный распознавать примитивную ложь.

— Развития событий. Следующего шага Коллекционера. Или мои дорогих братишек. Или хотя бы возвращения Фесея с Красавчиком.

— А они вернутся?

— Фесей — наверняка. Не в его характере прикидываться и убегать втихомолку. А Красавчик… Черт его знает. — Повторил я. — В конце-то концов за спасение города он получит целую гору денег. Конечно связываться с нелюдем — риск, но будь тот всемогущ — давно бы сам Сиеру снес. А раз не сносит — значит не может.

— Или не хочет. — Возразила луамка. — Что если ему нужно уничтожить город в правильный срок? Месяц или вообще день.

— В правильный день… Или другие правильные условия… — Уткнувшись в ладони, я с трудом удержался от обсценной лексики. Малолетка оказалась куда умнее меня. По крайней мере догадливее. Как можно было упустить вероятность отложенной атаки? Не важно даже зачем. Просто как факт.

— Дьяволы и бесы… Сходи, помоги на кухне. — Как можно мягче попросил я девочку. Ненависть искала выход наружу, но мне не хотелось пугать юную протеже. А вот едва та скрылась с глаз, я с яростью сжал кружку. Керамика легко треснула в ладони, и по руке потекла тонкая струйка пива, разбавленная кровью. Имелся ли в этом несчастном мире еще хоть один недоумок, способный порезаться о глину?

Раздумия прервали донесшиеся с кухни грохот и шипение.

— Нехорошо… — Донеслось до меня, и в гостинной показался Батамут с отрезом сырого мяса.

— Сама уронила — сама и убирай. — Бросил он через плечо и, устроившись рядом, продемонстрировал ношу. Добротный кусок баранины был основательно испачкан с одного боку. Очевидно, юная помощница ухитрилась извалять не только посуду, но и завтрашний обед.

— Даже не ужасно, а плохо совсем, господин Аомар. — Пожаловался толстяк. — Что же вы ее не учили совсем с продуктами работать?

— Вообще стряпать не учил. — Спокойно парировал я, не понимая проблемы. Конечно, грязная еда не внушала доверия, но любой адекватный человек понял бы: окорок легко отмыть. — Воину оно, знаешь ли, без надобности. Копьем во врага тыкать куда полезнее.

— А если враг — Рубиноокий? — Прищурился Батамут.

— Рубиноокий — не если. Рубиноокий — наверняка.

— И тем не менее? Как убить неубиваемого? И нужно ли? Он крайне мудр…

— Без разницы, — отрезал я, — он хочет уничтожить Сиеру. Нам двоим нет места под одним солнцем. И мудрость только отсрочит его смерть. Я найду способ…

Боль, вспыхнувшая между ребрами, заставила меня подавиться неоконченной фразой. Пол прыгнул навстречу и предательски ударил в левый бок.

— Нож? — Захрипел я, с трудом приподняв голову. — Серьезно?

— Почему нет? — В голосе Баты не чувствовались ни сожаление, ни удивление. — Нож не вызывает подозрений. А мясом легко прикрыть кровь на одежде.

— Инси…

Собрав остатки сил, я пополз на кухню. Едва двигая одной рукой и ногой. Прекрасно понимая, какая картина ожидает впереди. И проклиная собственную невнимательность. Бурые пятна на рукаве изменника не могли быть оставлены бараниной. За несколько часов с момента забоя туши та отдала большую часть жидкости. А вот только-только проткнутое живое существо… Демоны и бесы… Будь я хоть капельку догадливее, и второй раз умирающую на проклятой земле Сиеры девочку удалось бы спасти. Или хотя бы отомстить за нее…

— Урод…

— Я всего лишь делаю свою работу. — Предатель по прежнему не выказывал никаких эмоций. Не орал, не пинал ногами, не отдавливал пальцы. Возможно, он даже сожалел о содеянном. Возможно, ему нравилось общаться с нами. Возможно, он просто избегал охоты на нечисть. Без разницы. Он выбрал сторону Рубиноокого. Перешел в лагерь врага. Выждал удобный момент. И ударил.