Ходок – 13 (СИ) - Тув Александр Львович - Страница 81

Наверняка это приводило Топтуна в бешенство — он старается, пыжится, тратит силы, злится, а оппоненту хоть бы хны. Это обескураживает. Подобными пакостями любят заниматься коты, дразнящие цепных собак. Они устраиваются в нескольких сантиметрах от того места, до которого может дотянуться оскаленная собачья пасть, при полностью натянутой цепи, и занимаются своими делами — лижут яйца, чешутся, вылизывают хвост, не обращая на собаку ни малейшего внимания.

Все это, конечно же хорошо, но бывают и эксцессы — иногда собаки срываются с цепи, иногда цепи лопаются, иногда будки сдвигаются с места — короче говоря, занятие это небезопасное, типа работы матадора — девяносто девять раз ты быка, а на сотый — он тебя.

В нашем же случае, Рэмбо не дразнился и не развлекался — он изматывал соперника, потому что для опытного человека с понятием гораздо проще и гораздо менее энергозатратно парить в воздухе, чем колыхать земную твердь, устраивая земляной шторм. Согласитесь, что гораздо легче управляться с весом пусть даже в сотню килограмм, чем в десятки, или даже сотни тонн. Разумеется, понимал это и Топтун. Да и вообще, глядя с какой легкостью Рэмбо избегает контакта с разбушевавшейся земляной стихией, было понятно, что метод атаки, выбранный Топтуном — это тупиковый путь.

Хотя… было неизвестно на какой высоте находится ограничитель, не позволяющий, как участникам поединка, так и энергии, высвобождаемой на Арене, вырываться в окружающее пространство. На поверхности все было понятно — взбаламученная земля за периметр «футбольного поля» не прорывалась, а вот какой высоты могут достигать земляные волны, прежде чем их ограничит «защитная автоматика» Арены было неизвестно.

Теоретически не исключено, что силовой овал, ограничивающий Арену Богов, уходил вверх в бесконечность, но, скорее всего, какой-то предел должен был быть. И если это так, то наращивая мощь земляных атак можно достичь предела, когда высота волн стабилизируется и одновременно Рэмбо не сможет подняться над ними, потому что и он и они достигнут верхнего предела Арены Богов. И тогда волны захлестнут красавчика.

Так что, гипотетически Топтун вполне мог бы продолжить экстенсивный путь развития, но, делать этого он не стал, одновременно продемонстрировав благодарной публике, что его талант не только не ограничивается магией земли, но и не чужд других сторон магического искусства. Выразилось это в том, что земляной шторм, превративший английский газон «футбольного поля» Арены в перекопанный огород, прекратился, а перед Топтуном начал расти холм. Достигнув высоты двух метров (приблизительно) и будучи такого же диаметра, холм отделился от земли и взмыл в воздух.

Неизвестно, что подумали остальные зрители, а старший помощник решил, что Топтун использует эту летающую гору… ну ладно, пусть не гору, а горку, или даже холмик, в качестве кинетического оружия и пульнет им в Рэмбо. И оказался неправ.

Зависший в воздухе кусок земли не полетел в сторону Рэмбо, а начал трансформироваться. Процесс протекал быстро и буквально через минуту перед глазами изумленных, восхищенных и прямо скажем — испуганных зрителей, возник огромный земляной спрут, висящий в воздухе. И только тогда, когда трансформация была завершена, чудовище, шевеля длинными щупальцами, самого зловещего вида и постепенно набирая высоту, медленно и неотвратимо двинулось к противнику, застывшему в воздухе на другом конце Арены.

«Похоже, пиздец котенку!» — озвучил свою оценку сложившейся ситуации внутренний голос.

«Ну, а чего ты хотел? — мысленно пожал плечами Денис. — Сидя в обороне, войну не выиграешь!»

Возразить было нечего, потому что с начала поединка Рэмбо не произвел ни одного атакующего действия, поэтому и голос и носитель пришли к консолидированному мнению, что да — действительно пиздец.

Было немного жаль, что такое захватывающее зрелище так быстро закончится, но, оба понимали, что схватки профессионалов долгими не бывают. Это же не косорукие недоумки, которые могут сжечь весь боезапас и попасть лишь себе в руку, а напарнику в жопу, а профи! А у профи как? — два, практически одновременных, выстрела — у одного дырка во лбу, у другого в глазу и финита ля комедия. Но и на старуху бывает проруха — ошиблись наши оценщики ситуации, что старший помощник — что неудивительно, что его внутренний голос — что удивительно.

Произошло то, что бывает во всех боевиках, триллерах и индийских фильмах. Главного героя бьют-бьют, бьют-бьют, бьют-бьют, причем так бьют, что с первого же пропущенного удара он должен отправиться в больницу — это, как минимум, или же — на кладбище, как максимум. В реале же для этого нужна пара-тройка таких ударов.

К такому реалистичному финалу все и идет, как вдруг главный герой, очутившийся в очередной раз на земле, встряхивается, как курица, искупавшаяся в пыли и начинает мочить всех врагов, а прежде чем прикончить главного злодея, или же сдать его вовремя, или же невовремя — это смотря, как посмотреть, подоспевшей полиции, обменивается с ним длинными спичами.

В неиндийских фильмах на этом, обычно, все и заканчивается, в индийских же бывают и продолжения, когда антагонист и протагонист долго пляшут и поют, а в ходе плясок половецких выясняется, что главный злодей — отец главного героя, потерявший его в детстве во время купания в Ганге и узнавший сейчас по двум родинкам на жопе. На левом полужопии родинка выглядит, как полуостров Крым с надписью «Слава Украине!», а на правом, как тот же Крым, но подпись другая, а именно: «Крым наш!». И что характерно, обе надписи на санскрите.

А открылись родинки через прорехи в штанах, полученных во время схватки, когда главный герой наткнулся жопой на арматуру. После этого наступает счастливый хэппи-энд, во время которого главный герой и главный злодей, вместе с подоспевшими полицейскими, пляшут и поют — это в обычных индийских фильмах. В наиболее же продвинутых, спонсируемых ЛГБТ сообществом, выясняется, что главный злодей не отец, а мать главного героя, а что с бородой, то почему Кончите Вурст можно, а ей нельзя?

В нашем случае произошло все ровно то же самое, только без долгого битья протагониста и длинных речей… — впрочем, вообще без каких либо разговоров, а так же без песен и танцев. Просто-напросто земляной спрут неумолимо надвигавшийся на Рэмбо и грозивший сжать его в своих каменных объятиях, словно статуя Командора несчастного Дона Жуана, в какой-то момент вдруг беззвучно взорвался, обратившись в пыль, которая стала медленно оседать на несчастное «футбольное поле», превратившееся в ходе поединка в огород, после чего итальянский красавчик перешел в контратаку.

Нечто похожее бывает во время футбольных матчей, когда одна команда атакует-атакует, атакует-атакует, а забить не может и тут вдруг ответный выпад, когда его совсем не ждут и гол! Но, гол — это еще не победа, ее еще следует добыть и Рэмбо неторопливо поплыл в сторону Топтуна, явно обескураженного гибелью своего летающего голема.

Однако обескураженность — обескураженностью, а сдаваться на милость победителя, причем победителя временного, выигравшего битву, а не войну, Топтун не собирался. Свое дело он знал туго, немедленно продемонстрировав, что там, где существуют средства воздушного нападения, непременно должны иметься и средства защиты от них. Проще говоря — ПВО.

С земли, в пролетающего Рэмбо, стали бить тонкие каменные копья, стремительные, как противоракета «А-235». Казалось, что противостоять этим ударом невозможно, но, именно, что казалось. Ни одно «копье» своей цели не достигло, превратившись, на подлете к летающему колдуну, в прах, медленно оседающий на Арену. Таким образом, траекторию полета Рэмбо можно было зримо отследить по пылевой стене, ее сопровождающей.

Видя, что каменные копья, мягко говоря — малоэффективны, Топтун снова сменил тактику, в очередной раз порадовав благодарную публику шикарным зрелищем, порожденным новыми, доселе неиспользованными гранями его Искусства. Перед летящим красавчиком выросла огненная завеса, точь-в-точь похожая, по буйству огненной стихии, на пожар на магистральном газопроводе.