Когда солнце встанет на западе (СИ) - Серебрянская Виктория - Страница 10

Постепенно я расслабилась. Периодически вместо меня на вопросы отвечали дети. Чаще Ева, так как зрителей интересовал процесс ручного приготовления пищи в мельчайших подробностях.

Время, отведенное на съемку, было рассчитано таким образом, чтобы успеть приготовить пирог и напиток, а также ответить на вопросы, рассказывая о себе, своей жизни и бизнесе, и о том, как правильно использовать предоставленный мною рецепт.

Пирог уже зарумянивался в духовке, распространяя на всю студию одуряющие ароматы. Ева переместились к брату на диванчик. А я готовилась залить кипятком травяную смесь для чая, когда Глинская объявила о наличии очередного звонка. Я постаралась подавить вздох. Усталость уже давила на плечи. Ради большей эффектности телевизионщики где-то раздобыли чайник выглядящий в точности так, как его исторические собратья. И я едва не обожглась о его металлическую ручку.

Звонок наконец вывели в студию и у меня над головой раздался сладенько-ехидный голос моей сестры:

Наталия, у вашего сына такая необычная снежная внешность. Скажите, правда, что его отец инопланетник, а сестра рождена от вашего профессора истории?

Кипяток пролился на стол.

Глинская как-то странно на меня посмотрела. Да, подобные вопросы, согласно договору, под запретом. Но вопрос задала не она, а зритель и нужно было что-то отвечать. И судя по всему ведущую очень радовало подобное положение вещей.

Пока я мучительно соображала, что мне говорить, решение принял Адам. Некоторую ленцу в его голосе за настоящую мог принять только человек, абсолютно его не знающий:

Я честно говоря, думал, что это передача о возможностях возрождения старых традиций, о возможностях самостоятельно готовить вкусную еду, потому и согласился поучаствовать, чтобы помочь маме. А оказалось, что это какое-то низкопробное ток-шоу, собирающие сплетни со всех уголков вселенной — Адам переменил позу, закинув ногу на ногу, а я насторожилась. Сейчас ударит — И да, объясните мне, пожалуйста, кто-нибудь, кто разбирается в биологии: как можно зачать от двух разных мужчин одновременно? Ведь мы с сестрой двойняшки, я старше всего лишь на тридцать минут.

В студии наступила ошеломленная тишина.

Глава 8

Алексарт Миарон Лоо`Ост да Веейра

Зачарованную тишину прервали короткие губки. Звонящая бросила трубку. Я мимоходом удивилась стилизации современной связи под древние телефоны.

Сигнал обрыва связи словно дал отмашку. Глинская что-то заговорила о том, что нужно уважать чужую частную жизнь. Ко мне бросилась одна из многочисленных помощниц, чтобы помочь ликвидировать последствия потока.

К торжественному моменту доставания пирога из печи я уже практически пришла в себя. Ну да, прошлое снова меня догнало. Пора бы уже отпустить ситуацию и жить дальше. Все давно прошло и быльем поросло, как говорили в старину. Но что-то не давало.

Пирог вышел на славу. Сначала, в кадре, его показательно попробовала Глинская. Я весело наблюдала, как она осторожно жевала, не забывая профессионально нахваливать кулинарное изделие. И как постепенно разглаживалось ее лицо и загорались глаза по мере распробования вкуса.

По окончании съемок остатки пирога растащили остальные участники группы. Потом меня долго не хотели отпускать, выспрашивая разные нюансы ручного приготовления пищи. В флайкар я садилась совершенно измочаленная.

Летели в тишине. Ева задремала рядом. Адам взял на себя управление аппаратом. Смеркалось. В тусклом свете салона профиль сына казался чеканным. Снежную белизну кожи и волос смягчили сумерки. Льдистость глаз с моего места была не видна. Единственное свидетельство инопланетного происхождения — волосы гораздо длиннее, чем обычно носили мужчины-земляне. Сына давно они раздражали, но… Было гораздо проще с длиной волос ниже лопаток, чем обновлять стрижку каждые несколько дней. Странный феномен, очевидно, являлся инопланетным наследием: чем короче остригали волосы, тем быстрее они росли. Ежик превращался почти в каре меньше, чем за неделю. Так что сын давно махнул на волосы рукой и ходил с самой обыкновенной косой. По его словам, коса меньше раздражала, чем хвост.

Я так увлеклась разглядыванием сына, что просто подпрыгнула на месте, когда раздался его голос:

— Я сильно на него похож?

— Точная копия. Только в плечах поуже.

— Ты его любила?

Я растерянно молчала. Ну не рассказывать же собственному ребенку о том, какой дурой была.

— Мам, — сын заметно заволновался — ну он же не взял тебя силой?

В лицо плеснуло жаром. Я отчаянно замотала головой, отрицая гипотетическое насилие. Адам перевел дух.

На какое-то время вновь установилась тишина. Вечер был в разгаре, но город под нами и не думал засыпать. На такой скорости разглядеть внизу что-то определенное не представлялось возможным. Я бездумно смотрела на стелющийся внизу ковер из городских огней.

— Мам, расскажи о нем, пожалуйста! Он морунец, да?

— Адам, нечего рассказывать. Да, он морунец. Мы случайно встретились на планете Сайцет. Наверное, все было бы иначе, если бы вашего отца не вызвали срочно по делам службы. Наверное, он рассчитывал быстро вернуться, так как улетая, не оставил никаких контактов. А потом домой вернулась я. Конец истории.

Я вздохнула. Не то, чтобы я лгала, скорее недоговаривала. Но все равно было неприятно.

— Мам, а ты не пробовала его искать?

— Нет, не пробовала. Прости, сынок, давай закончим этот бесполезный разговор. Я, наверное, не права, но хочу прошлое оставить в прошлом.

Неожиданно с заднего сиденья подала голос Ева:

— Да пусть идет лесом наш папаша! Вот тем самым, где венерианский шелкопряд обитает!

Мы с Адамом рассмеялись. Венерианские леса отличались жуткой непроходимостью. И посыл в те места имел под собою вполне конкретное значение.

***

Алексарт был раздражен. Бесило все: начиная отсталым уровнем развития и заканчивая вездесущими земными самками. Увы, при всем его воспитании, другого определения для этих существ он не находил. Он только второй день на Земле, а самки, то есть земные женщины, успели уже до смерти ему надоесть. И избавиться от назойливого внимания не представлялось возможным. Они были повсюду: на космодроме, в администрации, на улице, в отеле, и даже просачивались каким-то немыслимым образом в vip-апартаменты.

Когда-то давно, в той жизни, где были живы его родители и брат, когда он сам был моложе душой, ему это нравилось. Он не стеснялся пользоваться их назойливой доступностью. И Забытые его за это наказали. Забрать бы женщину и покинуть эту отсталую планетку навсегда. Только вряд ли ему повезет и все пройдет быстро и гладко.

Алексарт окинул раздраженным взглядом небольшое помещеньице, в котором располагалось кафе. Тщеславная самка назначила встречу в заведении общественного питания, принадлежащем ее подруге. И теперь он с плохо скрытым раздражением оглядывал странный для него интерьер, в информационных файлах обозначенный, как “стилизованный под древние времена”. Десяток небольших столиков, покрытых вышитой тканью, живые цветы в вазах, деревянные стулья с высокой спинкой и над всем этим незнакомый аппетитный аромат свежей пищи. Здесь готовили пищу вручную. И это было странно и непривычно. Но попробовать хотелось. Алексарт был голоден, а самка запаздывала. Не то, чтобы он не привык ожидать женщин, просто здесь и сейчас это было неуместно. И злило неимоверно.

Наконец, его человек, сидящий за столиком у самой двери, подал знак, что самка наконец-то появилась.

Входная дверь распахнулась, словно от порыва ветра. На пороге появилась она. Алексарт оценивающе ее оглядел. Все те же рыжеватые волосы, только теперь коротко остриженные. Легкие мазки времени вокруг по прежнему зеленых глаз. несколько более круглая, чем он помнил, фигура. Она стала старше, это было заметно.

К вошедшей подбежала одна из работниц кафе:

— Миз Кайро! Всех вам благ! А мы вас сегодня не ждали, думали вы так же на интервью!