Ходок - 12 (СИ) - Тув Александр Львович - Страница 67

Тщательный осмотр невооруженным взглядом ничего не дал — кладка, как кладка — глазу зацепиться не за что, но вот шкира в режиме «Поиск» мгновенно обнаружила аномалию — пустоту на глубине трех кирпичей, прикрытую магической «заплаткой». Что характерно, Ноготь тоже обратил внимание на аномалию — похоже дар имел, типа лозохода, а может и вообще был тихушником. Но, все это нюансы, а главное то, что дело вертлявый знал. Он начал шарить ладонями по кирпичам, выискивая что-то известное только ему одному и судя по всему — нашел!

— Многоуважаемый вышестоящий потерявший!.. — начал было он, обращаясь к Денису, но был немедленно прерван:

— Короче, Склифосовский! — Шрам. Просто Шрам. Всем понятно? — старший помощник сурово оглядел добровольных помощников милиции, дождался неуверенных кивков и повернулся к Ногтю: — Чего хотел?

Ответ вертлявого домушника показал, что человеком он был умным и легкообучаемым:

— Покажи цацки, что снял с Пастуха. Там ключ должен быть.

К сожалению, Денис всю бижутерию, добытую с тел мастеров и их пособников, никак не сортировал, а единой кучкой сунул в карман. Это, несомненно затрудняло задачу нахождения «ключа», но Ноготь справился. Через минуту, может — две, после того, как старший помощник приказал получше светить и выложил на пол добытые сокровища, вертлявый, предварительно повертев в руках добрый десяток побрякушек, уверенно выцепил ничем не примечательный перстень, приложил его к стене в месте, известном только ему одному, и кладка растаяла, открыв кубическую нишу со стороной сантиметров семьдесят.

— Доставайте! — приказал старший помощник двум подмастерьям, изумленно разглядывавшим две красивые шкатулки, стоящие в нише. Парни колебались — чувствовалось, что совать руки в магическое хранилище им хочется так же, как в змеиную нору, но, Денису на их чувства было плевать.

«А самому слабо? — ехидно поинтересовался внутренний голос. — Боишься, что руку оторвет?»

«Боюсь, — без тени смущения признался старший помощник. — Для того и привел!»

«Пушечное мясо используешь!» — заклеймил его позором голос.

«Использую, — равнодушно подтвердил Денис. — И чё?»

«Ничем от этих бандитов не отличаешься!» — продолжил свою правозащитную деятельность голос.

«Почему? — удивился старший помощник. — Отличаюсь. Я выиграл, они проиграли. Проигравший платит!» — поставив этим заявлением точку в дискуссии, он распорядился:

«Волк, простимулируй ребятишек, чего-то они сильно тормозят!» — после чего Ворон с Кабаном сначала схватились за горло, а потом, тяжело вздохнув, принялись за работу.

Шкатулки явно были тяжелыми, что сильно обрадовало старшего помощника. И это был не последний положительный момент, следующий заключался в том, что никаких замков на ларцах не было — видимо Пастух, вполне справедливо полагал, что потерявши голову по волосам не плачут — если кто-то сумеет открыть тайник, то замки на шкатулках его, тем более, не остановят. Ну, а вишенкой на торте стали груды золотых монет в одном ларце и золотых украшений в другом, вид которых привел Дениса в отличное расположение духа — план «Г», несмотря на название, начинал приносить плоды!

Приказав разыскать два прочных заплечных мешка, старший помощник отправил на их поиски одного из домушников — рябого парня лет двадцати с неприятными бегающими глазками. Тот оказался вполне расторопным товарищем и через несколько минут Денис самолично, никому не доверив эту процедуру, пересыпал в мешки содержимое шкатулок. Деньги — отдельно, украшения — отдельно.

Занимаясь этим приятным делом, старший помощник вспомнил старый анекдот, услышанный еще в далекую студенческую пору: тормознул гаишник, сдуру, тонированный мерс, а там генерал милицейский. Гаец живот втянул, встал по стойке смирно, ест начальство глазами. — Разрешите доложить! — говорит. — Докладывайте! — благодушно кивает генерал. — Только рубли отдельно, баксы отдельно и евро отдельно!

Эти ностальгические воспоминания вызвали цепочку ассоциаций, следующим элементом которой, стала песенка «Как хорошо быть генералом», что, в свою очередь, привело к тому, что Денис, глядя на окружавших его бандитов, старательно и добросовестно — не за совесть, конечно, но, хотя бы за страх, игравших роль его подчиненных, почувствовал себя генералом и почувствовал определенное головокружение от успехов.

Правда, в отличие от героя анекдота, старший помощник проявил определенную щедрость и прежде, чем пересыпать драгоценности в мешок, вознаградил всех присутствующих парой-тройкой цацек, а Ногтю протянул небольшую жменьку, вызвав у того настоящий восторг и завистливые взгляды остальных.

— Имеет смысл еще куда-нибудь заглянуть? — поинтересовался у него Денис, на что Ноготь, задумавшись на пару мгновений, несколько неуверенно произнес:

— Ну-у… разве что в кабинете, но там только бумаги, обычно.

— Заглянем, — решил старший помощник.

Ноготь оказался прав — кроме большого кошеля с серебром, которое было мгновенно, с молчаливого разрешения Дениса, поделено между остальными участниками экспедиции и большого круглого медальона из золота, висящего на толстой витой и соответственно — золотой же цепочке, ничего достойного внимания старшего помощника в кабинете не оказалось. Медальон, в отличие от серебра, Денис взял себе. Во-первых — красивый, а во-вторых — он чем-то напомнил ему хранилище Небесного Волка, а теперь еще и Байгола. Ну, а в третьих — чего золотом разбрасываться? — золото всегда пригодится.

Была и еще одна причина — чувствовалось в медальоне что-то этакое… Как бы объяснить… ну, разве что на примерах. Вот смотрите — в артефактах добытых с пособников Золотой Жабы априори присутствовала магия и старший помощник ее не только ощущал, но еще и мог определить стихию и ранг артефакта — видел голубой щит, или руну «зиг», или гексаоктаэдр, или еще что — тут все было ясно и понятно. На артефактах же Жабы и перстнях «облачников» он ничего не видел и ничего не чувствовал, но знал, что там должна быть магия. А с этим медальоном было так — он ничего не видел, ничего не знал, но чувствовал, что магия может быть. Как-то так…

Перед уходом Денис заглянул к пленникам — с напуганными женщинами все было в порядке, а вот с мужчинами не совсем, точнее говоря, не со всеми — немногочисленные слуги были в целости и сохранности, а вот ТриГлаза и арбалетчики валялись на полу со свернутыми шеями — под ними уже натекло. На удивленно поднятую бровь старшего помощника, Уж, отводя глаза в сторону, пояснил, что задержанные уничтожены при попытке к бегству.

Денис до этого не задумывался — как-то не до того было, а сейчас сообразил, что после уничтожения Золотой Жабы, Паука и мастеров цехов, подмастерья становятся одними из самых высокопоставленных лиц в иерархии организации, а не исключено, что и самыми высокопоставленными. Исчезновение прошлых руководителей означало начало неизбежной борьбы за власть будущих — сначала внутри цехов, а потом и за пост главы «Детей Ночи». Вот с убийства особ, приближенных к Пастуху — бывшему начальнику цеха «полдень-восход», эта внутривидовая борьба и началась.

Старшему помощнику оставалось только определить свое отношение к этому процессу. Он недолго — буквально на несколько секунд задумался и пришел к выводу, что наиболее разумная линия поведения — полный нейтралитет, пока не затронуты его интересы. Уж никаких приказов Дениса не нарушал — было приказано стеречь — он стерег. Приказ оставлять пленников в живых был? — не было, а что не запрещено, то разрешено.

Лис мог остановить Ужа, когда тот сворачивал шеи товарищам по цеху? — мог. А должен был? — нет. Такого распоряжения не было. Тяжело взглянув на Ужа и Лиса, от чего те побледнели и скукожились, старший помощник приказал навесить на них тяжелые заплечные мешки — невербальный намек остальным членам банды — ну, а как иначе назвать организованную преступную группу под руководством Шрама? что руководство хоть и не запрещает, но не одобряет геноцид, после чего направился на выход.