Четвёртый Рим (СИ) - Клеймёнов Василий - Страница 57

Однако, проходя мимо них Сергей увидел, то, что заставило его усмирить своё злорадство. Герб. На капоте автомобиля, на чёрном фоне выгравирован серебристый сокол. Хищные птицы очень популярны у знати в качестве гербов, но именно этот символ Сергей бы узнал не то что, из тысячи, а из миллиона. Ченковы. Старая Знать. Что здесь забыл род, которому не принадлежит этот город. Если только…

Сергей растолкал мужиков, игнорируя их возмущённые возгласы. Стёкла автомобиля были тонированными и есть ли кто-то внутри, снаружи было не определить.

— Света! — воскликнул Сергей, стуча по окну — Если ты там, то прошу открой! Я лишь хочу помочь.

— Ты знаешь бабу, которая заперлась внутри? Да ещё и по имени называешь? — раздался за спиной голос одного из мужиков.

— Не ваше дело. — рявкнул в ответ Сергей — Возвращайтесь по домам, зеваки!

Но в ответ услышал лишь одно:

— Предатель, элитке продался! — взревел один из них, что было воспринято остальными, как сигнал к действию.

Сергею пришлось снова вступить в бой. Но местные, по своим навыкам и близко не стояли рядом с вольниками, которых он недавно перебил. Поэтому, несмотря на численный перевес мужиков и наличие арматур, Сергей легко одержал верх. Правда на этот раз, обошлось без смертей, ибо столкнувшись с сильным противником, мужики решили не испытывать судьбу. И, после пары выбитых зубов и отбитых рёбер, они подобно испуганным крысам разбежались, попутно пригрозив юноше будущим реваншом. Как раз, когда они скрылись, Дверь пассажирского сиденья открылась. Сергей развернулся и увидел Свету. Напуганная, грязная и беззащитная. Она протянула руку и прикоснулась пальцем к лицу своей первой любви, словно проверяя, не является ли он галлюцинацией. И тут же кинулась к нему в объятья уткнувшись носом в грудную клетку. Сергей почувствовал, как она содрогается от рыданий.

— Тише, тише, девочка моя… — успокаивал он её, поглаживая по голове — Всё хорошо, я их прогнал.

— Мой сын, — вдруг сказала Света отстранившись от Сергея — Он забрал моего сына!

— Что? Эти бомжи?

— Нет! Другой! Красные глаза…

Света была в истерике и сквозь слёзы просила о помощи. В таком состоянии, подробностей не выведать, и Сергей решил отвести девушку к отцу Алексию, чтобы тот её успокоил. Хотя… Света наверняка уже вызвала помощь. Логичнее было бы покараулить её тут, пока не прибудет спасательная группа и предоставить им разбираться самим. Зачем ему в это лезть? Света не его женщина, а ребёнок — её сын от другого, более «достойного» мужчины. Ради любви, которой уже нет? А Сергей именно разлюбил Свету, а не просто «смирился с её потерей». В сердце больше не ёкало, по крайней мере так сильно, как в шестнадцать лет. Конечно, бросать человека, даже не будь она его знакомой, в такой ситуации, откровенно не по-мужски. Но так его «джентельменский долг» будет вполне исполнен ожиданием приезда помощи. Нет. Лучше не пороть горячку.

«Дождусь спасателей, сдам девку им и раз и навсегда распрощаюсь с детской сказочкой о любви»

Первое пробуждение сопровождалось болью настолько сильной, что Алексей Никитин почти не чувствовал своего тела и не мог двигаться. Второе пробуждение случилось спустя какое-то время и оно было не полным. Но, сквозь дрёму, Алексей слышал голоса принадлежащие Ильину и незнакомой женщине. Когда Михаил обратился к ней эпитетом «Ваше Превосходительство», то Никитин пожелал, чтобы его окончательно убило тем взрывом. Валерия Долгорукая. За вольнодумство и смутьянство абсолютно любой аристократ жестоко покарает простолюдина, но ей нужны лишь поводы. Говорят, что никто не уходит живым попадая за стены её владений. И это ложь. Долгорукая периодически специально отпускает случайных пленников, искалеченных и сошедших с ума, чтобы они несли в словах весь ужас, который творит кровавая графиня с пленным народом и даже собственными поданными.

В третий раз, Никитин проснулся уже полностью здоровым. Он даже не чувствовал слабости. Очевидно, медицинские аппараты имели особые датчики передающие данные о состоянии пациента, ведь стоило Алексею открыть глаза, как перед ним возник голографический образ Валерии Долгорукой.

— Так-так-тааак, — загадочно протянула женщина — Мой главный защитник «сирых и убогих» всея Староярска.

— Я не ваш. — нагло ответил Алексей, сам не понимая, почему.

Глаза Долгорукой угрожающе сузились.

— Отрезать бы тебе язык и яйца, чтобы поубавить спесь и научить почтению к Избранным. Но радуйся — ты так развлёк меня своей войной с вольниками, а затем и Ильиным, что в качестве благодарности, мне хочется побыть милосердной. Поэтому, я разжую тебе одну аксиому, чтобы ты впредь не огрызался: ты — принадлежишь мне, как и всё в Староярске, как и сам Староярск. Все твои трогательные потуги поддерживать в городе порядок сходили тебе с рук, да и порой удавались, только потому что я так захотела. Весело за тобой наблюдать, как будто комедийный сериал смотрю.

Никитин попытался подняться и не без удивления обнаружил, что не привязан к кровати. Долгорукая не боится побега, а значит охрана в месте где он лежал, высокая.

— Я могла бы дать тебе умереть под завалами полицейского участка, но вместо этого я не просто спасла тебя, а вылечила, даже прописала в медицинскую программу операцию на сердце. В твои годы, оно уже барахлит. А знаешь почему? — тут Долгорукая маниакально улыбнулась — Я люблю ломать свои игрушки лично, а приятнее всего ломать целое.

Алексей Никитин не мог смотреть на столь безумный оскал своей, даже противно признавать, «госпожи», поэтому он отвернулся и увидел пустующую больничную кровать Ильина. Тот, видимо, уже «выписался».

— Он жив и с ним всё в порядке. — поспешила разочаровать его Долгорукая — Пока. Потому что он полезен мне живым, в отличии от тебя. Хотя твои приключения на посту начальника полиции изрядно веселили меня, но быть смешным недостаточно.

Голограмма княгини исчезла, а в больничную палату вошла охрана. Двое солдат личной гвардии Долгорукой, что было видно по их современному снаряжению, обходящему оное у обычной армии на два века вперёд. Сопротивляться было бессмысленно, но и поддаваться тоже. Поэтому, когда Никитина потащили прочь из палаты, тот безвольно повис в их руках, словно был неживым.

Ближе к вечеру за Артёмом прилетел личный стреколёт его отца. Мальчишка наконец-то покинул Ченковых и отправился домой. А вот возвращения своего собственного сына и жены Вячеслав Ченков мог не ждать. Угораздило же её отправится на родину, как раз в тот момент, когда СБИ решила расшатать стул, на котором сидит Долгорукая. Само собой, Волков не предупредил Ченкова о предстоящей операции, ибо «каждый знает только то, что ему положено». Кто же знал, что супруге Вячеслава именно в этот день приспичит отправится в Староярск. В итоге, Ченков, не зная о планирующимся восстании, отпустил туда жену, а СБИ узнав о том, что в городе появилась супруга одного из участника заговора против Ледникова, само собой решила не спускать всё на тормозах. Слишком много вложили в этот момент. Но всё-таки решили предупредить Ченкова, когда уже город пылал. Сами они, взять на себя ответственность по спасению Светланы Ченковой отказались, мотивировав тем, что все агенты СБИ в Староярске заняты курированием бунта. Теперь молодой Вячеслав носится по поместью, как ошпаренный и ждёт новостей от жены, от которой требовалось возвращаться домой во чтобы то ни стало. Он пытался отправить в Староярск свой вооружённый отряд спецназа, но для этого потребовалось разрешение Валерии Долгорукой, которое полоумная старуха предоставить отказалась. Между Старой Знатью существовало статус-кво, разделяющее Ирий на сферы владения. Друг к другу без разрешения соваться нельзя, чтобы ни случилось. Вячеслав мог конечно отправить отряд инкогнито, как на обычную секретную спецоперацию, но на подготовку такой группы уйдёт много времени.

Зная нрав старой психопатки, Вячеслав считал, что Валерия просто тянет время для собственного развлечения. Ей самой вряд ли нужна конфронтация с другим Домом из Старой Знати, особенно в такой ситуации, она лишь хочет поиздеваться или выторговать, что-то для себя. В конце концов, Долгорукая, устав от собственной же игры, заверила, что берёт ситуацию под личный контроль, что обязательно спасёт Светлану Ченкову и годовалого наследника Вячеслава, что тоже не устроило последнего. Меньше всего он желал доверять судьбу своей жены и ребёнка безумной графине и продолжал настаивать на личном вмешательстве. Но Долгорукая согласилась лишь на маленькую группу спасения и на этом дипломатический разговор двух глав родов Старой Знати завершился. Но почти сразу, Ченкову на андройд пришёл сигнал SOS и сердце ушло в пятки. Это значило, что Света попала в беду. Плюнув на запрет, Вячеслав решил отправить в Староярск спецгруппу. Остаётся надеется, что СБИ удастся свергнуть Долгорукую прежде чем Ченковым придётся перед ними отвечать.