Бесовское отродье (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 16

Шаман поймал подарок на лету и весело улыбнулся.

– Вода, – прокомментировала Мара, покрутив большой флягой передо мной и засунув её в отделение на седле.

Я улыбнулась её хмурой мордашке.

Что ни говори, а девчонка мне нравилась. Она предельно ясно показывала, что ей по душе, а что – нет.

– Рада была познакомиться с тобой, Мара, – сказала ей, направляя своего коня на дорогу.

– Это не взаимно, – буркнула девчонка и в следующую секунду, не выдержав, побежала к Камитэо.

Тот поймал её во время прыжка и прижал к себе.

– Я ещё вернусь, Мара-проказница, – улыбнулся он.

– Но когда вернёшься, – всхлипнула та, не стыдясь своих слёз.

– Когда будет возможность, – не стал врать Ками, – прощай, малявка.

Мара стукнула его кулачком по спине и, сама разорвав объятия, спрыгнула на землю.

– Уезжайте! – крикнула она, топнув ногой.

Нас подгонять было не нужно: Ками тут же тронулся, мгновенно переходя в галоп, и я пришпорила своего коня вслед за ним.

Впереди ждал рассвет и несколько дней в пути. А дальше…

Дальше – легендарный Марон и столь же легендарные северные земли.

Я улыбнулась, глядя на светлеющее небо.

Впереди ждала новая жизнь…

И я помчалась навстречу восходящему солнцу, мечтая, чтоб новый день наступил как можно быстрее!

Глава 7. Чудесная ночь для правды.

Наверное, я очень хотела обмануться, потому что, даже зная, что моя жизнь чаще всего напоминает реальный кошмар, а не добрую волшебную сказку, я всё же верила, что моё прошлое действительно осталось позади и больше никогда о себе не напомнит.

И, как только мы оказались в приграничном городе, от которого до Марона был всего один день пути, я спрыгнула с коня и радостно посмотрела на Камитэо.

– Заночуем в трактире?

Шаман кое-как стащил своё тело с животного на землю и с мукой в глазах посмотрел на меня.

– Ты ещё спрашиваешь?

С мукой, это потому что мы ехали целых два дня, останавливаясь лишь на пару часов в лесу, чтобы дать отдохнуть лошадям. Поскольку, риск, быть пойманными некронийскими лордами в любом из ближайших к деревне Мары городов, был велик, – мы специально объезжали все населённые пункты, а на сон останавливались только с утра, когда – по словам шамана – добраться до моего беса было почти невозможно. Я не думала, что колдун рискнёт ещё раз выйти на разговор через моё сновидение, но к шаману прислушалась, и спать ложилась только после восхода солнца.

Сам же Камитэо к такому графику был не готов, не говоря уж о том, что ложиться приходилось на лежанку из еловых веток… Шаман оказался ещё тем изнеженным цветком, заявляя, что в лесу спать не привык, а потому, лучше дождётся того момента, когда мы приедем в город, а пока – будет сторожить мой покой. На вопрос «неужели народ кочевников спит только на мягкой перинке?» Камитэо ответил глухой обидой и не разговаривал со мной аж целых три часа...

Сейчас же светловолосый шаман больше напоминал трупака не первой свежести, потому я взяла его лошадь под уздцы и без лишних слов повела к ближайшему трактиру.

Передав усталых животных на руки мальчишки-помощника, я зашла внутрь помещения и блаженно улыбнулась.

Сегодня будет ванная и кровать, и еда в тарелках, и четыре стены вокруг, и…

– У тебя есть деньги? – негромко уточнила у Камитэо, упавшего на ближайшую лавку.

Тот молча достал из кармана кошель, позволяя мне самой и расплатиться, и разобраться со всеми вопросами по заселению. Я забрала мешочек с монетами и подошла к хозяину трактира – высокому рослому детине с щетиной на щеках и косой саженью в плечах.

– Нам бы переночевать, хозяин, – добродушно сказала ему, осматривая зал на наличие опасных субъектов.

Таковых не обнаружилось, но вот молчание, последовавшее после моих слов, сильно напрягло, и я перевела взгляд на хозяина трактира.

– Наёмников не обслуживаем, – негромко, но уверенно сказал он.

Я тяжко вздохнула, вспомнив, что на мне из одежды, а затем бросила быстрый взгляд на уже вовсю дрыхнувшего шамана.

– Лихое копье летит быстрее молнии, – так же негромко сказала я, с тихим удовлетворением наблюдая, как расширяются глаза хозяина трактира.

– Честь принимать у себя посланцев тайной воли короля, – ещё тише сказал он и даже едва заметно поклонился.

– Уже королевы, – мрачно поправила я, стараясь не думать о том, как скоро Нарина начнет менять пароли для тайных служб.

– Конечно, королевы, – быстро поправился мужчина, – вам один номер или два?

А вот тут я растерялась. Понятия не имею, как Ками отнесётся к тому, что нас заселят в один номер, но, – чего уж греха таить? – брать две комнаты сейчас было бы верхом расточительства.

– Один, но с двумя кроватями. И с лоханью, чтобы можно было помыться. И обед можно сразу в номер, – я растянула губы в широкой улыбке (чего только не нахватаешься от шамана за два дня пути) и протянула две монеты.

Этого было более чем достаточно, но хозяин отрицательно качнул головой и отодвинул монеты обратно.

– Для слуг королевы – за счёт заведения.

Я кивнула, принимая его решение, и сгребла монеты обратно. Тем временем хозяин трактира вышел из своей стойки и направился к лестнице в другом конце зала, ведущей на жилой этаж.

– Ками? – позвала шамана я, но тот остался глух к моим взываниям.

Увидев мою проблему, хозяин подошёл к Камитэо и закинул его себе на плечо. Я только диву давалась: такого послушания перед людьми короны не было даже в Дакии. Неужели все слухи про буйную границу оказались мифом? Или это нам так неслыханно повезло, что мы забрели именно в тот трактир, где верность короне была жизненным принципом?

Признаться честно, я не надеялась, что тайный позывной сработает так далеко от центра, но советник Вайгос всегда говорил, что система связи у тайных служб работает исправно.

– Я уложу его на двуспальную кровать, – чуть виновато сказал хозяин трактира, открывая дверь в комнату, но, только войдя внутрь, я поняла, почему его голос звучал виновато.

В комнатке оказалось две кровати, одна из которых была, скорее, для ребёнка, чем для взрослого человека, а вторая, двуспальная – для семейной пары, если таковая решит остановиться в этом трактире.

– Тёплой воды сейчас принесут, – быстро сказал мужчина, кивнув на небольшую дверь в уборную, где, по-видимому, стояла лохань для омовения тела, и, бросив на меня извиняющийся взгляд, юрко вынырнул из комнаты, не оставляя возможности задать хотя бы один вопрос.

Я оглядела комнату. В целом, здесь было неплохо. Две кровати (если не думать о размерах), тумба для вещей, если гости останавливались более чем на один день, вешалка, зеркало и большой стол, на котором можно было как есть, так и писать письма, если, опять же, таковые понадобятся.

Маленькая женщина в простом сером платье бесшумно открыла дверь и незаметно (даже для меня!) пронесла два больших кувшина с горячей водой в уборную. А затем – так же незаметно – вышла из комнаты. Я только диву давалась!

Но медлить не стала и тут же скрылась за небольшой дверкой, решив не дожидаться еды. В уборной обнаружилось мыло и настой трав для волос – что даже для столичных трактиров было редкостью, а также несколько вёдер холодной воды. А в едва заметном отделении стены, куда была вмонтирована небольшая полочка, обнаружилось даже банное полотенце.

– Это мы хорошо зашли! – присвистнула я и, набросив крючок на дверь, отдалась во власть мыла, воды и лохани…

Полчаса спустя…

Надевать на чистое тело грязный кожаный костюм очень не хотелось, и я, обмотавшись полотенцем, выглянула в комнату, в надежде добраться до тюков с вещами – мало ли Мара расщедрилась и засунула туда что-нибудь чистое и пригодное для носки? Но, не успев сделать и трёх шагов, я застыла, с удивлением глядя на новенький сверток, лежавший на детской кроватке. Бесшумно подошла, развернула и, с ещё большим удивлением обнаружила простое синее платье из мягкого, немнущегося материала. Идеальный вариант для небольшого города! С немым изумлением, в его складках я обнаружила ещё один сверток, в котором уже с выражением полного шока на лице, распознала женское нижнее белье. Этот дурашливый недо-шаман успел позаботиться обо всех моих потребностях, пока я намывалась в уборной!