Император желает услышать "Да" (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 64

– Я приму такую же ванную, как ваша. Но, пожалуйста, не говорите ничего Его Величеству! Он действительно не знал, – просит герцогиня жалобным голосом.

Она влюбилась в него, что ли?..

– Алинэ… почему ты следуешь за Каяном? – осторожно уточняю у неё.

– Я следую не за ним, – качнув головой, отвечает та, затем пальцем проверяет воду, – пора выходить. Я подам вам полотенце.

И, больше не возвращаясь к теме, герцогиня обтирает меня, после чего наносит мазь на все мои раны – и старые, и новые. По запаху я узнаю средство Вдовствующей Императрицы и удивленно… молчу.

– Вам нужно немного поспать. На расслабленном теле целебные свойства мази проявятся лучше всего, – и Алинэ подаёт мне почти невесомую ночнушку из мягкой ткани, другой рукой приподнимая одеяло.

Облачаюсь в предложенное и ныряю в постель.

Глаза как-то сразу закрываются, и, как бы я ни старалась контролировать процесс, уставшее от всех переживаний, тело в итоге проваливается в глубокий оздоровительный сон.

Глава 24. Только ради нас

– Аянэ.

Открываю глаза… и тут же подрываюсь сесть, но меня останавливают теплые ладони, появившиеся на плечах.

– Успокойся. Тебя никто не тронет, – произносит Каян, и почему-то я слышу отзвуки боли в его словах.

– Я… – немного растерянно озираюсь, не желая смотреть в его глаза: просто не имея на это сил, – Мы уже выдвигаемся? Я должна быстро собраться? —в итоге спрашиваю.

– Мы не отправимся в путь, пока ты не поправишься, – как-то странно отвечает император севера.

– Я не больна, – замечаю на это.

– Ты всё ещё не отошла от последствий принятия двух молний, – терпеливо поясняет Каян.

– Последствий? Со мной всё в порядке, – отрезаю сухо.

– В порядке? – переспрашивает Его Величество и берёт в руки подсвечник с прикроватной тумбы, освещая пространство.

Оглядываю комнату и с изумлением вижу, что все стены в подпалинах, а на потолке вообще огромная трещина…

– Что здесь… – изумленно выдыхаю.

– Самопроизвольный выброс силы. Такое бывает. Должно быть, ты очень сдерживала себя, – поясняет Каян.

– Сдерживала себя? – переспрашиваю, повторяя за ним, как безвольная кукла.

– Во втором свитке техники описана подобная ситуация – и как её избежать. Но ты начала продвигаться вперёд с бешеным темпом, и я не успел рассказать тебе…

– А вы бы рассказали? – перебиваю Каяна, впервые взглянув на него. Посмотрев прямо в глаза. Пожелав увидеть, как рождается его ответ.

– Аянэ, ты не дала мне возможности. Ты сбежала, – напоминает Каян.

– Мне было нестерпимо думать, как сильно вы будете страдать, в трезвом уме глядя на моё искалеченное тело, – почему-то вспоминаю слова Алинэ, кривя губы в улыбке.

– Ты наверно забыла. Это ты была под действием яда. Я брал тебя, отдавая себе отчёт в том, что делаю.

Сердце останавливается… и начинает стучать быстрее. И быстрее. И ещё быстрее!

– Я не хочу, чтобы это повторилось вновь! – испуганно восклицаю.

– Аянэ, успокойся, ты вновь начинаешь рождать заряд, – предупреждает Каян.

– Что? – потерянно переспрашиваю и, наконец, замечаю странный зуд во всём теле, – Я не знаю, как его сбросить! Это что-то внутри меня! – начинаю растирать кожу на груди, глядя по сторонам потерянным взглядом.

– Нужно взять себя в руки и направить молнию в безопасное место, – начинает объяснять Каян медленно и спокойно.

– Я не хочу направлять её в безопасное место! Я хочу направить её в дядю! Хочу направить её в тётю! Хочу уничтожить ей своего кузена!

– Это нормальное желание. Ты обижена…

– И тебя! Тебя я тоже хочу уничтожить!!! – кричу и плачу, не отдавая себе в том отчета.

– Аянэ, сила бурлит в тебе, потому что ты эмоционально нестабильна. Но как только ты возьмешь свой разум под контроль, станет проще, – успокаивает меня Каян и хочет, было, взять мою руку, как я отскакиваю от него на край кровати.

– Не трогай меня! – предупреждаю и чувствую запах палёной ткани.

Это наволочка под моей ладонью приняла легкий разряд с пальцев.

– Хорошо. Ты не хочешь брать себя в руки. Тогда давай пойдём другим путём, – почему-то продолжая говорить со мной успокаивающим голосом, предлагает Каян, – кричи на меня.

– Я не собираюсь кричать по команде! – срываюсь на него.

– И за это тоже накричи. Выскажи всё, что накопилось.

– Я ничего не буду тебе говорить! И я не буду тебя слушать! – закрываю уши руками, начиная чувствовать боль. Реальную физическую боль каждой клеточки моего тела...

– Аянэ! – Каян с силой отрывает мои руки от головы, – Ты должна это выплеснуть, должна избавиться от обиды – иначе твоя сила разрушит тебя изнутри. Это сложный процесс, в котором подавление не идёт на пользу. Ты сама себе вредишь!

– Так, вот, почему ты приехал? Чтобы не дать этой силе уничтожить меня?! Хочешь сделать это сам??? – сходя с ума от раздиравших меня чувств и эмоций, выкрикиваю ему в лицо.

– Я не хочу тебя уничтожить. Я хочу вернуть тебя домой.

– Макот заставил тебя, верно?!

– Как Макот вообще что-то может заставить сделать? – качает головой Каян, уже с нескрываемой болью глядя на меня, – Ты ничего не знаешь о статуях с волей Богов!

– Бери выше – я вообще ничего не знаю! Просто тыкаюсь носом, как слепой котенок… – замолкаю, осознав, что повторяю сравнение монаха, – у меня вообще никого нет… никого, кто бы объяснил мне хоть что-нибудь… кто бы рассказал, как дальше жить: я совсем одна… – сказав это вслух, тут же прячу лицо в ладонях.

Я произнесла это. Произнесла это при нём. Теперь он знает, насколько я слаба…

– Ты не одна, Аянэ.

Смотрю на императора севера, вновь убравшего мои руки от глаз, и не могу не рассмеяться:

– У меня есть поддержка Макота, да?

– Ты почему такая глупая? – встряхивает меня Каян, – Ты не можешь увидеть, что я чувствую? Или не хочешь?!

– Ты мне ничем не обязан, – качаю головой, отводя глаза и действительно не желая видеть его эмоций, – если ты чувствуешь вину из-з произошедшего в тот день…

– Это ты должна чувствовать вину, а не я! Ты меня соблазнила! Ты въелась в мой мозг, что я уже ни о чём другом думать не могу – только о тебе! Страх за твою жизнь погнал меня в Цай, и я мчался сюда три дня без остановки, наплевав на всё, забыв обо всех своих обязательствах! Думаешь, я здесь из-за желания унизить твою семью или выполнить долг перед Макотом?! Я здесь только ради тебя!!!

– ЭТО НЕПРАВДА!!! – кричу, выпуская всю свою боль через поры кожи, выплёскивая весь накопившийся заряд страхов, ожиданий, желаний и ужаса от осознания своих чувств.

Свет десятка молний озаряет комнату, а запах тлеющих досок забивает нос…

– Милая моя… любимая… как же ты мучилась, – меня прижимают к себе и начинают гладить по волосам.

– Это неправда… – повторяю чуть тише, орошая рубашку императора своими слезами.

– Сейчас нам нужно уйти отсюда, Аянэ, – шепчет Каян, осторожно подхватывая меня на руки, – постоялый двор почти разрушен, на нижних этажах распространяется пожар. Не бойся ничего и доверься мне!

– Но люди… – ничего не понимаю.

– Я уже вывел всех из здания. Заранее. Мы тут остались одни.

– Тогда не уноси меня, – прошу неожиданно, – оставь здесь.

– Аянэ! – повышает голос Каян.

– Я не смогу! Не выдержу! Если завтра вновь увижу, как ты смотришь на меня холодным взглядом…

– Я никогда больше не буду смотреть на тебя холодным взглядом!

– Ты не можешь этого обещать!!! Ты совсем меня не знаешь!

– Я знаю тебя лучше, чем ты – себя, – уверенно отрезает Каян.

– Это всё из-за того Яда… это Джай…

– Я благодарен ему. Хоть и строго наказал его.

– «Благодарен»? – смотрю на Каяна, пытаясь выловить его черты в свете всполохов пламени, возникавших то тут, то там.

Дышать становилось всё труднее…

– Если бы не он, я бы не понял, как дорожу тобой.