Аконит (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 45

— Хорошо не подругу, — легко согласился парень. — Но тебе не кажется, что одинокая девушка в толстовке с капюшоном будет выглядеть значительно более подозрительно, чем машина?

— Здесь повсюду камеры. Я не хочу, чтобы потом тебя допрашивали, если до этого дойдёт!

Наивное дитя. О как же я наивна!

В окно со стороны водителя постучали. Человек в форме и в фуражке, немного полный, розовощёкий, с холодным взглядом, но без голубого отлива. Я поглубже натянула капюшон и постаралась притвориться спящей.

Когда Олег опустил стекло, полицейский представился, а затем сходу приказал выйти из машины.

— В чём дело? — удивился парень. — Я что-то нарушил?

— Разбудите девушку и оба выйдите из машины! — вновь последовал приказ, только голос прозвучал в два раза строже.

— Что происходит? — спросила фальшиво-сонным голосом, оставаясь в тени.

— Пожалуйста, выйдите из машины. В городе проходят оперативно-розыскные мероприятия, — нехотя пояснил он.

Олег послушно вышел из машины, а я, действуя в два раза медленнее, напряжённо думала. Это несовпадение. Не может быть совпадением. Кай ищет меня, привлекая все силы. Как лучше найти девушку в толпе? Пройтись полицейской лапой. У меня примета на пол-лица и нет документов!

Выйдя из машины, краем глаза заметила напарника полицейского. Солнце в зените, но не обжигает, просто голова от волнения закружилась. Что делать? Повернуться и сдаться или?..

Я сорвалась с места.

— Держите её!

Раздался возмущённый окрик и я припустила ещё быстрее. Несмотря на боль и слабость, были шансы уйти. Эти товарищи не противники жирной пищи, спортзал не для них, так что моя задача — уйти с площади, а уж потеряться среди стоящих плотно друг к другу домов довольно просто.

Рука, прижатая к телу, мешала бежать, равновесие терялось, солнце слепило глаза, окрашивая всё в ярко-красные оттенки, но не сдавалась и продолжала наращивать скорость, пытаясь не сбить дыхание. Я влетела в небольшую толпу, толочущуюся около базарных торговок, продающих овощи, цветы и фрукты. Распихивая людей, пробиралась вперёд, оскальзываясь о гнильё под ногами, активно работая локтями.

— Куда ты прёшь! — прямо в лицо плюнула старуха, отталкивая в сторону.

Чуть не упала, но выровнялась, оглянулась и, увидев, как близко подобрался один из полицейских, ускорилась к выходу с импровизированного рынка.

Засада пришла откуда не ждала. Какой-то простецкий парень легко и непринуждённо сделал подсечку, и я рухнула, приложившись щекой о потёртый асфальт. Лицо обожгло, брызнули слёзы и в ушах зазвенело. Повреждённая рука заныла вновь — спал удерживающий бинт. Даже показалось, что заработала новый вывих. Только попыталась подняться, как налетел полицейский и довольно сильно коленом удержал в лежачей позиции.

— А ну не двигайся, стервь! — прошипел он, заламывая руки.

Я закричала — вывернутую руку прострелила острая боль и запульсировало плечо, эта пульсация волнами пошла по всему телу.

— У меня рука вывихнута! — отдышавшись, воскликнула, но мужик не обратил внимания, застёгивая на запястьях наручники.

— В участке разберёмся! — буркнул он, однако более деликатно поднял на ноги.

Вокруг собралась толпа любопытных. Разномастные лица, от мала до велика. Лузгающие семечки, ковыряющиеся в зубах и просто отупевшие, расхристанные, красные испитые люди. Или же это то, что вижу только я и только сейчас из-за того, что надо мной смыкается небо?

— Благодарю! — мрачно и кратко процедил полицейский довольному пареньку и тот мигом заулыбался, шутливо отдавая честь и неприязненно глядя на меня.

Идя сквозь толпу, по сторонам слышала шёпот: «Лицедейка, небось!.. Воровка иль чё похуже!.. Ты видел её шрам?.. Точно тебе говорю — убийца!.. Я тут слышала, бабёнка приревновала мужика, свихнулась и зарубила его, а потом сбежала… Мож она это?..»

Полицейский вывел к дороге, куда тут же подъехал небольшой уазик. Водитель выскочил из машины, с интересом оглядел меня, удивлённо присвистнул, пониже натягивая кепку, оглаживая небольшую бородку.

— Вот так улов! — резюмировал он.

— Хороший день, — подтвердил толстяк, а затем толкнул меня в спину, вызвав очередное шипение и боль.

Начиналась мигрень и день на секунду выцвел до полной белизны. Проморгавшись, увидела перед собой открытую заднюю дверцу уазика.

— Полезай! — скомандовал мужик.

— Дядя, может не надо? Я ничего плохо не сделала, просто… — заканючила я, кося под простушку.

— Это в участке разберутся, — перебил он. — Моё дело доставить всех подозрительных. Так что не нервируй и полезай в кузов!

— Вы не имеете право! — раздался голос позади.

Обернувшись, увидела, как второй полицейский тащит, держа за плечи, упирающегося Олега.

— Да вы знаете кто я? И сколько законов нарушили?! Я вас засужу! — вопил он, а служителям закона побоку.

Только водитель, затушив сигарету о борт машины и скрестив руки на груди, принялся что-то насвистывать себе под нос.

Обречённо выдохнув, поставила ногу на небольшую подножку и с помощью полицейского залезла внутрь. Следом от совсем не почтительного пинка влетел Олег. И дверца захлопнулась, взревел мотор.

***

Самым удивительным было то, что в участке обработали новые раны и даже закрепили разнывшуюся руку. И камера, куда поместили, оказалась чистой и пустой, а точно в такую же разместили кипевшего от злости Олега. На этом плюсы закончились и пошли минусы.

Я в камере в городе рядом с усадьбой. Уверена, что ищут меня и что скоро придут они. Так надеялась, что не подставлю Олега, но парень здесь — напротив меня, пышущий гневом, нервно ходящий из угла в угол. Сколько шансов, что его не возьмут в оборот?..

— Эй, всё будет хорошо! — раздался голос за решёткой.

Олег подошёл и облокотился о перекладину, пропустив руки сквозь железные прутья. На запястьях заметила синяки от наручников. В душе хотелось, чтобы его слова оказались правдой, однако взгляд зелёных глаз выдавал истинные чувства — страх и непонимание. Господи, надеюсь это пройдёт по касательной и всё-таки не заденет парня. Он просто водитель, подобравший незнакомку на дороге в лесу. Он ничего не знает и ничего не узнает. Пусть будет так!

— У меня всё времени не было спросить, — я аналогично прислонилась к решётке, чтобы могли говорить в полголоса, — почему у тебя такая странная машина? Она такая маленькая, да ещё эта ромашка…

— Это машина матери, — ответил он, немного сбитый с толку неожиданно неуместным вопросом.

Потом широко улыбнулся:

— Отец подарил на годовщину свадьбы. Она только-только получила права и тут такой подарок! — его глаза потеплели от хороших воспоминаний. — Моя машина в вечном ремонте после зимы, а я очень хотел съездить сюда. Мама и одолжила. Она верит в меня, — теперь он загрустил и уже я попыталась поддержать его:

— Всё будет хорошо! Скоро тебя отпустят и ты вернёшься домой. У них нет причин для задержания!

— А тебя есть? — с неожиданно неприятной интонацией спросил он. — Ты что-то сделала, поэтому тебя ищут? Поэтому нас задержали?

Для ответа не нашлось слов. Прикусив губу, отошла от прутьев вглубь камеры и присела на скамейку, осторожно погладив разнывшуюся руку. Бег не пошёл ей на пользу.

Олег прав — здесь оказались из-за меня. Я пыталась убить Кая, потом он пытался убить меня. Я сбежала, он поймал, снова сбежала и скоро он вновь поймает. Интересно, как много знают господа полицейские? У них ориентировка на меня или они просто ловят всех подозрительных/не местных? Я внимательно смотрела в глаза каждому, кого встретила и никого подозрительного не увидела. Здесь нет членов семьи. Так что вопрос остаётся открытым.

— Мне нечего сказать! Я просила оставить меня, ты не послушал. Бога ради, ты ещё выговаривал за внешний вид, а ведь мы сидели в красной машине с ромашкой на капоте! Просто живые мишени! — почти истерично воскликнула, поворачиваясь к нему лицом. — Да мы здесь из-за меня. И мне жаль, что впутала тебя, ведь ты ни в чём…