Аконит (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 21

Повторение ритуалов здорово облегчает поток мыслей. Когда идёшь по накатанной дорожке, проще не думать о проблемах. Проще дышать. Я почти забыла обо всём, бег ровный, дыхание лёгкое, а мысли простые. По утрам люблю слушать классику, что-то спокойное, чтобы сквозь музыку слышать окружающий мир. Дыхание ветра на листве, радостное пение птиц, хруст веточек, ломающихся под тяжестью моих ног. Всё вместе составляет идеальную картину мира, полная гармонии и спокойствия.

Поэтому, когда напали сзади, не успела и пикнуть. Наушники слетели при захвате, мужской локоть оказался прямо под подбородком, голову оттянули назад и из-за инерции потеряла равновесие, а когда отпустили, грохнулась оземь, сильно приложившись затылком. Солнце моментально ослепило, в ушах зазвенело, а дыхание сбилось. Проморгавшись, поставила руку перед собой, заслоняясь от света, пытаясь разглядеть нападавшего. И увидела недовольного Армана.

— Плохо Елена, очень плохо! — раздражённо сказал он, наблюдая как я поднимаюсь. — Ты слишком медленно учишься. В тебе совсем нет тревожности? Чувства страха? Как ты могла дать так просто себя подловить?

— А что я должна была сделать? Ты поступил нечестно! — пробурчала зло, потирая горло.

— Ах я поступил нечестно! А что такое честно, Елена? Когда кто-то хочет причинить кому-то боль, он априори плевать хотел на это слово! И тебе должно быть плевать. Ты всегда должна быть настороже. Должна уметь постоять за себя. Но вместо этого наслаждаешься прекрасной погодой, пробежкой и музыкой. Как ни в чём не бывало!

— Но я не умею бояться так, как надо! Я пыталась делать то, что у меня получается. Ведь если буду думать о том, что сюда в любой момент может заявиться Кай — сойду с ума! Что ты сделаешь, когда это произойдёт?

— Его застрелят мои люди. Или я собственноручно его удавлю. Это моя территория и без моего разрешения сюда никто не войдёт. Если Кай и правда решится на это — он умрёт, — почти равнодушно ответил Арман. — Но речь не о нём. Ты не сможешь вечно прятаться за моей спиной, мне не нужны глупые девчонки. Лично Кай сюда не придёт, но он умный. И придумает что-то другое. Это вопрос даже не месяцев — дней, может недель, если повезёт. К этому моменту ты уже должна быть готова дать ему отпор. А значит пришла пора шоковой терапии, моя милая. Если ты конечно хочешь продолжить. Ты хочешь?..

Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Арман даже не представляет, насколько сильно Кай хочет меня заполучить после того, что сделала с ним.

За мои поступки он меня убьёт.

***

Кафельная плитка по высоте на уровне плеч, белая и вся в сколах и разнокалиберных пятнах, разводах и потёках. Выше серая краска, а над головой голые лампочки, тусклые, качающиеся на слабом сквозняке. Здесь холодно, темно и никого нет.

Арман привёз в небольшое здание, стоящее на отшибе маленького городка. Время вечернее, нет ни машин, ни людей. В сумерках читается будущий холод — небо затянуто тучами, скоро пойдёт дождь. От света фонарей удалось разобрать надпись на входе.

— Почему ты привёз меня сюда? — задала вопрос, резко остановившись.

— Не волнуйся, с тобой ничего плохо не случится. Если будешь делать то, что скажу — всё будет хорошо. Мы вместе вернёмся домой и Кай не доберётся до тебя. Если потребуется, я даже увезу тебя из России.

— А что будет, если не сделаю?

Арман мрачно посмотрел на меня.

— Тогда оставлю прямо здесь и ты пойдёшь своей дорогой. И мы больше никогда не увидимся.

— А как же Лико?..

— Ты не первая у него. Просто зашла дальше других, но это ничего не значит. Кай найдёт тебя и придумает, как развязать с Лико. Но я верю, что до этого не дойдёт. В конце концов, всё, что мы делаем — делаем ради того, чтобы стать сильнее.

— И за какой же силой мы приехали в морг?!

— Идём и узнаешь.

Мы проходим мимо пустого стола, за которым должен был сидеть охранник, идём сквозь комнаты, прямо через двери «Служебный вход», направо, налево, прямо. Запах тяжёлый, химический, волнами меняющий свой аромат, знаменитый парфюм — господин Формалин. Мы молчим, когда заходим в очередную комнату.

Это небольшое помещение с работающим кондиционером, поддерживающим температуру не выше пятнадцати градусов. Справа холодильные установки, слева шкафчики с полупрозрачными дверцами, а в центре комнаты железный стол с крышкой, похожей на поддон со сливом. Не трудно догадаться для чего это.

На столе лежит тело, накрытое обычной простынкой в горошек. А рядом стоит невысокий подвижный человек в маленьких круглых очках.

— Арман, какую девочку ты ко мне привёл! Миленькая такая, что ей здесь делать?

Незнакомец с щербатой улыбкой, лицом, изъеденным сыпью, коричневого, прогорклого оттенка, с хитрыми, но уставшими глазами отошёл от стола и обменялся рукопожатием с Арманом. Его совершенно не смутило моё лицо, наоборот он только шире улыбнулся, запечатлев поцелуй на моей руке.

— Сударыня, очарован!

— Не трать моё время, Миша. Ты всё подготовил? — почти равнодушно задал вопрос Арман.

— Всё в лучшем виде! — уверенно и даже торжественно заявил мужчина, подмигнув мне. — Прошу!

Он вернулся к металлическому столу и, одёрнув ткань, продемонстрировал труп молодого юноши, не старше двадцати-двадцати пяти лет. Кудрявый, рыжий и когда-то конопатый. В комнате почти нет запаха, хоть тело и успело приобрести трупный грязно-серый цвет. Меня удивил красновато-розовый оттенок на спине и плечах мертвеца. Я не знала, что такое может быть.

Это не первый труп, который вижу. Более того, я видела, как убивают людей, видела, как их глаза угасают и сейчас внутренне порадовалась, что глаза этого мертвеца закрыты. Мои столкновения со смертью позволили сейчас сохранить максимальное спокойствие, чтобы Арман видел — я не боюсь мёртвых.

— Угорел бедолага. Ни семьи, ни друзей, ни родственников. Жилища тоже нет. Ничего нет. Идеальный вариант, как и говорил. Через пару дней похоронят в общей могиле, — прокомментировал Михаил.

— Ты свободен, — заявил Арман, кивнув и передав обычный конверт. — Помни — нас не должны побеспокоить.

— Как можно, — ехидно ответил мужчина. — Пока, красавица!

И он ушёл.

Арман долгое время молчал, изучающе разглядывая меня. Когда это надоело, не выдержала и задала вопрос:

— Зачем мы здесь?

— Коснись его, — отвечая и не отвечая, сказал Арман.

— Я не собираюсь трогать труп, — заявила отрицательно, демонстративно скрещивая руки на груди.

— Нет, ты сделаешь это.

Арман подошёл и улыбнулся так, что его глаза почти засветились во тьме, едва-едва разгоняемой одной-единственной лампочкой, затем схватил за руку и подтащил к телу, держа жёстко, почти до синяков.

— Дотронься до него, Елена!

Он вытянул мою руку над телом так, что почти касалась холодной плоти.

И я опустила её. Моментально стало противно. Касаться мертвеца отвратительно и мерзко. Его кожа похожа на кусок несвежего, почти липкого мяса, только-только вынутого из холодильника. Тошнотворно. И сейчас в воздухе чувствуется пока совсем лёгкий запах гниения, забиваемый резким медицинским букетом.

Арман вновь обошёл стол и встал напротив. В руках у него оказался простой нож, сантиметров двадцать в длину. Он покрутил его в руках, пальцем проверяя остроту, а затем перевёл взгляд на меня.

— Видишь? Ничего страшного не случилось.

В комнате такая тишина стоит, только слышно, как в отдалении на улице проезжают машины, а здесь гудят холодильники и работает вентиляция, гоняя противный запах по комнате. Боже, как же холодно!

— Теперь послушай очень внимательно. Пожалуй, сейчас будет самый важный урок в твоей жизни. Смотри, слушай и запоминай, поняла?

Я убрала руку от тела и кивнула.

— Вот здесь располагается внутренняя ярёмная вена и сонная артерия. Ты должна нанести вот такие удары, чтобы проникнуть глубоко в шею и задеть их обеих. Чем глубже и шире, тем лучше, — Арман проводит ножом прямо под нижней челюстью, не касаясь тела, только демонстрируя, как и где нужно резать, а затем продолжает говорить: