О с Г 2 (СИ) - Матвиенко Анатолий Евгеньевич - Страница 39

— Согласен, — одобрил Сергей. — Проведем несколько стрельб из автоматов в лесу. Остальное — здесь?

— Конечно! — Рей указал на окно во двор. — Все окна и проемы забить толстыми досками, чтоб держали пистолетную пулю. Придется испортить полста патронов или даже больше. Будем отрабатывать стрельбу в закрытом пространстве друг против друга, в движении, в прыжке, в падении. Потом — по боевыми по мишеням на стенах. Во дворе тренировки с ножом. Холодное оружие против холодного. Растрясем жирок!

Хоть никто из его парней не страдал от плодов чревоугодия, от последних слов они заулыбались. Маркиз, пусть он и с титулом, не чурается безродных. Это — хорошо. Когда начнется резня, все будут вместе, невзирая на длину хвоста из именитых предков.

Прибывшие расположились на втором этаже дома, потом постреляли холостыми. Слегка оглохнув, Серж вышел во двор. Вечерело.

От ворот донесся тихий скрежет, потом столь же тихое повизгивание. Из любопытства граф открыл калитку, и во двор ворвался мохнатый рыжий комок с белыми лапами и языками черной шерсти на пышной гриве.

Лайза подпрыгнула, уперлась когтями Сергею в грудь и попыталась языком дотянуться до лица. Пришлось нагнуться.

— Ты нашла меня, моя девочка? Хорошая!

Собака завиляла хвостом. Ушки, заломленные вперед у самых кончиков, прижались к голове. Убежав из замка, скорее всего — когда ее выпустили из дверей на время кормления Тибальта, она по запаху нашла дорогу к дому, арендованному Сергеем. А теперь боялась, не прогонят ли ее обратно.

Снова грянули выстрелы. Лайза недоуменно оглянулась на незнакомый звук, потом села, не сводя взгляда с Сергея: что прикажешь, хозяин?

Непостижимо, но всего за несколько дней рыжая колли прониклась духом почтения, которое все обитатели Шанси оказывали графу. Колли признала его гранд-хозяином. Клыкастая пасть едва не трескалась от улыбки, когда Лайза получала кусочек из рук всеобщего кумира, ради этого она покидала боевой пост у Тибальта, стоило только запахам ужина из столовой расползтись по углам замка. Правда, потом снова уходила в детскую. А теперь откровенно дезертировала. Но Сергей не поставил ей это в упрек, наоборот — запустил пальцы в пушистый воротник, потрепал по морде, почесал под челюстью… Темно-карие глаза прикрылись от удовольствия.

«Взять ее в Киенну? Флоранс точно обрадуется. Но это же собака машери! Леа обижать нельзя. Даже если подброшу несколько монет сверх обычного… Она и без монет отдаст Лайзу, кто же мне возразит. Уже потом, после моего отъезда, Леа станет грустно. Вообще, свинство это — отбирать компаньонку у сына».

Колли появились на Гее давно. Длинношерстных шотландцев на планету завез один из членов Миссии. Они расплодились и стали своего рода атрибутом престижа. Их содержали только благородные. С десяток жило при императорском дворе, но там ни одна из собак так и не признала Сергея. В Шанси суку завел бывший барон, ныне — покойный. Сейчас ей исполнилось два года.

Не считая неожиданной собачьей любви, Сергей, положа руку на сердце, должен был признать — выбор места тренировок оказался неудачным. Дело в чувствах Леа. Если, скажем, прискакал на час, обнял ее и сына, оставил денег, а потом умчался по неотложным делам — это одно. А так, проживая в Шанси, но не заходя в ее спальню, не отвечая на нежность машери, он ведет себя по-скотски…

«Лучше, конечно, вернуться в Киенну, — думал Сергей. — Для Флоранс тоже лучше, Хорхе наверняка объяснил ей, куда и зачем я уехал».

Подумав, он достал комм и вызвал лорда-канцлера.

— Прости, что отвлекаю от ужина. Что слышно во дворце? Как император?

— Как всегда, не вовремя, — сварливо отозвался Хорхе. Он глотнул портвейн из высокого серебряного кубка и оставил его в сторону. — Император в состоянии «тяжелое, стабильное». В ближайшие дни, вероятнее всего, не умрет. Но тебе с командой придется вернуться в столицу не позднее 22 апреля.

— Что-то произошло?

— Произойдет. Грядущая кончина Бодуэна ни для кого не секрет. Эдуард взойдет на престол до конца года. Стало быть, к его дню рождения, 25 апреля, сюда потянется знать — ровно так же, как на день рождения императора. В следующий раз — на похороны Бодуэна и коронацию Эдуарда сразу после траура. По моим расчетам, шакалы бросятся в атаку именно после похорон. Но ситуация меняется. Все может быть. Твои люди будут готовы?

— Так еще только начали… Хотя, если выехать двадцатого, азы они постигнут. Чтобы стать супербойцами, и полгода мало. Думаю, справятся.

— Смотря с чем… Пока смутно вырисовывается, с кем им придется столкнуться. Гвардия императора и две дюжины баронов, верных престолу, легко арестуют взбунтовавшуюся верхушку знати во дворце. Но если де Моайль развернет заговорщиков в армию, начнется полноценная война. Тогда только ты поможешь, ударив из флаера лучевиком. Но жертвы будут громадные, этот вариант нельзя допустить. Ту новая напасть: у заговорщиков появился еще один кандидат в лидеры — герцог де Тревейн.

— Ему-то что надо?

— Информатор сообщает, будто бы герцог намерен сватать своего старшего сына, наследника титула, принцессе. Между прочим, имеет право: он — самый родовитый жених-претендент в империи, а после первого замужества Флоранс даже речи нет, чтоб выдать ее за иностранца.

— Вырву ему женилку… Флоранс знает?

— Трудно сказать. Пока Бодуэн болеет, мы практически не общаемся.

Вот это новость! Она взволновала Сергея больше, чем известие о родовитом выскочке-женишке. Раньше, стоило отлучиться хоть на день, принцесса осаждала Хорхе с тысячью вопросов — где Серж, что с ним, когда вернется… Будь у Флоранс комм, отвечать на ее вызовы пришлось бы до полной разрядки батареи.

Что-то случилось. Но что?

— Она ни разу не поинтересовалась, где я и когда вернусь?

— Сама — нет. Прислала принца. Я ответил уклончиво в надежде — сама придет спросить. Но нет. Видимо, обуяла гордость. Не хочешь рассказывать о себе — подавись. Женщины, они такие. Как Леа? Сделал ей второго барончика?

— Георгий Степанович, ну как можно! Пока меня ждет Флоранс, я ни-ни.

— Флоранс не взревнует. Это все равно, что согрешил бы с правой рукой. Ты же знаешь: Леа — ей не соперница, о чем прекрасно известно и ей самой, и принцессе.

— Я не могу изменить Флоранс, уж простите. Эх, Георгий Степанович! Вам некогда удалось сделать счастливой одну женщину, а мне сразу двух — несчастными. Что же делать?

— Приехать в Киенну и объясниться. Но не сейчас. Опасность получить арбалетный болт в затылок возрастает с каждым днем. Я не знаю, сколько здесь людей на стороне заговорщиков. Известных — не трогаем, чтоб не всполошить раньше времени. Прискачешь вплотную к двадцать пятому, там и определимся, как жить дальше.

— Ясно…

— Кстати, ты не входил в компьютер разбитого бота?

— Нет.

— Странно. Я вижу его значок в сети, но он перемещается! И уже далеко за Проклятым лесом. Пробовал достучаться к нему, выскакивает сообщение «введите пароль». Ты его ставил?

— Нет, конечно. Мог Рей, спрошу у него, но почти наверняка — нет.

— Вот что. Надо связаться с орбитальной станцией. Может, автоматика засекла эти шалости?

— С комма не реально. Попробуйте вы, у вас терминал в комнате связи.

— Тряхну стариной. Как ты появился на Гее, я перестал к нему подходить. Год не садился.

— Через три недели приеду. Скажите что-нибудь ободряющее Флоранс.

Сергей нажал на отбой и проверил сетевые значки абонентов. Убедился, что значок бота активен.

Нажал на вызов, в ответ — то же сообщение «для входа в операционную систему введите пароль».

Лайза тявкнула, преданно глядя в растерянное лицо господина. Увы, ничем помочь она не могла.

— Ваше сиятельство! — прервал его размышления зашедший в комнату Пуатье. — Наверно, вы не заметили, но дела у баронства плохи. Старого Блеза всерьез не принимают, с податями обсчитывают на каждом шагу. Дайте мне день. Потолкую кое с кем по-свойски. Леа станет лучше.

Сергей машинально кивнул.