Манкая (СИ) - Шубникова Лариса - Страница 48

Глава 21

— Отпусти, — просила Юлька Широкова, а он только головой мотал и тем самым заставлял ее смеяться! — Отпусти, Митя! У меня есть одно важное дело.

— Какое? И что может быть важнее, чем я? — наглый и счастливый Митька захватил Юлькины руки и крепко держал их.

— Ничего! Но мне, правда, нужно уйти, — тон ее стал серьезным, и Митя отпустил тонкие запястья.

— Ты вернешься?

— Если ты этого хочешь, — плохой ответ и он, разумеется, Широкову не понравился.

— А ты хочешь? Юль, без шуток. Я не хочу тебя отпускать. Зачем спрашивать, хочу ли я, чтобы ты вернулась?

— А я не хочу уходить. Но, должна, — все, дошло до Митьки куда и зачем она собралась!

— Ты к Кириллу?!!!

— Да.

— Нет. Зачем? — спрашивал и понимал, что идти ей надо, и вопрос он задал тупейший, — Хочешь рассказать ему? Юль, я могу пойти с тобой. А еще лучше, я сам ему расскажу.

— Нет. Я должна сама, понимаешь? — Митька понимал, но решительно отказывался отпустить Юльку к мужу.

— Не могу. Честно. Не могу я тебя туда одну отпустить!

— Пожалуйста, Митенька, — поцеловала нежно и как теперь ей отказать? — Я не думаю, что вернусь скоро, но я обязательно вернусь.

Широков злился, но и понимал, что это правильно! Притом, счастлив был как влюбленный малолеток, впрочем, таким он и был, если убрать «малолетка».

— Я буду за дверью! И не спорь!

— Я очень прошу тебя не делать этого. Я буду знать, что ты ждешь и волнуешься, и не смогу думать ни о чем, кроме тебя. А мне сейчас понадобятся все мои силы и мысли. Прости меня, Митя. Я сплошные проблемы тебе создаю.

— Опять? Юль… А я тебе проблемы не создал? Ты из — за меня должна сейчас отчитываться перед мужем. Кто тут проблема?

— Напасть? Ярославская, — Юля улыбалась.

— Напасть московская! — Митька покачал головой и тоже улыбнулся.

Они выяснили, как величали друг друга мысленно, и удивились сходству фраз и ощущений. Хотя и рады были любому намеку или случайности, говорившим о единстве мыслей.

Юля встала и направилась в ванную. Там она долго стояла перед зеркалом и изучала свое отражение. Что видела? Ну…вопрос сложный, хотя в данном случае очевидный. Зеркала редко лгут. Это мы себе лжем, когда видим в отражении нечто, что нам не по нраву. Располнела?? Нет! Это зеркало увеличивает! Побледнела?? Это освещение такое! Лохматая?? Это сейчас модно, да и живенько так! Ну и так далее… А Юлька старалась себе не лгать. Вот и сейчас, видя свое лицо, счастливое и сияющее, поняла, насколько рада быть с Митей. И не только это…

Да, Юлька странное, непонятное создание. Наверно потому и подумала о Кире! Каково ему было возвращаться от любовниц к ней. Вот только он был в постели и горячо целовал желанную женщину, а тут надо идти домой и врать надоевшей жене о любви, работе. Не жалела она его, но понимала, насколько тяжело это все. Правда, забывала она о том, что есть на свете люди не такие как она, совестливые. Кира не страдал этим чувством, ну не входила совесть в список его встроенных опций. А в Юлькиной прошивке это качество стояло на одном из первых мест. Кире тяжело не было. Его «походы» радовали его тем, что уверен он был в собственной хитрости и изворотливости. И там успел и тут не сплоховал. Как — то так. А Юлька?

А она, приняв свои чувства к Мите, отдавшись ему, испытывала вину! Однако, месяц на Канарских островах не прошел для нее даром. Кира просил дать им шанс, и Митя просил. А она, Юлька, сделала свой выбор. Мысль прекрасно угнездилась в ее головке и не дала сорваться в очередной моральный кризис. Да, придется сказать Кире, что шанса она ему не даст, но ведь и она обещала подумать, а не отвечать согласием.

А тут надо сказать спасибо Джеки! Гранд дама своим «тонким психологическим вмешательством» слегка поправила Юлино мироощущение.

Приняла Юлька душ, расчесалась, завернулась в махровую простыню и вышла в гостиную. А там уже стоял Митька, разглядывая футболку, в которой накануне Юля к нему выскочила.

— Помнишь, я про Знак тебе говорил? Вот он, — Митя развернул футболку и Юлька прочла «Вместе навсегда!» — Когда увидел, сразу понял, мы будем вместе.

Бедная Юленька даже губу закусила. Ну и как теперь сказать ему, что футболка та из парной с Кириной? И что фраза эта вовсе не для Мити, а? Откуда — то их глубины ее профессиональной памяти выскочило слово «компромисс»! И сразу же пришлось по душе нашей москвичке. Она закажет новые футболки с такими же надписями и одну из них отдаст Мите! А эту выкинет или сожжет. Да, женщины охочи до таких вот ритуалов. Ну и модные журналы играют в том роль не последнюю! «Соберите в коробку и сожгите все вещи, которые напоминают Вам о бывшем»! Бред какой. Сожгите и себя тоже. А, что?! Тело, которое помнит его объятия и голову, в которой мысли все о нем. С другой стороны, если это помогает, почему нет? Но, все равно, бред.

Юлька подошла к Мите, обняла, поцеловала и совсем не захотела уходить!

— Я не знаю во сколько вернусь, Мить. Ты прости, у меня нет представления о том, как все это происходит.

— Юлька, прошу, перестань извиняться. Передо мной ты ни в чем не виновата. Не была и не будешь. Забудь это слово, ладно?

— Я постараюсь! — получила серьезный поцелуй от напасти ярославской, с трудом выпуталась из его теплых рук, оделась и пошла к выходу, хитро улыбаясь сунула ножки в его огромные тапочки и выдала — Митя, когда ты перестал отвечать мне, я очень испугалась. Подумала, что с тобой случилось что — то. Не исчезай больше. Я знаю наверняка, что этого не переживу. Можно, я скажу в последний раз «прости меня»? Ты прости, что так долго ехала к тебе и заставила переживать.

Широков стоял сейчас в собственном холле и слушал ее признание. Понял, что сорвалась она неожиданно и прилетела в Москву сюрпризом только потому, что боялась за него, Митьку. Призналась, таки, напасть московская в своих чувствах! Вероятно, хотел он услышать «люблю», но ведь признания разными бывают. Даже без этого слова, верно? Например: «Я не могу жить без тебя!», «Ты самое дорогое», «Как долго я тебя искала/ждала». В Юлькином случае- «Я не переживу, если ты исчезнешь».

— Я иду с тобой.

— Нет. Пожалуйста, — и глаза такие, что отказать никакой возможности!

— Ладно, но знай, не явишься через два часа я вышибу дверь и заберу тебя. Юлька, телефон все время держи в руках.

— Хорошо, — поцелуй и ее уход.

Когда дверь Митиной квартиры закрылась за Юлей, стало страшненько. Сделала москвичка наша пару шагов до своей двери и замялась. Пошла к Джеки! Убеждала себя, что за ключами от дома, а на самом деле хотелось ей еще пару минут побыть в приятой невесомости от Мити и его…э…их… Ну, да вы все поняли. Нет слова, которое могло бы заменить «секс». Можно сказать любовь, но это не всегда ассоциируется с постелью. Плотское удовольствие? Это два слова и не гарантированно относится к сексу. Удоволить себя можно и тарелкой густого борща, если на то пошло. Тоже ведь, плотское удовольствие. Есть непечатное слово на эту тему, но на то оно и непечатное, чтобы не печатать его где попало.

— Юля, детка, как дела? — Ирина Леонидовна постаралась сдержать природную ехидность и не делать глумливых замечаний по поводу счастливой мордашки своей девочки, — Я не ждала тебя так быстро.

— Ириночка Леонидовна, я расскажу Вам все, но чуть позже. Мне к Кире нужно зайти, — вот тут Джеки и удивилась и напугалась.

— А надо ли? Напиши ему и все. Хочешь, пойду с тобой? Хотя, разговора вам никак не избежать. Будь осторожнее, Юлюшка! — Юлька вытащила ключи из сумки и кивнула Ирине.

Вышла на лестничную площадку бедняжка, вздрогнула от хлопка двери Джеки и поняла, что отступать некуда. Простите, но позади Москва!

От автора: крылатая фраза — «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва» автором фразы считается комиссар Клочков В.Г.

Ну и пошла, и отомкнула свою дверь, своим ключом, переступила порог свой же, и услышала голос своего мужа.