Знак даосов (СИ) - Шубникова Лариса - Страница 12

- Я буду рада оставить ваш номер у себя, но скажу сразу – надежда очень, ну просто очень призрачная.

Оба расхохотались. Еще несколько минут простого тёплого счастья, и Нора ушла. Майор Елисеев еще какое-то время смотрел на дверь, понимая наглядность ситуации в которую он, взрослый мужчина, угодил. Красавица Нора только что закрыла дверь в ее же сердце. Майор тряхнул головой, выпроваживая нелепые, высокопарные мысли, взял в руки книгу и принялся читать. Жаль, что он застрял на первой странице часа на два.

Нора торопилась к Игорю. Она забежала в пищевой блок, взяла поднос с ужином и аккуратно понесла его в палату к Мелехову.

- Норка, чего такая веселая? – Симпатичная Лана перехватила приятельницу в коридоре. – Ого, даже румяная. Колись!

- Ланочка, тороплюсь. Позже поговорим, ладно?

- Как скажешь. Ты сегодня в сестринской ночуешь или домой?

- Сегодня домой.

- Ладно, но я помню! Ты расскажешь все, ага? Ну, хоть какой он?

- Кто? – Норе не терпелось уйти.

- Кто, кто… Парень твой. Вон глаза сияют, думала не понятно? – Лана засмеялась так заразительно, что Нора поддержала ее невольно.

- Выдумщица! Я побежала, ладно? До встречи.

С трудом протиснулась с большим подносом в дверь ВИП палаты и застыла у входа, встретив очень странный взгляд Мелехова.

- Хорошо выглядишь, Нора. Свежий воздух тебе на пользу. Свидание прошло в теплой и дружественной обстановке?

Нора очнулась, прошла к столу и поставила поднос.

- Все хорошо, спасибо. Приятно было побеседовать с умным и чистым мужчиной. – Говоря все это, она сильно рисковала, однако слова Игоря ее слегка задели.

- Это намек на то, что я глупый и грязный? – Игорь надавил голосом, сдвинул брови, а Нора залюбовалась.

Короткие волосы, выбритые виски – все это было слишком мужским, воинственным, грубым, но глаза его серые с просинью, согревали.

- Я просто сказала, что мне понравилась беседа и все. А если уж говорить о намеках, Игорь, то вам вовсе не помешали бы душ и бритва. Но, я не настаиваю. Ваш ум прекрасно компенсирует грязь и небритость. – Нора ехидно приподняла брови.

- Шикарно. С каких пор мне стали нужны советы козявок разных, а?

- Ну, вы же советовали мне раскормиться, теперь я советую вам побриться.

- Я старше. И больше. – Игорь сузил глаза и двинулся к Норе, а та засмеялась.

- Игорь Сергеевич, вас я не боюсь. Сами сказали – у меня иммунитет.

- Стало быть, меня не боишься, а кого тогда? – Мелехов остановился в нескольких сантиметрах от девушки.

- Никого. С чего вы взяли, что я боюсь? – Нора сделала шаг назад.

- Козявка, ты сказала «вас я не боюсь», и это означает только одно - не меня, но кого-то другого. Я не самый умный парень в мире, но не забывай, где я служу, ладно?

- Я постараюсь, - кивнула Нора. – Ужин остывает.

- Без тебя есть не стану. – Мелехов скрестил руки на груди, и встал, как вкопанный. – Неси еще одну тарелку и вилку.

- Игорь, я не голодна. И прекратите отдавать мне приказы. В конце концов, я медсестра, а не горничная. – Нора вспыхнула, но отчего-то была рада и его приказу, и настойчивости.

- Принято. Схожу сам. – Он двинулся к двери, но Нора ухватила его за рукав пижамы.

- Я схожу. Вы упрямый!

- А ты – козявка. Имей в виду, ужин остывает. – Игорь выдал одну из самых широких своих улыбок, и Нора не смогла не улыбнуться в ответ.

Пять минут спустя, оба уже сидели за столом и ужинали. Нора понимала, что нарушает распорядок центра, но так хорошо, так тепло она не чувствовала себя уже очень давно. После они долго болтали, вспоминая мелочи, подробности своего детства и юности и были гораздо счастливее, чем раньше.

- Мне пора, Игорь. Моё дежурство окончено.

- Пироги! – Приказывал потешно Игорь, а Нора согласно кивала.

- Завтра будут вам пироги. Честно, вы же не отвяжитесь.

- Не отвяжусь. Приходи пораньше, ага? Утром позавтракаем вместе. Знаешь, давно не ел в компании.

На прощание Игорь обнял Нору, очень аккуратно, бережно, и быстро отпустил.

Нора бежала домой очень быстро. Нужно было успеть замесить тесто и приготовить начинку. А утром встать раньше и поставить пироги в духовку. Она старалась сдерживать улыбку, но получалось скверно – уже очень давно она не готовила ни для кого, кроме себя, и не подозревала сколько радости могут принести обычные пирожки, испеченные для близкого человека.

Дом, где она снимала комнатушку, находился недалеко от госпиталя, а потому ее забег стал недолгим. Уже дома, надев домашнюю одежду, она принялась колдовать над тестом, и при этом не заметила, что напевает себе под нос.

После спокойного сна, рано утром она подскочила и уселась в постели, впервые за долгое время просто улыбнувшись неяркому солнцу за окном. Быстро умылась, причесала богатые длинные волосы цвета темного дерева и даже немного полюбовалась на себя в зеркало, отметив, что Игорь совершенно прав – худая, но уже совсем не бледная.

Выскочила из дома, понимая, что придется бежать, чтобы успеть на завтра к Мелехову до начала дежурства.

- Опа, опа! Кого я вижу? Норчик! Вот и свиделись. Рада?

Вся радость Норы обрушилась, скомкалась и превратилась в кошмар наяву. В тот самый кошмар, что преследовал ее уже более года и носил имя Анатолий Шенкер.

Высокий, лощеный молодой человек приближался, надвигался неизбежностью. Нора метнулась в сторону, но не успела. Шенкер схватил ее за руку, сжал крепко и толкнул к стене дома.

- Думала, не найду? Напрасно. Я всегда тебя находил. И Шаевский найдет. Так что, Норчик, не надумала продать квартиру, а? Детка, у тебя нет выхода. Соглашайся. Мы купим тебе однушку в Москве, и живи спокойно, дыши носом, как говориться.

Шенкер, схватил Нору за другую руку, заставив выронить пакет с пирожками и сумку. Крепко сжал ее запястья и приблизил свое лицо вплотную к ней.

- Мне больно, отпустите. – Нора пыталась выглядеть смелой, но выходило дурно. – Я закричу.

- На здоровье, детка. Кричи громко. Имей в виду, если Шаевский тебя найдет, но он не будет с тобой нежен. Я ведь нежный, да? – Губы Шенкера скользнули по ее шее. – Норчик, ты похорошела, зайка. Давай так, ты поспишь со мной какое-то время, а я тебе двушечку в Москве. Малютка будет жить в маленькой квартирке.

- Отпустите! – Нора попыталась ударить его ногой, но Шенкер был готов и не позволил ей ни одного лишнего движения.

- Шалишь? Ну, ну. В этот раз ты не уйдешь. Ты перепишешь квартиру на того, на кого я укажу. А за вот это трепыхание отработаешь в постели. Поняла? Что уставилась? Хочешь спрятаться в госпитале военном? Не выйдет. Я найду туда путь. Два дня на подумать и все. Жду тебя в это же время в среду. Не придешь, будет хуже.

Прежде, чем отпустить Нору, Шенкер больно сжал ее запястья и укусил поцелуем в губы.

- Иди, Норчик. С нетерпением жду встречи.

Нора быстро схватила сумку, пакет и побежала к госпиталю. Сердце нервно и громко выстукивало – все пропало, все пропало, все пропало.

На входе в реабилитационный центр Нора показала пропуск и побежала по дорожке к зданию, стараясь унять страх и отвращение. Слегка успокоилась только тогда, когда ворота на пункте захлопнулись с противным металлическим лязгом и дали призрачное ощущение безопасности.

В сестринской скинула одежду, надела белый халат и неизменную шапочку. Взяла пакет с теплыми еще пирожками и пошла к Игорю.

- Доброе утро. – Нора постаралась говорить спокойно. – Как спалось? Как бок?

- Привет, козявка. Пирожки? Серьезно?

Улыбка Игоря была теплой, только вот Нора не смогла заставить себя ответить ему так же тепло. Она старалась, очень старалась.

- Еще теплые. Я сейчас заварю вам чай и принесу.

- И себе!

- Я не могу. У меня дел много. – Нора отвернулась и пошла к окну, раздвинула жалюзи, приоткрыла ставню, чтобы впустить немного свежего воздуха.

Вопрос Мелехова застал ее врасплох.

- Что случилось?

- Ничего. Совершенно ничего. – Она засуетилась, попыталась проскользнуть мимо Игоря к выходу, только не учла одного.