Милорд, откройте тайну! (СИ) - Шубникова Лариса - Страница 17

Виго улыбался! Ги глазам своим не верил!

— Узнаю свою Нессу… Вы похожи больше, чем я мог себе представить. Лу, пока ты говорила, я понял, что Судьба тебе благоволит. Ты выбрала рыцарем на турнире Грозного Ги и это дает нам всем возможность исполнить твою мечту.

Тут Лидс встрепенулся и несколько подался вперед. Нет, он сочувствовал Лу и все такое, но что это? Опять за его счет Лу получит то, чего хочет? Как и с Визбоу на турнире? Опять ему становиться щитом для малявки? А король продолжил.

— Теперь у нас есть прекрасный повод, чтобы дать тебе титул по праву рождения и земельный надел не вызывая подозрений. Лорд Ги выиграет турнир, а ты, став Прекрасной Дамой, получишь из рук короля дар, в честь победы. Помолвка моего сына Ричарда великое событие, потому и дар может быть велик. Завтра, перед началом состязаний, я объявлю, что дама победителя удостоится великой чести носить собственный титул, будет наделена собственными землями и грамотой, дающей право распоряжаться ими от имени короля, а не супруга! А земли я возьму у Лидса. Друг мне не откажет? — Ги даже задохнулся от злости!

Еще и земли ей свои подай! Чёрт она, и никакой не ангел вовсе!

— Ги, Торхова пята прекрасное местечко. И вода чистая и лес и поле. Когда был в твоих владениях, видел там приличный коттедж. Ну же, Лидс, не хмурься и не скрипи зубами. Победителю турнира достанется Зарубь. Что? Я смог тебя развеселить? — Виго потешался, а Ги …перестал злиться.

Зарубь — обширные земли. Богатые и перспективные. За такой жирный кусок можно и пободаться.

— Как пожелаете, Ваше Величество, — поклонился довольный уже, а совсем не злой, Ги.

— В таком случае, Лу отправляется в церковь святого Жоссе петь или молиться, по желанию. Я бы выбрал второе, девочка. Поставь свечу за Ги Лидса, чтобы победил в турнире. А ты, Ги, отправляйся махать мечом и ломать копья ради Прекрасной Дамы…ну и Заруби.

— Лучше я спою, сир. Грозному Ги совсем не нужны мои свечки. Я знаю, что он победит, — ну…и этому Ги обрадовался.

— Я помню твое исполнение на оглашении. Эта песня…откуда она? — Виго ждал ответа и очень надеялся на то, что песня о нем.

— Ее пела моя матушка, Ваше Величество. И теперь я знаю для кого, — а потом Ги наблюдал, как Виго и Лу, похожие друг на друга, как никогда обменялись взглядами людей, которые понимают все и без слов.

— По праву рождения ты можешь иметь титул баронессы Данбар. Тебе нравится имя, Лу? — та подумала, и улыбнулась.

— Данбар — крепость, вершина… Неприступная крепость, так? Спасибо, Ваше Величество. Хорошо, что не баронесса Донкей*, - и кинула ядовитый взгляд в сторону Ги.

От автора: Лу имеет в виду Donkey (Донкей) в переводе это слово означает — осёл.

— Хорошо. Лу, а что за история с Окаром Свистуном? Я так и не понял, кто кого обманул, — Лу снова покосилась на Ги, а тот скривился, как от зубной боли.

Теперь эта малявка будет думать, что он болтун. Ги сам удивился тому, насколько неприятной стала эта мысль и не решился думать до конца. Мало ли что…

— Я расскажу, сир, — она уселась удобно на стуле, а поскольку была невелика ростом, ножки ее повисли в воздухе.

Пока она рассказывала (очень забавно) историю, Ги смотрел как болтала она ногами, словно маленькая девочка, собственно, она таковой и была и оставалось только диву даваться, оттуда в ней столько разума и фантазии.

Виго смеялся громко, помолодев лет на десять, и особенно смешным показалось ему (и Ги тоже), когда Лу прощебетала об ожерелье, которое погибло от рук хозяйки, но и принесло доход.

— Леди Эмилия? Кто это?

— Эмилия Белешэз, баронесса Добсли, вдова. Она меня воспитывала после смерти матушки в доме сэра Годфри.

— Добсли…Добсли…Ги, барон Добсли, автор «Света Разума»? — Ги стал догадываться, откуда пошла зараза женского образования!

Барон Добсли мужчина большого ума, автор научных работ. Так вот кто набедокурил и явил миру двух женщин, способных на сражения за собственную свободу?! Еретик! Хоть и талантливый. Ги не то, чтобы помянул умершего дурным словом, но и спасибо сказать не мог. А что? Это же не у вас проблема в виде ангельского чёрта, а у него. Так что строго судить герцога Лидса не стоит.

Лу улыбалась, болтала ногами, сидя на своем стуле, а Ги, глядя на все это, уже не мог сердиться. Ну как злиться на такую малявку, да еще и красивую, а?

— Ты сумела меня развеселить. Впрочем, я и не ждал другого от дочери Нессы. И моей… — Виго встал, за ним ангелочек соскочила со стула.

Виго обнял малявку и поцеловал ее макушку. Ги наблюдал за всем этим без улыбки, но со странным волнением. Ему очень хотелось узнать, понять и почувствовать, как это бывает, когда рядом с тобой твоё дитя. Кровь от крови, плоть от плоти…

— Иди, Лу. Лидс проводит тебя тем же путём. Помни, никаких больше взглядов в мою сторону, никаких движений и попыток заговорить. Более того, не улыбайся мне и не подходи близко. Наше сходство может заметить кто угодно. Ты понимаешь, Лу, что будет, если узнают наши враги?

— Я понимаю, и буду вести себя очень хорошо, — снова, как девочка, которая дает обещание взрослому не шалить, — Большое спасибо, Ваше Величество.

Поклон и вот уже она отошла к двери тайного хода. Ги отлепился от стены и двинулся следом. Лу замешкалась, обернулась и, посмотрев на Виго, тихо произнесла.

— Доброй ночи, — ее губы сложились так, что стало понятно слово, которое она так и не произнесла вслух — отец.

Виго прикрыл глаза на мгновение и кивнул, отпуская свое дитя, которое никогда больше не назовет его так, как могла бы и, конечно, хотела.

Глава 8

Лу постаралась не плакать, когда дверь тайного хода из покоев Виго закрылась за ней, навсегда лишая возможности говорить с единственным близким человеком. Отцом. Она не ожидала, что встреча так сильно подействует на нее, и сейчас как никогда остро чувствовала свое одиночество и неприкаянность. Да, у нее есть тётя Эм, и, разумеется, она близка ей, является опорой, другом. Но это же совсем не то! Гуна, ее служанка, часто жалела Лу в детстве и говорила.

— Сиротка ты, бедняжечка. Некуда головушку склонить. Некому поплакаться, — и давала сладкий пирожок, взятый с кухни специально для малышки с ясными глазками, светлыми волосиками и белыми зубками.

Лу опять застыла посреди тоннеля. Она знала, что за ней стоит Грозный Ги с факелом в руке и ждет, когда она двинется.

— Ослу, баронесса Донкей. Я бы на Вашем месте призадумался. Прекрасное имя для Вас, — и Лу была благодарна этому большому, страшному рыцарю за деликатность.

Он говорил глупости сейчас для того, чтобы не дать ей расплакаться. И вообще… Ги напугал ее сильно, когда явился за ней в покои, а потом показал себя интересным рассказчиком и, что более всего удивило Лу, очень тактичным мужчиной. Он постарался успокоить ее, дал ей время собраться с духом, прежде чем ступить на порог королевских покоев. Он знал латынь! Герцог немножко раздражал ее своим превосходством, но Лу по натуре не была неблагодарной, потому и повернулась к Ги.

— Милорд, спасибо, — тот, высокий, очень красивый, внимательно смотрел на нее, отчего Лу слегка покраснела, — Я признательна Вам за возможность говорить с королем. И за то, что…

— Ну, продолжайте, за что? За то, что поселитесь недалеко от Замка Лидс? Станете там продавать вилки крестьянам? — нет, все таки он сильно ее раздражал!

Как можно быть таким умным, таким сильным и смелым, и при этом таким ехидным, а? Даже красивая внешность не делала его приятным сейчас. Ни волосы, которые отросли до основания шеи, черные, густые, ни глаза яркого серого цвета под ровными бровями вразлет ни прямой нос, ни красивые губы не стали для Лу аргументом в его пользу.

— За то, что молчали все время, пока я говорила с королем. Я не думала, что такой замечательный рыцарь окажется таким болтуном. Вы только при короле ведете себя тихо? Или только со мной говорите так много? — Лу видела, что Ги задумался, а потом с удивлением на нее посмотрел.