Полечка (СИ) - Шубникова Лариса - Страница 2

Были моменты, когда видела Вера Анатольевна в Поле нечто, и это заставляло ее думать о скрытности девочки. Та редко проявляла чувства на людях, да и бабушке любимой рассказывала далеко не все, пряча глубоко свои детские, а потом и девичьи мысли, сомнения, переживания и беды. Был случай один, которого Вера Анатольевна не могла забыть, не умела…

Татьяна, матушка Полечки, навестила дочку в Москве, спустя год после того, как опеку над ней приняла на себя бабушка Вера. Девочка от счастья едва дышала, ходила маленьким трогательным хвостиком за мамой и боялась отпустить ее руку. Так Вера Анатольевна поняла, что девочка все время скучала о матери, ждала ее и была несчастлива. Быть может и плакала тихонько, пока любимая бабушка не видела? Вот тебе и педагог, знаток и профи…

Татьяна возилась с дочерью и рассказывала о доме, в котором живет она и ее новый муж, даже нарисовала комнаты и сад вокруг него. Полечка, несмышленыш, решила отчего-то, что мама заберет ее с собой и тихонько готовилась к отъезду.

Сложила в любимый рюкзак две пары трусиков, носочки свои маленькие, кофту с солнышком и спрятала туда же кусок пирога в бумажном кульке, чтобы было чем подкрепиться в дороге ей и маме. А по ночам плакала тихо и горько от того, что придется оставить бабушку Веру одну. Хотела просить маму, чтобы она забрала с собой и ее, но не отважилась, не сумела сложить, выбрать слова, чтобы мать ее поняла.

Вечером, накануне отъезда Татьяны в Варшаву, баба Вера вошла в светлую спальню Поли и застала горькие слезы. Девчушка не выдержала и бросилась обнимать пожилую даму, плакала навзрыд и просила прощения за то, что оставит ее и уедет с мамой!

Вера Анатольевна обнимала любимую внучку, утешала и не находила в себе сил сказать, что никто и никуда ее не забирает. Не смогла… Плакала сама и утешала девочку, а уж когда увидела тот самый рюкзачок с трусиками и пирогом, совсем отчаялась…

Бабушка Вера утешила девочку, как смогла, а потом отправилась будить племянницу для серьезного разговора. Она, не смотря на то, что не мыслила своей жизни без Полечки, умоляла Татьяну взять дочь с собой! Увещевала, взывала к совести и напомнила о Татьяниной умершей матери, своей сестрице. Племянница подошла к вопросу очень практично и выдала бабушке Верочке по полной. Налила меркантильной грязи, насыпала бессовестного трезвомыслия и тем убедила Веру Анатольевну, что покойная сестра воспитала не самого лучшего человека на свете. Запомнились бабушке-тётушке такие слова.

— Я как только родила Польку, Веслав сразу же перестал относиться ко мне хорошо! Остыл, отвернулся. Думаешь, что Дариуш радостно примет чужого ребенка? Хрена с два!

— Танечка, это твой ребенок. Если твой муж любит тебя, он никогда не попрекнет тебя Полечкой…

— Тётя Вера, ты как с Луны свалилась, честное слово. Он уйдет из дома, оставит с Полькой. Кому нужны чужие дети? — а бабушка Вера подумала, что ей нужны, точнее нужна….Полечка.

Вера Анатольевна так никогда и не узнала, что разговор этот слышала маленькая Поля и навсегда запомнила слова мамы. Она, Паулина Веславовна Мельцаж не кто иной, как разрушитель семей. Вот она родилась и папа оставил маму…А теперь непонятный Дариуш тоже может уйти из дома и только потому, что она, Полечка, приедет.

Поля уже поняла, что останется с бабушкой и всю ночь проплакала, но и проявила характер, такой невероятно взрослый для такого невероятно маленького существа.

Так же бабушка Вера не узнала, почему утром из спальни Полины исчез рюкзак с трусиками и пирогом, и отчего внучка, взяв за руку бабушку, сжав так крепко, что ее ручонка побелела, попрощалась с мамой улыбаясь, без слез и истерик, и не сказала ни одного слова на счет несостоявшегося отъезда, в котором еще накануне была уверена. Вера Анатольевна запомнила навсегда глаза девочки, ее взгляд в спину уходящей матери. Такого страшного, необъятного детского горя она увидеть не ожидала, предполагала, но…. Разумеется, бабушка попыталась выяснить у внучки, что же произошло, но в ответ получила только теплое детское объятие и несколько слов.

— Бабушка, я тебя люблю сильно-пресильно и всегда буду только с тобой.

— Поленька ты моя славная, — Вера Анатольевна заплакала и сказала слова, которые примирили малышку с кошмарной реальностью, — Ты для меня самая главная девочка во всем мире. Самая любимая и самая драгоценная.

С тех пор Поля уже не помышляла об отъезде, и даже больше. Она всякий раз наотрез отказывалась навещать маму и ее Дариуша в Варшаве. Бабушка Вера не понимала почему, но Поля-то знала… Она угроза для мамы и ее Дариуша.

Со временем Полина поняла, что все не так, как ей представлялось. Мама Таня перестала быть кумиром и ее место навсегда заняла бабушка Вера.

Вера Анатольевна преподавала французский язык в одном из ВУЗов Москвы, а потому, когда внучка окончила школу, не блестяще, но вполне прилично, прекрасно определила ее в свой же университет на факультет весьма женский, а именно, бухгалтерского учета. На факультете попутно преподавали маркетинг, менеджмент и Полечка вполне способна была вести свое дело, чем и занялась по совету бабули, не дожидаясь получения диплома.

Савины владели двумя шикарными квартирами в Москве. Одну из них, в центре, Вера Анатольевна сдавала по договору под жилье топ-менеджерам известного холдинга и получала очень недурные деньги, поверьте. А вторая служила бабушке и внучке домом и офисом. Да, да! Двухэтажный каменный дом в центре столицы и в нем двухэтажная квартира. На верхнем уровне жилые комнаты, а на нижнем небольшое помещение с витриной во всю стену. Там и решено было открыть цветочно-сувенирный магазин. Поблизости ничего такого не было, а потому и спрос оказался достаточно большим, чтобы лавка стала приносить прибыль. Если же учесть отсутствие арендной платы за такое сладкое место, то полечкин бизнес расцвел. Рядом был соседский ресторан, а за ним аптека, тоже соседская. Вот такой дом — три квартиры и три витрины.

Вот казалось бы, наладилось все. Полечка прекрасно справлялась со своей работой, с восемнадцати лет официально став гражданкой РФ и владелицей цветочной лавки, бабушка покончив с работой, осела дома и помогала Поле, когда советом, когда делом. Да и в институте наладилось — Поля училась недурно, в охотку, как говорят. Помимо всего прочего, внучка вошла в тот возраст, когда уже и кавалеры стали похаживать. Поленька расцвела, раскрылась как тот цветок, красотой юности, и пленяла многих. Бабушка Вера с трудом мирилась с новой ипостасью девочки своей драгоценной, но как умная женщина, никогда не отчитывала Полю за поздние прогулки, а вслед за ними и утренние возвращения домой. Всего лишь напомнила внучке, что вести себя следует осмотрительно, не гулять с подозрительными ребятами и помнить о средствах защиты.

Так пролетел замечательный год. Для Поли он был радостен новыми открытиями в части любви, плотской и сердечной, а для бабушки Верочки пониманием, что внучка ее разумна, аккуратна и вполне себе способна жить самостоятельно, еще и бабушку содержать.

И успокоилась Вера Анатольевна, будто умиротворилась даже, выдохнула, счастливо задышала и …покинула этот мир в неделю. Как? Неведомо. Одним приятным утром понедельника, Вера Анатольевна проснулась и подумала о завещании. Вот кто его знает, что толкает людей на подобные спонтанные мысли? Неужто, и правда есть предчувствие смерти? Дама собралась и навестила знакомого нотариуса, где и прекрасно оформила бумагу, оставив все свое состояние Полине. Затем, бабушка Вера привела в порядок свою шкатулку с документами и даже нашла лист с правом на захоронение. Задумалась и об одежде для гроба… Странно, что не задумалась о том, откуда все эти мысли и поступки, а потому и не стала говорить об этом с внучкой.

Она написала духовную…В ней еще раз напомнила Полечке о своей к ней любви безграничной, благодарила за ее ответную любовь и наказала быть счастливой, не опасаться жизни, но и быть разумной. Перечислила те вещи, что хотела отдать приятельницам и даже упомянула о браслете с гранатами, что решила оставить Татьяне, маме Полины. Велела не забывать о фиалках, которые принялась выращивать на подоконнике, став пенсионеркой и ни в коем разе не забывать о супчике. Есть его каждый день и обязательно с кусочком хлеба…