Солнцеворот желаний (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 33

— Потому что я не люблю его, — просто ответила Винелия, пожимая плечами. — Потому что он помешал моему счастью со Светром. И потому что он Адегельский, а все серебряные драконы — враги моей семьи. Они годами гадили исподтишка и только защита Артана Гадельера помогла мне устроиться во дворце, несмотря на все их попытки помешать.

Последние слова тенью пронеслись по королевскому лицу, и он задумчиво почесал подбородок, наблюдая, как всё ближе и ближе подбирается Акрош, с тревогой глядящего на непроницаемый полог.

— Ты отвергаешь его только из-за инстинктивной ненависти, вложенной твоей матерью. И обидой, нанесённой другими драконами. Но ведь он никогда по-настоящему не делал тебе зла. А твой возлюбленный Светр попросту трус, раз его остановили обычные запугивания. Он мог найти выход, если бы действительно тебя любил. Любовь всегда найдёт выход, — с тяжестью в голосе проговорил король, искоса поглядывая на Селесту, что-то бурно обсуждающую с Фредериком.

Девушка выглядела уставшей. Словно визиты в собор высасывали из неё все соки. Король допрашивал Акселя, тот утверждал, что Селеста давно никого не исцеляет в больнице, полностью отказавшись от визитов туда. Так что сложно сказать, что именно утомляет белую драконицу. И это, вместе с некоторыми иными признаками, разбивало королевское сердце, будто из него вытянули все жилы. Он чувствовал истинную подоплёку странной усталости. И знал, что сам стоит за ней.

— Я сказала своё слово, — упрямо ответила Винелия, задирая подбородок и как-то вся подобравшись. — Вы, мой повелитель, вам и решать, что делать с моими словами. Однако знайте — я не бессловесная Милан Свенская, и я не выйду замуж за Акроша по королевскому приказу.

В ответ король расхохотался и чуть наклонил голову:

— Браво, драгоценная Винелия! Вы покорили меня своей смелостью! Ладно, будь, по-вашему. Более того, я отпущу вас с матерью, но прежде вы сделаете кое-что для меня. Через месяц состоится мой день рождения. Я хочу, чтобы вы организовали такое пышное празднество, чтобы его и спустя века вспоминали.

Винелия нервно сглотнула, но успокоилась. Тюрьма вырвала из неё стержень сопротивления и, зная, что это максимум, что можно получить от короля, она согласилась. В конце концов, Никлос был в своём праве, обвиняя её в преступлении. Смешно было бы ожидать от него настоящих извинений, а не тех бумажек, что подсунули ей в день освобождения вместе с приличной суммой денег. Поэтому она лишь поинтересовалась напоследок, когда начал спадать полог нориуса:

— А что насчёт дуэли?

Король добродушно ухмыльнулся, заодно кивая подошедшему Акрошу и говоря во всеуслышание:

— А дуэль состоится. И прямо сейчас, пока все придворные в сборе. Пусть видят, чем и почему рискует наш великолепный и отважный первый маршал. Пусть люди знают о его безответной любви к кэрре Винелии Барбской, ради которой он готов рисковать не только своей жизнью, но и военным порядком во время войны. Пусть смотрят и запоминают, что такое любовь, — последние слова он почти процедил, жёстко охаживая взглядом потяжелевшего от горячих королевских слов Акроша.

Глава 12. Борьба за любовь

Селеста

Военные манёвры должны были шокировать до глубины души, ведь никогда прежде ничего подобного не видела, однако я была слишком усталой и мне постоянно приходилось напоминать себе, где нахожусь и что здесь делаю. Для этого я заказывала одну за другой чашки крепкого кофе с корицей и красным перцем, растирала мочки ушей, массировала виски и потирала ладони. Хотелось немного подвигаться, даже может самой понырять среди водоворотов и водных смерчей. Шутливая затея. Я про себя улыбнулась, представляя, как благовоспитанная кэрра с визгом обращается драконом и ныряет на дно озера, весело плескаясь среди магических волн.

— У вас хорошее настроение, кэрра Селеста, — заметил сидящий неподалёку Фредерик. Подкручивая отросшие усы, он улыбался, но было видно, что что-то тяготило этого немолодого дракона. Он занимал непростую должность и нёс ответственность за судьбы королевства, это накладывало суровый несмываемый отпечаток усталости на его лицо. Кому как не ему знать, что это такое — тяжесть каждого прожитого дня.

— Я бы порекомендовал вам быть осторожнее, кэрра Селеста. И внимательнее к тому, что происходит вокруг, — тихо заговорил он, пряча губы за широким бокалом вина. Его светло-зелёные глаза сверкнули оранжевой искоркой, и он продолжил ещё тише. — Его Величество играет с огнём, используя вас как оружие. Помолвка, грядущая свадьба… так скоро после гибели его друга, бывшего первого маршала Артана. Так стремительно. Провокационно. В нарушении всех традиций аристократии. Это не могло не привлечь внимание наших зарубежных недоброжелателей и породить целый сонм различных слухов

Фредерик отпил из бокала, пока я внимательно его слушала, делая вид, будто почти не обращаю внимание на его слова. Я ощущала на себе тяжёлый королевский взгляд. И будет лучше, если он сочтёт нашу беседу увеселительной. Так что я заулыбалась, отвечая секретарю:

— Вы говорите загадками. О чём именно хотите предупредить? Известия о врагах королевства слишком расплывчаты. Полны воды.

— Я говорю о том, что среди этой тёмной водицы есть весьма любопытные инсинуации. К примеру, что ваш муж жив и находится среди эльфов. Или что вы находитесь здесь против вашей воли, удерживаемая шантажом со стороны короля, — холодно продолжил он. Его непроницаемые глаза на мгновение стали совсем льдистыми, будто я для него стала тем самым врагом, что распространяет порочащие королевство сведения.

— Что именно вы хотите от меня? — мой взгляд возвращался к пологу, за которым скрывался король и Винелия. Я будто чувствовала, как в любой момент рядом появится жгут нориуса, подслушивая наш разговор. — И говорите прямо, хватит увёрток.

— Если вы хотите благополучия нашему королевству, то покажите остальному миру вашу любовь к королю. Какой-нибудь красивый, запоминающийся жест, — предложил он, запрокидывая голову и посматривая на недовольного и переживающего Акроша. — Вот он не боится признаваться в своих чувствах. И рискует карьерой, положением в обществе и расположением короля ради Винелии Барбской. Это прекрасное зрелище. О нём обязательно напишут пару пьес. Даже если она в итоге откажет, получится отличная драма, — мужчина замолчал, когда спал полог и король объявил, что дуэль состоится. — Однако нужно помнить — трагедия не подходит сильному королевству и королю. Для них возможен только счастливый конец.

* * *

Дуэль драконов. Как много в этом словосочетании. Редкое явление. Аристократы предпочитают решать вопросы полюбовно, а за драками серокрылых и вовсе нет присмотра. Лишь бы не переубивали друг друга. Другое дело дуэль во время войны. В эти времена растрачивать свой дух на междоусобицы расточительно, потому и было сказано: «Если не в силах разговором и делом добиться перемирия и разрешения спора чести, то дуэли быть. Но быть на виду и до смерти одного из дуэлянтов. Дабы отсеять настоящее дело чести от лживого». В прежние времена такая практика здорово остужала горячие головы. Но не в этот раз.

Акрош Адегельский решил идти до конца.

И зрителям пришлось остаться на своих местах, а расторопным официантам подать закуски и горячие блюда в отдельные ложа. Для многих предстоящее стало лишь великолепным завершающим штрихом основного мероприятия, но только не для Винелии Барбской, вынужденной остаться рядом с королём, чтобы наблюдать за дуэлью с лучшего места.

Я представить не могла, о чём она думает, но девушке явно было не по себе от предстоящего. Если бы я могла, то поделилась бы с ней своими чувствами. Тем, что предстаёт перед глазами, когда, глядя на проливной дождь и бесконечно-серое небо, вижу черноту и двух драконов, дерущихся не на жизнь, а на смерть. Страшное чувство. И Никлос знал, что дуэль напоминает мне об этом, поэтому даже предложил покинуть ложе и вернуться во дворец. Я осталась.