Добыча волка (СИ) - Осборн Линда - Страница 1

Линда Осборн

Цикл "Сладкие сказки темного леса". Книга 2

Добыча волка

— Иисусе, Бьянка! Что с тобой?

Руки дрожат, кожу опаленной ладони стягивает, а глаза разъедает едкий дым. Кашляю и ничего не говорю – пячусь назад. Тереза с ужасом распахивает глаза, видя, что происходит, и быстро направляет шланг с водой, из которого только что поливала клумбу цветов у крыльца, вперед. Струя воды достигает моего сотового телефона, дымящегося на траве, и с адским шипением гасит его.

— Бьянка? Ты в порядке? —девушка перекрывает воду в шланге, нервно оглядывается на студентов, которые, привлеченные шумом, идут по направлению к нам.

— Черт. Это уже третий телефон на этой неделе! — прячу обожжённую руку в карман – нам нельзя привлекать к себе внимание. — Он…взорвался сам, я даже не знаю, в чем дело. Сначала стал очень горячим, потом из него посыпались искры, я отбросила его на газон, и там из него вырвалось пламя…

— Да уж, — Тереза с сомнением косится на горелый пластик. — По гарантии его уже точно не вернуть.

— Да плевать на сотовый, — закатываю глаза. Приглушаю голос: — Всю неделю со мной что-то творится: выключается свет, лопаются лампочки, загораются фонари…взрываются телефоны.

Тереза в поддерживающем жесте кладет свою руку на мое плечо. Смотрит с сочувствием и тревогой прямо в глаза. Мы обе знаем, что со мной происходит, и прекрасно понимаем, чем закончится череда моих злоключений.

— Детка, тебе нужно взять себя в руки, — она округляет глаза. — Они придут за тобой, ты знаешь.

— Может, пронесет? Может быть, они не почувствуют? — голос дрожит, и я будто бы прошу у подруги то, что она мне точно дать не в силах. Тереза машет свободной рукой нескольким незнакомым студентам, которые подходят к общежитию, и говорит, что все в порядке, ничего не произошло и они могут идти по своим делам.

— Ты должна взять себя в руки, посадить магию под контроль. И тогда охотники не уведут тебя в полицию.

— Не хочу лишаться магии, — выдыхаю скорбно, и Тереза понимающе качает головой. В мире нет ни единого человека, который бы хотел оказаться в полиции, и нет ни одной ведьмы, которая бы рвалась туда, чтобы лишиться большей части своей магической силы.

— Дыхание, медитации - ты сама знаешь, что делать, чтобы охотники не почувствовали выброс магии. — Я в ответ только вздыхаю. Ничего из этого мне не помогает, в последнее время мир вокруг будто восстал против меня.

На оливковой коже Терезы поблескивают капли воды. Сегодня она отбывает наказание за прогулы в университете, приводя в порядок территорию у общежития девушек, а я смотрю на нее с толикой зависти. Конечно, не потому, что она убирает мусор и поливает деревья! Тереза – тоже ведьма, но у нее в крови количество магии не превышает допустимой нормы, а потому она не представляет угрозы обществу.

В отличие от меня…

— О нет… — я перевожу взгляд за спину подруги и вижу, как шланг с водой начинает извиваться змеей на газоне. Моя сила снова вышла из-под контроля – вентиль сам сделал несколько оборотов и пустил воду по крану. Тереза бросает на меня осуждающий взгляд и бежит спасать ситуацию. Вот черт.

Я же поднимаю глаза и замираю, задерживаю дыхание, как кролик перед удавом и слышу только, как стучит сердце в ушах. Потому что прямо у ворот напротив меня стоит огромный молодой мужчина.

Джинсы обтягивают тугие бедра, черная кожаная куртка распахнута, открывая вид на мощную накачанную грудь, которую не может скрыть простая белая футболка, а пальцы собираются во внушительные кулаки – каждый размером с добрую тыкву. Увидев такого представителя генофонда нации, вы сразу поймете кто перед вами. Спокойствие, уверенность, самодовольство, тестостерон, которым несет за версту, - нет, тут ошибки быть точно не может.

Тереза, почувствовав напряжение, поднимает голову в направлении охотника и тоже застывает. Тут ничего нельзя поделать – мы находимся в самом низу иерархии, а потому на силу реагируем только страхом.

Она тоже по-женски оценивает весь его брутальный вид: среди студентов нашего универа таких представителей сильной половины не-человечества никогда не встретишь. Задумчивые, умные темные глаза, большие брови, приятная щетина вокруг полных, идеальных губ.

Он прищуривается, глядя прямо на меня, и мне вдруг чудится, что я лишилась всех своих органов – даже предательское сердце ухнуло куда-то в пятки, пальцы заледенели, а между нами натянулись нити, тонкие, золотистые, тронь – и они зазвенят от напряжения.

— Бьянка Мориц…вы приговариваетесь… — голос его оказался ему под стать: таким же глубоким, приятным, щекочущим нервы…

Вот черт! Оцепенение, вызванное его эффектным появлением, быстро схлынуло, оставив место только болезненному, леденящему страху. Я зажмурилась. Нашли! Оборотни меня нашли!

И вдруг все вокруг будто заледенело. Словно на этот прекрасный солнечный день натянули большой прозрачный пакет, от чего воздух остановился, заставив замереть в невесомости пылинки, пляшущие под лучами. Даже проклятый шланг прекратил свое змеиное шипение и поддался, наконец, ловким пальцам Терезы, перекрывая воду.

Я сделала шаг назад, неловко поправляя на спине лямку рюкзака, не отпуская взгляда оборотня напротив. Охотник выгнул дугой свою идеальную смоляную бровь. Весь его вид говорил об одном – от него не скрыться, не сбежать, не спрятаться. Немного приподнял подбородок вверх и втянул воздух в себя. Мое тело отозвалось – задрожало, даже голова немного закружилась, это было какое-то не совсем привычное чувство, странное, волнующее.

— Бьянка, беги! — закричала Тереза и резко направила шланг с водой на охотника. Вода как из брандспойта с сильным напором рванула вперед, сбивая его со следа, закрывая видимость, лишая зрения.

Дважды просить меня не нужно – не мешкая, я повернулась на пятках на сорок пять градусов и рванула за дверь вперед, по гулкому пустому коридору, к приоткрытому окну, за которым стоял мой верный старый бьюик.

Дикое напряжение, сухость в горле, сердце, которое бьется так сильно, словно хочет проломить грудную клетку, - я знала, что это только начало. Сбегать от охотников нельзя, но мне нужно хотя бы попытаться…

Педаль газа вдавливается в пол, едва только ключ зажигания поворачивается вправо. В воздухе сразу начинает пахнуть жженой резиной – иногда бензонасос ведет себя под стать своему преклонному возрасту. Выкручиваю руль и от души молюсь, чтобы сейчас всполохи моей неудержимой магии снова не повредили автомобиль, дали сбежать от врага.

Понятия не имею, чем это грозит – побег от охотника - но и узнавать уже не хочу. Сейчас во мне вибрирует только одна – единственная мысль: опасность!

Опасно!

Опасно!

Бежать!

Бежать!

Сердце колошматится как оголтелое. На лбу выступают бисеринки пота.  Пальцы становятся ледяными.

Кручу истрепавшуюся, колючую оплетку руля изо всех сил, потому что гидроусилителя на этой старой модели автомобиля нет. Чувствую, как мышцы на руках начинает тянуть.

Когда на крутом повороте из студенческого кампуса применяю больше силы, впечатываю руку в старую кожу руля, обожжённая загоревшимся телефоном ладонь сильно саднит.

Ничего, прорвемся.

Главное – чтобы неподконтрольная мне магия не начала вырываться из-под пальцев, вредить, мешать моему неожиданному побегу.

Бросаю быстрый обеспокоенный взгляд в зеркало заднего вида и тут же смотрю вперед. Повезло – дорога и спереди, и сзади пустынна. Нет ни одной машины, потому что на выходные все студенты уехали в город, остались только наказанные за прогулы неудачники вроде Терезы, или несчастная ведьмочка, которая боится выходить на люди с бушующей внутри магией.