«Дурные действия в отношении тела таковы – Убийство». (Буддизм) Убийство – самый тяжкий из всех грехов. Всевышний никому еще не дал согласия на

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

лишение жизни. Как же человек посмел пойти против Отца своего? Очень просто – это

тоже его выбор.

Чем более тяжек грех, тем более тяжким будет исправление.

Совершая убийства, в следующей жизни ты пожнешь плоды своих же дел. Всё идет по

кругу, если нет палача, то и казнить некому.

Для сохранения жизни необходимо прекратить творить смерть.

«Либо человечество покончит с войной, либо война покончит с человечеством».

(Джон Кеннеди)

Война – это согласие на убийство, средство, не оправдывающее ни одну цель. Любое

осознанное убийство – это нарушение главного закона. В момент осознанного принятия

законности лишения жизни любого существа, душа испытывает сильнейшее

саморазрушение.

Тебе приказывают убить «врага», и ты подчиняешься. Но в действительности тебе лишь

предоставляют выбор, возможность отказаться есть всегда.

Представь боль отца, когда его дети убивают друг друга, независимо от причин, которые

побудили их к этому.

Многих, испытавших на себе бремя войн, мучают воспоминания, так как война – это

одна из самых тяжелых душевных травм. Слезы товарищей и родных, смерть и

разрушения, боль и страдания не стоят тех земель, ресурсов денег и власти, ради которых

и развязывают войны.

Вступая в конфликт, ты лишь подчиняешься чьему-то выбору, тогда как должен сделать

свой выбор осознанно и самостоятельно.

Человеческое общество ежедневно трудится над созданием новых инструментов для

убийства и разрушения, радуется прогрессу в области военных технологий, однако никто

не желает испытать на себе их действие.

Представь себя на месте того, кого убивают плоды военных разработок. Почувствуй

физическую боль, которую они доставляют, душевную боль потерь, жизнь в постоянном

страхе. Никто не спасен от насильственной смерти в таком обществе.

Человечество создает, затем разрушает, снова восстанавливает, это движение по

замкнутому кругу продолжается тысячи лет. Войны идут каждый день, разница между

ними лишь в масштабах. Огромные ресурсы, духовные и материальные, затрачиваются на

их проведение и поддержку. И самое удивительное во всем этом то, что на субъективном

уровне каждый признает, что война – это всё-таки убийство, завуалированное различными

причинами и целями.

Так кто же в таком случае вами правит? Кому отдано право оценить жизнь так низко?

Ответ как всегда прост – это следствие выбора, человечества в целом и каждого в

отдельности.

«Героизм

по

команде,

бессмысленная

жестокость

омерзительная

бессмысленность, называющаяся патриотизмом… Я убежден, что убийство под

предлогом войны не перестает быть убийством». (Альберт Эйнштейн) Прислушавшись к себе, ты поймешь, что сама мысль о насилии омерзительна.

Представь ситуацию: незнакомец предлагает тебе подписать некий договор о

добровольном согласии на убийство близкого человека. Какова будет твоя последующая

реакция?

В обществе подобные предложения поступают ежедневно, отличие лишь в том, что, согласия ни у кого не спрашивают. Обычное явление в обществе, когда под каким-либо

предлогом группу людей отправляют на «законный и обоснованный» акт совершения

убийства, в результате которого особо отличившихся ждет «награда», а остальному

обществу внушат веру в то, что данный путь – верен.

Презирая насильников и убийц, общество, тем не менее, допускает регулярные, массовые конфликты. Чем же эти преступники отличаются от тех, кому общество

доверяет бразды правления и собственные жизни, позволяя распоряжаться ими в

собственных интересах?

Одного словесного осуждения тех, кто развязывает подобные конфликты, недостаточно

для того, чтобы предотвратить массовые убийства.

Законы общества лишают свободы убийцу одного человека, но не противостоят тем, кто

убивает миллионы.

Когда произойдет осознанный отказ от убийства и от оружия, как явления, человек, наконец, станет действительно «разумным». Важно уметь решать любые вопросы мирным

путем. Не надо быть историком, чтобы понять, что система, основанная на деньгах, разрозненности, войнах и крови, топчется на одном месте.

Друзья, родственники, коллеги, знакомые и просто прохожие – это такие же «ты». Вы

дышите, едите, болеете, переживаете, радуетесь, увлекаетесь, желаете, учитесь, работаете, верите. Неужели, видя тысячи подобных тебе, ты думаешь, что вас что-то различает? Бог

един для всех, Он создатель каждого живого существа, все дети одного отца являются

братьями.

Пытаясь выжить поодиночке, отворачиваясь от «чужих» проблем, люди жестоко

обманываются. Все вращается по кругу, обманешь ты – обманут тебя, ты предашь – тебя

предадут, ты проявишь безучастие – к твоей беде останутся глухи. Чужих не существует –

есть только ты, твой мир, где ты – центр, главное звено и главное действующее лицо, и

только любя, уважая и помогая другим, ты сможешь по-настоящему уважать и любить

себя.

Не имеет значения, какой ты национальности и вероисповедания. Человечество обретет

мир и гармонию, когда отбросит все придуманные им различия и осознает свое единство.

Но и единство человечества может быть достигнуто различными путями. Путь, основанный на войнах и принуждении, обречен. Если же объединение возведено

добровольно, такой союз со временем будет лишь крепчать, и выбрать этот путь может

каждый.

На протяжении истории человек рождается и вырастает в атмосфере бесконечных войн

и насилия, вследствие чего постоянные конфликты начинают восприниматься, как нечто

обыденное и нормальное, но, если человек изначально существует в обществе, которому

чуждо насилие и убийство, то и отношение его к этому будет совершенно

противоположным.

Однако даже те, кто противится войне, без угрызения совести носят меха, едят мясо,

«украшают» свой быт изделиями из убитых младших душ. А кто видел глаза тех, кого

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

убивают ради новой шубы или пары ботинок? Кто заглядывал в души тех, кто всю жизнь

проводит в тесном загоне, пропитанном смертью, с клеймом на теле, в ожидании

смертного часа, чтобы впоследствии насытить своей плотью чьи-то бездонные животы?