Тени лунных кратеров - Дручин Игорь Сергеевич - Страница 13

“…Военное ведомство ухватится обеими руками. Воспитанный лояльный солдат – мечта любой армии. Нет, пожалуй, лучше Фатерлянду… Его номер… Ну-ка, как наш кролик…”

В динамике послышалось шуршание дверных створок. Тронхейм отключил воспроизведение записи посторонних шумов звуковыми каналами, и в тишине отчетливо послышались хрипловатые металлические сло­ва – модулированной стерегущей системой перевод воспринятых биотоков:

“Ого, что-то новое. Надо будет посмотреть, когда он… ВЫ НЕВАЖНО ВЫГЛЯДИТЕ. ПЛОХО СПАЛИ?”

Эрих вздрогнул от неожиданности, но быстро сообразил, в чем дело, и улыбнулся. Конечно, человек думает и произносит одновременно.

“Ага, я боялся, что ты посильней… Может, спровадить? Так надежнее… ВАМ СЛЕДУЕТ УЕХАТЬ С НАМИ. Я МОГУ ЗАДЕРЖАТЬСЯ НА ПОЛЧАСА. За полчаса такую махину не демонтируешь… СОБЕРИТЕ ОСНОВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ, А АППАРАТУРУ ВАМ ДОСТАВЯТ ПОСЛЕ, когда мы разберемся, чем она грозит…”

Запись прерывалась небольшими паузами, вызванными, очевидно, ответами Эриха. Психобиофизика несколько смущало это обстоятельство. Он, как и многие другие исследователи, считал, что мышление – процесс непрерывный. Чтобы проверить, так ли это, Эрих включил синхронную запись по звуковому каналу.

“Я еще не закончил работу”, – услышал он свой ответ.

Пауза точно соответствовала по времени произнесенной фразе. Психобиофизик решил, что пауза в мышлении связана с переключением внимания на содержание ответной фразы, особенно если требуется расшифровать ее подтекст.

“Смотри ты… Топорщится еще… У ВАС ЕСТЬ ВПОЛНЕ БЛАГОВИДНЫЙ ПРЕДЛОГ. НАДО КОМУ-ТО СОПРОВОЖДАТЬ КЕЛВИНА. Кажется, наговорил лишнего… Не стоило настораживать…”

Эрих снова выключил звуковую запись, так как произнесенные Лумером слова и модулированные, несколько смешанные по фразе, накладывались друг на друга.

“Ну да… Оставь тебя здесь без присмотра… ОНА, К СОЖАЛЕНИЮ, ЗАНЯТА. (Пауза). Вряд ли успеешь, любитель огурцов… Забавно, надо же так… НУ, КАК ЗНАЕТЕ, НЕ МОГУ НАСТАИВАТЬ. Хороший ход… Чтобы не подумал… ЧТО-НИБУДЬ ПЕРЕДАТЬ ВАШЕМУ ШЕФУ? (Пауза). Неужели подозревает? Не он первый… Интересно, до возвращения продержится?.. ХОРОШО, Я ПЕРЕДАМ ДОСЛОВНО. Ну что же, здесь все в порядке. Скажу Корренсу, чтобы не торопился отзывать… Интересно, что он… Нет, чепуха… Элси…”

Эриха трясло, как от сильного озноба. Значит, он все-таки точно угадал, что Лумер зашел взглянуть на него, чтобы определить степень расшатанности нервной системы. Насколько должен быть уверен он в своей безнаказанности, если специалиста-психолога, прибывшего выяснить причину психических заболеваний, делает объектом своих экспериментов, превращая его в подопытного кролика! Но как он достигает результатов? Какими средствами? Ясно, что это не наркотики и не гипноз… Что-то абсолютно новое. Эрих сдавил ладонями виски. Выпить бы чего-нибудь! Как не догадался спросить у Рея. Течение мыслей прервал зум­мер. Тронхейм встал и пошел открывать двери. У входа стояла раскрасневшаяся Элси.

– Коньячку хочешь?

– Как воздуха!

Она слегка качнулась и переступила порог. Тронхейм поспешно закрыл за ней дверь.

– Ты уже хватила?

– Милый! Не волнуйся, все будет хорошо. Ох, как хорошо! Пей!

Она протянула бутылку. Эрих налил кофейную чашку и выпил. Отдышавшись, налил еще.

– Пойдем в мою комнату. Надо хоть чем-нибудь закусить.

Они прошли в спальню, где не было никакого оборудования, не считая датчиков и микрофонов стерегущей системы. Тронхейм распечатал банку бобов со свининой, подогрел их в калорифере, открыл компот.

– Ну вот, теперь можно беседовать с бутылкой на брудершафт! – сказал он смеясь.

Элси пренебрежительно хмыкнула и плеснула себе в чашку коньяку. Они выпили. Напряжение спадало, что-то начало оттаивать в изнуренной психике Тронхейма. Элен тыкала вилкой в банку с компотом, пытаясь пронзить плавающий абрикос, и беспричинно смеялась. Глядя на нее, засмеялся и Эрих. Он взял ее непослушную руку, и с его помощью упрямый фрукт был извлечен. Чем меньше оставалось в бутылке, тем больше возрастало их неуправляемое веселье.

Утром Тронхейм обнаружил в своей кровати спящую рядом Элси. Он не помнил, что было ночью, просто ему было необыкновенно спокойно от ее присутствия. Переполненный новым для него чувством, он благодарно прижался губами к ее мягкому плечу. Элси пошевелилась и открыла глаза.

– Мы еще спим?

– Если это сон, то прекраснее его я не видел с тех самых пор, как у меня появились сновидения.

Элси счастливо засмеялась.

– Эрих, я тебя не узнаю. Всегда такой серьезный, и вдруг комплименты.

– Какие к черту комплименты! Я сегодня снова чувствую себя человеком. Не знаю, правда, кто в этом больше повинен: ты или коньяк?

– Если, допустим, я, то как же твоя невеста? – Не удержалась от шпильки Элси.

Тронхейм поморщился.

– Слушай, ты же умная. В нашем дурацком положении такая разрядка жизненно необходима. Как мне, так и тебе. Или только я так думаю?

– Нет, – вздохнула Элси и погладила его по волосам. – Ты правильно думаешь, психолог. Мне тоже нужна хорошая встряска. После таких приключений я, как ни странно, прихожу в себя и могу вести вполне порядочный образ жизни.

Весь день Эрих пребывал в хорошем расположении духа, несмотря на некоторую слабость и головную боль. Вечером, просмотрев одну из телевизионных программ с Земли, он расстелил постель и принял ванну. Перед сном Тронхейм внимательно проштудировал свой рацион питания с начала приезда и еще раз прослушал последнюю запись стерегущей системы. Анализируя каждую недосказанную фразу, он пытался вникнуть в их сокровенный смысл и определить, в чем кроется угроза. Не сомневаясь теперь, что система воздействия на организм работает и в отсутствие Лумера, Тронхейм интуитивно угадывал какую-то связь с рационом питания, но никакой ассоциации, никакой догадки о методе воздействия скрытые мысли профессора не вызывали. За этим занятием и застала его Элси.

– Ты предусмотрителен, как все немцы, – сказала она, увидев расстеленную постель.

Эрих смешался и покраснел.

– Клянусь, даже не думал, что ты придешь!

– А… – махнула она рукой. – Воспользуемся предоставленной свободой.

На столе появились две бутылки.

– Не много ли? – с сомнением взглянул на них Тронхейм.

– Сегодня увеличенная доза, завтра половинная, и курс лечения будет завершен. Лекарство горькое, мистер, но дает положительные результаты.

– Хм. Тогда надо делать по науке, – улыбнулся Эрих. – Перед приемом лекарства прошу в лабораторию. Снимем с больных психограммы.

Элси поколебалась, но пошла вслед за ним. Настроив аппаратуру, Тронхейм неторопливо посматривал на выползающий график. На нем явно отмечались изменения: на сглаженных вершинах, словно свежие ростки, пробивались небольшие пики.

– И давно ты заметила, что алкоголь снимает проявления болезни? – спросил он с любопытством.

– Не помню. Просто после сопровождения больных на центральную базу всегда ощущаешь потребность напиться. А потом становится легче.

– Да, в этом что-то есть. А ты не пробовала лечить таким способом свих пациентов?

Элси покачала головой.

– Ты не подумай, что мне жалко. Просто если бы узнал отец… В общем, не хотелось подвергать опасности свои запасы. Все-таки – сухой закон. И, потом, это действует временно.

– А почему ты не уедешь отсюда?

– Не хочется оставлять отца одного.

– Да, все это достаточно сложно, – проговорил Эрих, думая о том, что директору станции, скорее всего, также известно антидействие спиртных напитков, и сухой закон введен им не случайно. Драки, о которых говорила тогда Элси, вряд ли были причиной, скорее предлогом, но высказывать свои предположения не стал. – Ну, так, может, приступим к лечению по рецепту многоуважаемой мисс Лумер?

К середине ночи Элси с презрением отодвинула компот.

– Коньяк надо пить по старинному способу, с кислым лимоном. В крайнем случае, сгодятся яблоки.

– Сойдет, – пробурчал Эрих, дожевывая консервированный сыр.