Пробуждение (СИ) - Майер Виктор - Страница 48

Я заметил, как воины оживились и зашептались при этих словах. Видя их реакцию, вождь так крепко сжал скулы и кулаки, что лицо его покраснело и напряжённые руки вздулись буграми мышц. В нём явно шла какая-то внутренняя борьба.

Он бросил гневный взгляд на лекаря и медленно обронил:

— Твоё счастье, Теорис, что мой отец так ценит вас, лекарей. Когда я взойду на трон, вы с Изориусом сразу вспомните о ваших прямых обязанностях.

Лекарь побледнел и покорно склонил голову.

— Берсерки, уберите ваши копья! — распорядился принц. — Я оставлю этих двоих в живых и покажу их правителю Одреду. Возможно, лекарь, в твоих словах есть правда и эти пленники ещё пригодятся нам. Кроме того, у меня есть определённые планы насчёт этой самки… Кстати, а что с раненым отщепенцем?

— Мой господин, я хорошо позаботился о его ране. Теперь она не опасна для его жизни, но он ещё долгое время не сможет использовать свою левую руку, — поспешно ответил Теорис.

— Жаль… Я хотел уже в ближайшее время выпустить его на Арену.

— Принц Артис, я уверен, этот сильный и искусный отщепенец вполне сможет сражаться и с одной рукой, — заметил лейтенант. — Это будет увлекательное зрелище.

— Согласен с тобой, Робур, — довольно ухмыльнулся вождь. — Знаешь, несмотря на потери, я думаю, у нас всё же был сегодня удачный день. Это была славная охота!

Воины дружными возгласами поддержали его слова, и даже берсерки, потрясая копьями, громогласно закричали в едином порыве воодушевления.

Когда крики смолкли, Артис взглянул на нас с Линдой и провозгласил:

— Напоите их водой и сводите помочиться перед дорогой, затем привяжите всех троих отщепенцев к седлу моего конебыка. Через час мы возвращаемся в Цитадель. Соберите личные вещи павших воинов, а потом пусть фермеры закопают все трупы. — Он ещё раз окинул Линду оценивающим взглядом. — И дайте отщепенцам какую-нибудь одежду. Я не хочу тащить их голыми через всю Цитадель.

Сказав это, он отвернулся от нас и удалился вместе со своим лейтенантом к дому Управляющего. Его люди торопливо бросились выполнять приказания. Глухой житель деревни по-прежнему стоял с мечом в руках, и растерянная, робкая улыбка на его лице явно выдавала радостные чувства по поводу неожиданного финала нашего несостоявшегося поединка. Один из ангелов забрал у него клинок, что-то сказал ему и отвесил сильный пинок под зад. Мой недавний противник заверещал от боли и помчался к хижинам.

Два воина с мечами наперевес направились к нам, и я прошептал Линде:

— Вот видишь, нам ещё рано прощаться. Никогда нельзя терять надежду!

Она закрыла глаза и молча прижалась головой к моей груди.

Глава 13

В течение следующего часа нам дали утолить жажду, сопроводили под надёжной охраной в отхожее место на окраине деревни и заставили облачиться в новую одежду — куртки, ботинки и штаны, снятые с мёртвых ангелов. Наши комбинезоны расторопные воины хотели уже было выбросить в выгребную яму, но Теорис решительно пресёк их действия и запихал всю одежду в мешок, который потом лично нёс всю дорогу до Цитадели.

Перед этим он тщательно осмотрел меня и Линду и, обнаружив кольца-контроллеры на наших пальцах, ловко снял их и спрятал у себя в кармане. К этому времени люди вождя уже приволокли Конрада из хижины. Левая рука андроида была замотана в тряпки и привязана кожаными ремнями к короткому обрубку доски, играющему роль стабилизирующей шины. Он, так же как и мы, лишился своего комбинезона и браслета-коммуникатора и был одет в одежду павших воинов. В итоге нас троих, предварительно крепко стянув наши руки ремнями, привязали к седлу животного, принадлежавшего вождю ангелов.

Мы успели переброситься только парой слов с андроидом. Он спокойным голосом коротко сообщил, что с ним всё в порядке и попросил не беспокоиться за него. Разговор продолжить не удалось, так как стражник, приставленный к нам, довольно грубо оборвал нас и приказал молчать всю дорогу до загадочной Цитадели. Затем из дома Управляющего, куда до этого периодически забегал один из жителей деревни с глиняным кувшином в руках, появился принц Артис со своим лейтенантом, и по запаху жаренного мяса, по громкой болтовне и смеху, доносившимся оттуда ранее, а также по разгорячённым, довольным лицам обоих ангелов, несложно было догадаться, что они неплохо провели там время.

Остальные воины и три великана-берсерка выстроились на поляне в шеренгу в ожидании своего вождя и его дальнейших распоряжений. Несколько оставшихся в живых кочевников стояли отдельной группой и также ждали возвращения принца. Артис с Робуром подошли к конебыку; лейтенант, присев, сцепил кисти своих рук, и вождь воспользовался ими в качестве ступеньки, чтобы забраться на ездового животного. Устроившись в седле, он бегло оглядел свой отряд, удовлетворённо хмыкнул, увидев, что я, Линда и андроид надёжно привязаны длинными верёвками к седлу, махнул рукой в направлении равнины, граничащей с деревней, и потом с силой хлопнул ладонью по крупу животного. Оно встрепенулось, издало громкий протяжный звук, отдалённо напоминающий ржание лошади, и тяжёлой поступью тронулось в путь. Верёвки резко потянули нас троих за руки, и нам поневоле пришлось двинуться вслед за ним. Лекарь со своим мешком ковылял рядом с нами, воины вытянулись вереницей за нашими спинами, а трое берсерков вместе с лейтенантом Робуром шагали по бокам конебыка в непосредственной близости от своего командира.

Наша процессия покинула пределы деревни и направилась по широкой, хорошо утоптанной дороге в глубь травянистой равнины. Я оглянулся назад и увидел, что некоторые деревенские жители вышли из своих жалких домов. Они смотрели нам вслед, и на их некрасивых, сморщенных лицах было явно написано чувство облегчения, очевидно, фермеры были очень рады тому обстоятельству, что ангелы наконец-то покинули их поселение.

Мы шли по равнине несколько часов, дорога при этом замысловато петляла между зарослями травы и редкими, невысокими холмами. Несколько раз в стороне от неё я видел деревянные хижины и тощие фигуры их обитателей, похоже, это были такие же фермы, как и та деревня, где мы попали в плен.

Со временем идти мне стало значительно труднее — туго связанные руки затекли, а ноги в неудобных ботинках начали болеть от длительного марша. Я обильно потел, и в довершение ко всем моим несчастьям непонятно откуда налетели маленькие, надоедливые насекомые, привлечённые, по-видимому, запахом пота. Они стали роем кружиться вокруг моего тела и нещадно жалить в незащищённые одеждой места. У меня даже не было возможности от них отмахнуться, так как руки мои прочно стягивали ремни. Взглянув на своих товарищей, я заметил, что они тоже испытывают подобные неудобства. К счастью, противные летучие кровопийцы довольно скоро оставили нас троих в покое и почему-то полностью переключились на наших пленителей, но те, вероятно, привыкшие уже к таким неприятностям, не обращали на них особого внимания. Воины шли не снижая темпа, тихо переговариваясь между собой и изредка обмениваясь шутками. По их поведению и разговорам было заметно, как все довольны тем, что охота завершилась, и что они живыми и здоровыми возвращаются в Цитадель.

— Посмотри на этих странных насекомых! Им наша, земная, кровь явно не по вкусу! — обратился я к Линде, бредущей рядом со мной с уставшим и обречённым выражением на лице.

— Заткнись, отщепенец! — прорычал сопровождающий нас воин и сильно ударил кулаком мне в спину. — Я же предупреждал, чтобы вы не раскрывали своих вонючих ртов!

Я крепко стиснул зубы от бессильной злобы и, проглотив обиду, молча зашагал дальше, прокручивая в голове возможные варианты побега. Неожиданно впереди показались первые высокие деревья. По всей видимости, наша процессия приближалась к границам равнины, и уже спустя короткий промежуток времени лес вдруг встал могучей стеной перед нами, а широкая дорога превратилась в узкую тропинку, петляющую между стволами и ветвями деревьев. Не сбавляя скорости наш отряд углубился в эту чащу, и по мере нашего продвижения деревья по краям тропы становились заметно выше и ветвистее. Вскоре их ветви плотно сомкнулись поверх наших голов, образовав некое подобие туннеля и полностью скрыв искусственное небо над нами. Деревья по бокам этого своеобразного «туннеля» росли всё гуще, расстояние между отдельными стволами становилось всё меньше, и вскоре они образовали собой почти сплошные стены, через которые уже с большим трудом проникали редкие лучи света. Мы шли в полумраке, и при этом создавалось обманчивое впечатление, будто весь отряд оказался внутри некой пещеры. Наша группа вытянулась в цепочку, причём мы, пленники, на этот раз оказались в её середине. Все разговоры смолкли, воины передвигались в полном молчании, лишь громкие всхрапы конебыка, к седлу которого мы были привязаны, раздавались время от времени. В тесном пространстве стал явно чувствоваться резкий, непривычный запах этого животного, да и вообще все запахи, выделяемые участниками процессии, воспринимались теперь намного интенсивнее — в том числе едкий запах пота, исходящий от тел ангелов, вероятно, давно уже немытых.