Внедрение (СИ) - Майер Виктор - Страница 80

Схватка получилась короткой. Стражники не успели вовремя среагировать, когда двери отворились и в проёме неожиданно появились вооружённые Ремар и Лена. Он пристрелил двоих из них, а воительница проткнула мечом живот третьего. Андроиды вместе с Тимом быстро затащили мёртвые тела в коридор тюрьмы, а ПервыйПослеВторого положил арбалет на грудь одного из трупов и попросил девушку вернуть ему клинок оберлейтенанта.

Она удивлённо взглянула на него, и полицейский, отвечая на её молчаливый вопрос, сказал:

— Нас ждут мои люди. Если они увидят оружие у тебя, то у них могут возникнуть сомнения.

— Это мне понятно, но что с арбалетом? Он ведь наверняка нам ещё пригодится. Зачем ты оставляешь его здесь? — озадаченно спросила Дева.

— Он слишком тяжёлый, а нам довольно долго идти, и я не хочу тащить его всю дорогу на своём горбу. К тому же в магазине осталось не так уж много снарядов, и со временем арбалет станет бесполезным.

— Как знаешь… Это твой план, и я надеюсь, что ты всё предусмотрел.

— Доверьтесь мне, и я выведу вас отсюда, — заявил поисковик и посмотрел в лицо каждому из четверых своих спутников. — Главное, не пытайтесь предпринимать самостоятельных действий, пока мы не окажемся на границе земель Полицейского Корпуса. А теперь следуйте за мной!

Он повёл их к лестничному пролёту, и через несколько минут они вышли к центральному выходу из здания. Ремар вздохнул с облегчением, увидев рядом со стражниками, охранявшими врата, десять бойцов из своей бригады во главе с СедьмымПослеВторого. Молодой офицер почтительно поприветствовал начальника и выразил готовность следовать приказам.

Очутившись снаружи, поисковики построились в виде клина, окружив ПервогоПослеВторого и его друзей, и двинулись через город к границе отсека. Как правило, в ночное время не все жители предавались сну — на улицах беглецам могли повстречаться рядовые полицейские, получившие специальное разрешение на посещение гарема, или офицеры, спешившие туда же, пока ещё не наступил день и не пришло время службы, а также освободившиеся от своих повседневных занятий поселенцы из других племён, в основном ремесленники, наёмники и строители, обладавшие правом проживания на территории Корпуса и находившиеся под его покровительством. Кроме того, поселение периодически прочёсывали патрули жандармов, выискивающие потенциальных нарушителей спокойствия или тайных врагов. Последние являлись, скорее, гипотетической угрозой, так как никаких внутренних врагов у Полицейского Корпуса не было за всю долгую историю его существования. Жандармы больше старались выловить пьяных полицейских, выпивших слишком много и потерявших вследствие этого бдительность и осторожность. В принципе, рядовым и офицерам Корпуса было официально запрещено употреблять алкогольные напитки, усердно производимые инородцами, но руководство, отлично понимая желание мужчин, несущих тяготы службы, время от времени основательно «расслабиться», закрывало глаза на эту провинность и хотя и обязывало жандармов отлавливать нарушителей, но штрафные санкции никогда не были чрезмерно строгими.

Завидев грозный клин поисковиков, случайные встречные предусмотрительно скрывались в переулках — никому не хотелось связываться с элитными бойцами, по всей видимости, выполнявшими какое-то срочное задание. Даже один из патрулей, оказавшийся к этому времени в том же районе города, молча расступился перед ними. Все жандармы знали Ремара в лицо и не осмеливались остановить бригадного офицера, да ещё и в сопровождении его подчинённых, вооружённых до зубов. С каждым шагом, отдаляющим ПервогоПослеВторого от Крепости, в сердце его крепла надежда на успешный исход рискованного плана. Вскоре уже и дома окраины остались позади и отряд вышел на пустое пространство, лежащее между поселением и первым пограничным постом. Короткое общение с пограничниками состоялось лишь в виде обмена формальными фразами, и беглецы в окружении поисковиков устремились в проход, ведущий из отсека Полицейского Корпуса на внешнюю территорию. На следующих трёх постах последовала аналогичная процедура, и группа без особых проблем и проволочек покинула последний охраняемый туннель и вышла на свободные земли.

Ремар приказал всем остановиться и отозвал СедьмогоПослеВторого в сторону. Когда они отошли на достаточное расстояние от остальных, чтобы никто не мог услышать их разговор, ПервыйПослеВторого, внимательно наблюдая за реакцией своего собеседника, сообщил:

— Дальше послов поведу я. Ты вместе со своими людьми можешь возвращаться обратно. Перед этим скажешь одному из них, чтобы он оставил свой меч тому молодому андроиду, который стоит рядом с девушкой. — Он указал рукой в сторону Тима и Лены. — На этом у меня всё. Спасибо тебе за службу!

Поисковик ожидал, что подчинённый тут же бросится исполнять его распоряжение, но тот почему-то остался стоять на месте. Тревожное чувство охватило Ремара, и он с опаской посмотрел на полицейских, расположившихся рядом с его друзьями, однако ни те, ни другие не проявляли враждебных намерений и внешне оставались совершенно спокойными. ПервыйПослеВторого перевёл взгляд на стоявшего перед ним офицера и, пытаясь сохранять хладнокровие, спросил:

— Тебе не ясен мой приказ? Есть какие-то вопросы?

— Вы ведь больше не вернётесь? — тихо произнёс СедьмойПослеВторого.

— Не понял… Что ты сказал?

— Вы самовольно освободили пленников и собираетесь навсегда покинуть Корпус… Верно? — немного замешкавшись, проговорил молодой поисковик и, увидев, как рука Ремара опустилась на рукоять меча Дуглора, висевшего у него на поясе, поспешно добавил: — Не волнуйтесь, я Вас не выдам!

ПервыйПослеВторого напряг мышцы своего тела и, не сводя пристального, изучающего взгляда с соплеменника, промолвил:

— Почему я должен доверять тебе?

— Даю слово офицера! Вы всегда были мне примером. Наверняка Вы уже не помните того юнца, каким я был, когда меня принимали в бригаду.

— Ну почему же… Я уже тогда приметил твои способности.

Радостная улыбка озарила лицо СедьмогоПослеВторого, и он вдохновенно продолжил:

— Все эти годы я считал Вас лучшим среди поисковиков и старался перенимать Ваши методы работы. Даже если Вы уйдёте из Полицейского Корпуса, то всё равно навсегда останетесь для меня образцом для подражания!

— Весьма польщён… Я и не знал, что у меня есть почитатели.

— Их больше, чем Вы можете себе представить!

— Забавно… Но это уже не повлияет на моё решение. Я порвал с Корпусом. Можешь отныне считать меня предателем.

— Никогда! — пылко воскликнул СедьмойПослеВторого.

— Посмотрим, изменится ли твоё мнение в дальнейшем… Кстати, как ты догадался, что я ухожу?

— Мне подсказало чутьё. Мои бойцы считают, что Вы только сопровождаете посланников обратно в Свободную Республику Андроидов, но я уже в Крепости понял, что это побег, замаскированный под дипломатическую миссию.

— Ты сделал правильные выводы, и я благодарен тебе, что ты не будешь пытаться задержать нас силой. Напоследок мой совет: ни в коем случае нельзя доверять ТретьемуПослеВторого. Когда он узнает о смерти главнокомандующего, то всеми способами постарается возвыситься…

— Второй мёртв?!

— Да. Я ликвидировал его и ещё оберлейтенанта штурмовиков, секретаря Второго, а также караул и стражу жандармов в казематах Крепости вместе с их комендантом.

От услышанного у оторопевшего СедьмогоПослеВторого буквально отвисла челюсть, а Ремар, усмехнувшись, обронил:

— Ну как? Ты по-прежнему на моей стороне?

Офицеру потребовалось некоторое время, чтобы переварить информацию и ответить:

— Я и не предполагал, что всё настолько серьёзно… Однако ничто не заставит меня нарушить данное мной слово. Я не буду предпринимать каких-либо действий против Вас.

— Это радует. Я уже думал, что в Корпусе не осталось приличных полицейских.

— Но кто тогда заслуживает доверия?

— Была бы на то моя воля, то ТретьемуПослеВторого никогда бы не удалось достигнуть такого положения! Но, к сожалению, этого уже не изменишь… И всё же есть один офицер из моего окружения, кто достоин того, чтобы пойти за ним. Если в бригаде развернётся борьба за власть, а она непременно произойдёт, когда официально станет известно, что главнокомандующий погиб, то тебе следует встать на сторону ЧетвёртогоПослеВторого. Он умный, дальновидный и справедливый поисковик.