Внедрение (СИ) - Майер Виктор - Страница 62

— Ты не права. Именно я решаю, достойна ли ты разговаривать с Оракулом или нет. Назови мне весомую причину для того, чтобы я позволил тебе контактировать с ним.

Воительница смолкла, а Тим не сводил с неё настороженного взгляда, пытаясь по лицу девушки угадать, что же она предпримет в следующий момент. Молчание затянулось неожиданно долго. Когда парень уже почти примирился с поражением и начал было проигрывать в голове возможные варианты развития событий — в основном с неутешительным финалом для них двоих, — Лена вдруг громко и чётко заявила:

— Тот пленник был не единственным искусственным человеком в Цитадели. Я, так же как и он, принадлежу к народу андроидов. Достаточно тебе такой причины?

Тим не мог поверить своим ушам. Внезапный шок, вызванный этими словами, словно железными цепями сковал его тело. Он был даже не в состоянии открыть рта и задать все те вопросы, которые рождались в эти секунды у него в голове. Ему хотелось схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть, силой заставить признаться в том, что всё это неправда. Но он, конечно же, не сделал ничего подобного, а только смотрел на девушку своей мечты широко раскрытыми глазами и в душе молил Мета и всех несуществующих богов, чтобы это чудовищное, невероятное признание оказалось лишь хитроумной уловкой с её стороны.

— Теперь мне многое стало понятно, — ухмыльнулся мужчина на стуле, — и я согласен удовлетворить твою просьбу. Дальше разговор с тобой будет вести Оракул.

Ухмылка моментально исчезла с его лица, и он лёгким, почти незаметным, движением открыл боковую крышку ящика, а затем вынул из него гибкую ленту с твёрдой насадкой на конце в виде двух коротких стержней. Армеец поднёс эту своеобразную «вилку» к голове и воткнул её в отверстия пластины, вживлённой в кожу. Глаза мужчины тут же остекленели, а тело на стуле приняло неестественно прямое положение. Губы его приоткрылись, и он провозгласил голосом, полностью лишённым каких-либо человеческих интонаций:

— Андроид, к тебе обращается ИскИн Поиск. Назови своё полное имя и место твоего рождения на территории звёздного ковчега.

Глава 14

На губах Девы появилась торжествующая улыбка, глаза заблестели и даже тело, до этого момента напряжённое и готовое в любую секунду ринуться в бой, распрямилось и заметно расслабилось, словно тяжкий груз упал с её плеч.

— Приветствую тебя, Поиск! — ликующе воскликнула она. — Меня зовут Лена Рамирес…

— Не лги мне! — резко оборвал её Оракул. — На звездолёте никогда не было такого андроидного гнезда.

— Ты не дослушал меня, ИскИн, — упрекнула его воительница. — Я родилась не на ковчеге. Моя Родина — Марс.

— Значит, ты принадлежишь к первому поколению поселенцев? Я вижу, что у тебя нет символов на руках, характерных для всех андроидов, рождённых на корабле. Сколько перерождений у тебя уже было? И почему в моей базе данных нет никаких упоминаний о гнезде Рамирес?

— Я отвечу на все твои вопросы, только постарайся больше меня не перебивать, — приказным тоном объявила Лена, а Тим подумал, что она напрасно так вызывающе ведёт себя с Оракулом, ведь они полностью находятся в его власти.

— Хорошо, я готов выслушать тебя.

— Примерно двадцать стандартных лет назад — по моим внутренним ощущениям именно такой промежуток времени прошёл с тех пор, хотя окончательной уверенности у меня в этом нет, так как без соответствующих приборов здесь довольно трудно отслеживать течение времени, — Совет ИскИнов Земли принял решение направить исследовательскую экспедицию на относительно недавно обнаруженный и уже тысячу лет считавшийся пропавшим без вести звёздный ковчег «Прометей». Для выполнения данной задачи был сформирован отряд из восьми марсианских боевых андроидов гнезда Рамирес и двоих разнополых людей с Земли. Мужчину звали Кай Руссов, женщину — Линда Тояма. Я была одной четырёх андроидов женского пола. Наличие людей в составе экспедиции было необходимым условием, поскольку незадолго до этого стало известно, что контрольные сканеры стыковочных шлюзов обеспечивают доступ в звездолёт только при условии присутствия в зоне их действия биологических объектов с коэффициентом интеллекта выше десяти баллов по шкале Кетану-Мюллера.

Нашей группе удалось беспрепятственно проникнуть на ковчег, но потом, по мере продвижения по примыкающему к стыковочному шлюзу туннелю, возникли непредвиденные проблемы. После неудачной попытки контакта с корабельным ИскИном люк шлюзовой камеры неожиданно сомкнулся, отрезав нам таким образом обратный путь. Командир отряда принял решение разрушить преграду. С этой целью один из андроидов попытался при помощи лазерного резака расплавить материал люка. Соприкосновение луча лазера с его поверхностью вызвало необратимую реакцию со стороны автономной управляющей системы ковчега, и, как следствие, проход вместе с находившимся там андроидом был перекрыт плитой. Этим андроидом, попавшим в ловушку, как раз являлся тот самый мёртвый пленник, у которого я сегодня извлекла идентификатор. Мне понадобилось двадцать лет, чтобы наконец-то найти его… — Речь девушки прервалась, но уже мгновение спустя она продолжила свой рассказ: — Хотя состав нашей экспедиции уменьшился на одного члена, после короткого совещания было принято решение продвигаться дальше в глубь звездолёта. Меня оставили на страже у перекрывшей туннель плиты, в надежде на то, что ситуация по какой-либо причине изменится, и проход к шлюзу снова будет открыт. В таком случае я должна была бы по персональному коммуникатору немедленно известить командира, но в связи с последующими событиями мне не представилось подобной возможности.

Когда отряд полностью скрылся из вида, плита вдруг дрогнула и стала плавно опускаться вниз. В этот момент я совершила одну непоправимую ошибку, за которую корила себя потом ещё много лет. Вместо того, чтобы сразу сообщить об этом факте командиру, я приблизилась к преграде и затем сама попала в западню — пол внезапно ушёл у меня из под ног, и я провалилась в образовавшийся проём. Мой неконтролируемый спуск в тёмном туннельном колодце был долгим, и я уже думала, что разобьюсь насмерть, если на такой скорости достигну его дна, но неожиданно на пути у меня оказалась какая-то странная сеть. Она глубоко и упруго прогнулась под моим весом, компенсируя таким образом инерцию падения. Через некоторое время её колебания от воздействия моего тела уменьшились практически до нуля, сеть мягко опустилась на пол, поверхность которого после этого моментально разверзлась, и я выпала в освещённый туннель. По счастью, его высота была сравнительно небольшой, поэтому мне удалось приземлиться без повреждений. Потолок тут же сомкнулся над моей головой, причём так плотно, что на нём не осталось ни малейших следов или признаков, способных указать на место стыка.

Итак, я очутилась в одном из корабельных переходов. Все мои попытки наладить связь с остальными членами отряда при помощи коммуникатора закончились безуспешно. Осознав, что осталась одна, без поддержки товарищей, и не имея никаких технических средств для ориентации в пространстве, я решила идти по этому узкому туннелю, полагая, что в конечном итоге он выведет меня к какому-нибудь обслуживающему терминалу, информационному экрану или отсеку с контрольным оборудованием, однако моим планам не суждено было сбыться: один туннель сменялся другим, и я потратила много времени, петляя в запутанном лабиринте пустых коридоров, проходов, ответвлений и тупиков. А потом я наткнулась на группу полуголых, безобразных и дурно пахнущих людей.

Они без всякого предупреждения набросились на меня с истошными воплями, и мне пришлось использовать импульсатор, чтобы всех их уничтожить. Шокированная этим происшествием, я продолжила путь и вскоре очутилась у входа в небольшой отсек, на территории которого был расположен лагерь каких-то дикарей, схожих по своему внешнему виду с теми, кто напал на меня в туннеле. Я попыталась установить с ними контакт, но в ответ получила только агрессию. Сначала они спустили на меня своих собак — животные быстро погибли от импульсов моего пистолета, — а затем сами ринулись на меня с оружием в руках, и мне пришлось спешно ретироваться. Я бежала, отстреливаясь на ходу, до тех пор, пока не потратила весь боекомплект. В какой-то момент мои преследователи, видимо, осознали, что взять меня им не удастся, и наконец-то отстали.