Хрупкое время Ауэны - Дручин Игорь Сергеевич - Страница 2

– Мне жаль, – уже серьезно сказал Ур Атан дочери, что ты мало общаешься с людьми первого круга. Ум Куанг среди них далеко не последний.

– Выходит, они имеют больше прав, чем мы? – не обращая внимания на слова отца, искренне удивилась У Киу.

– Больше прав, но больше и обязанностей, – усмех­нулся Ур Атан.

– Это для меня новость! – ошеломленно проговорила девушка и самолюбиво поджала губы.

– Ну, хватит об этом. Не найдется ли у тебя, чем промочить горло?

Куанг нажал кнопку, и в стене обозначился небольшой секретер, верхние полки которого были заставлены бутылками и керамическими сосудами.

– “Черный бархат”?

– Что-нибудь покрепче.

– Тогда “Веселый айчи”?

– Пойдет.

Ум Куанг наполнил небольшую чашу и протянул калхору.

– Вам, У Киу?

– Безразлично.

Он налил “Черный бархат”, и аромат напитка наполнил комнату.

Ур Атан выпил и удивленно крякнул.

– Хорош! Непременно закажу несколько ящиков. Значит, “Веселый айчи”? Охо-хо! – густо захохотал он. Нет, ты попробуй этот дикарский напиток, – обратился калхор к дочери. – Может быть, тогда тебе станет понятней, почему Куанг так защищает это племя!

У Киу отставила недопитую чашу и подошла к секретеру.

– Хотите попробовать? Не советую. Это чисто мужской напиток, – попытался разъяснить Ум Куанг, но девушка, даже не взглянув в его сторону, нацедила себе добрую половину чаши. Сделав маленький глоток, она поморщилась, причмокнула губами.

– Что-то есть, – засмеялась она и допила остатки. Ого. Действительно, не розовая водичка! И много у тебя новинок?

Ур Атан тоже подошел к секретеру.

– Что это? – ткнул он пухлым пальцем в черный сосуд.

– “Любимец Аукана”.

– Куанг, дружище! Откуда у тебя такие шикарные штуки? Я все-таки калхор и…

– Все гораздо проще, чем вы думаете, – засмеялся инженер. – Мой друг, Ай Сианг, куратор химии, на досуге забавляется составлением напитков. Это он и дает им такие причудливые названия. “Веселый айчи” уже запущен в производство и скоро будет в вашем погребе, а “Любимец Аукана” еще проходит испытания. Говорят, он не безвреден для здоровья.

– Заглянуть ему в глаз сегу! Все они небезвредны. Давай!

Ум Куанг достал две маленькие стопочки, величиной чуть больше наперстка.

– Если хотите…

Но калхор перехватил сосуд и небрежно плеснул себе в чашу. У Киу благоразумно приняла налитую до краев стопочку.

– Не то, – Ур Атан поставил чашу и чмокнул губами, показывая этим пренебрежение к напитку. – “Веселый айчи” позабористее…

И вдруг ошалело вытаращил глаза и, хватая воздух открытым ртом, стал медленно оседать на пол. Куанг подхватил его под мышки и отволок на диван.

– Три часа обеспечено. Раньше не проснется. А вы как себя?..

Девушка улыбнулась.

– А ты ничего… Я думала… Ой, голова кружится, – и она пошатнулась.

Инженер успел придержать ее за талию. Она качнулась в противоположную сторону и прикоснулась к нему всем телом. Куанг стоял в нелепой позе, полуобняв девушку, и чувствовал, как жар заливает лицо. Довершая его смятение, тонкие девичьи руки обвили шею, и он ощутил ее упругие губы… Руки ее разжались и она, иронически сощурившись, заглянула ему в глаза.

– Ты что, глупенький, целоваться не умеешь? Приходи в мой дворец. Научу.

Он, желая исправить оплошность, попытался обнять, но У Киу ловко вывернулась из его рук и со смехом бросилась в кресло.

– Ну, как поцелуй первой красавицы мира? – спросила она кокетливо.

Однако Ум Куанг, с детства приученный к самообладанию, уже справился со своими, неожиданно для него самого, прорвавшимися чувствами.

– Не лучше, но и не хуже других, – отпарировал он, интуитивно угадывая, что привыкшая к всеобщему поклонению У Киу, не потерпит даже слабых уколов ее самолюбию.

– Даже так? – капризно протянула она. – Ты просто не присмотрелся. А стоит!

Инженер загадочно улыбнулся и уселся на краешек стола. Ему, постоянно занятому постройкой корабля и совершенствованием своих знаний, мало приходилось общаться с женщинами, особенно высших кругов. Однако школа воспитания, которую он прошел, и специальные знания психологии тоже что-нибудь да значили. Обнаружив уязвимое место в характере У Киу, он решил проверить, как далеко она может зайти в угоду собственному самолюбию.

– Извини, при моей работе у меня не остается времени для встреч, а значит, и присматриваться будет некогда.

Она подошла к нему сзади и, запустив руку в его волосы, взлохматила их.

– Милый мой Куанг! Еще не было мужчины, который бы устоял предо мной.

– Значит, это были не мужчины!

У Киу сердито топнула ножкой.

– Ты будешь мой, мой, мой! Понял?

– Отдайте деточке любимую игрушку, – с шутливой иронией произнес инженер.

Это сразу отрезвило ее. Она спокойно уселась в кресло и, подперев голову руками, улыбаясь, глядела на него. Ум Куанг отвернулся к секретеру. Ему снова стало не по себе. От ее взгляда по телу прокатилась волна озноба, ощущение для него странное и непривычное. “Прямо езу в юбке!” – подумал он, наполняя свою чашу бодрящим напитком.

– Ты не закончил свой рассказ. Я, кажется, тебя перебила на самом интересном месте. Ты говорил, что мы всеми нашими благами обязаны богам.

Он обернулся, держа в руке сосуд с “Черным бархатом”.

– Будешь?

Она кивнула головой. Куанг наполнил чашу и поднес напиток к ее креслу. Принимая чашу, У Киу будто случайно коснулась его руки, и прикосновение ее вызвало в нем прилив энергии. Куанг не успевал в таком калейдоскопе анализировать свои чувства, и вообще все эти ощущения были для него совершенно незнакомыми. До сих пор женщины служили лишь для удовлетворения его желаний, сейчас ослепительная красота девушки действовала на него, как хороший глоток “Любимца Аукана” – ошеломляюще, и он едва успевал справляться с собственными разноречивыми чувствами.

– Так вот, если тебе интересно, – окончательно успокаиваясь, начал он. – Мы сейчас дочитали последнюю книгу богов, в которой описано устройство их корабля. Его они нам не оставили. Когда умирал последний из богов, он сказал, чтобы все ушли и не приходили на это место раньше, чем через три года. Один юноша из племени анга не послушался и остался неподалеку от корабля. Появился ослепительный свет, и раздался страшный взрыв. Когда юноша очнулся, корабль исчез. На том месте, где он стоял, светилось круглое раскаленное пятно. Через неделю юноша умер в страшных мучениях. Больше никто не решался нарушать запрет, и место стоянки корабля утеряно. Зато книги с его устройством сохранились. Конечно, без знания всех предыдущих книг мы ничего не смогли бы. Каждая из них – новый шаг, новая ступень вверх по лестнице знаний. И вот теперь мы строим огромный корабль, способный перенести нас на другие планеты и, может быть, в другие миры!

– А зачем это нужно? Разве плохо здесь, на нашей Ауэне?

– Не знаю. Таково решение верховных. Есть еще несколько книг богов об устройстве окружающего нас мира, о далеких звездах и нашем светиле Аукане. Мне рассказывал отец, который знакомился с ними. Читать их имеют право лишь верховные. Возможно, в этих книгах известна цель строительства. А вообще, что мы знаем об окружающих нас планетах? Очень немного. Три из них очень похожи были по величине: Фурана, Соона и наша Ауэна.

Боги прибыли к нам с Фураны, самой отдаленной от Аукана. На нее меньше попадало тепла и света от нашего солнца, там раньше возникла жизнь, но что-то случилось с Фураной, и боги покинули ее. Потом она погибла. Так говорят предания. Почему боги не полетели на Соону? Почему выбрали нашу планету? Этого никто не знает. Может быть, они определили, что нашу Ауэну тоже ожидает гибель, и передали нам свои знания, чтобы в трудные времена мы могли спастись?

– В странном мире мы живем, – задумчиво проговорила У Киу, на которую рассказ инженера, особенно его предположения, произвели глубокое впечатление, и она из светской кокетки превратилась в обыкновенную девушку, может быть, впервые в жизни пытающуюся осмыслить окружающее. – Меня считают образованной, но я почти ничего не знаю по сравнению с тобой, а ты – по сравнению со жрецами.