Книга вторая Упрямый доходяга (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 62

— Свершилось.

Что именно, мне объяснять было не нужно. Где-то там, в ночи, прямо за границей Хайкорта, осуществилась казнь двухста четырех желтоглазых. Две сотни разумных, стоящие в одну шеренгу, просто осели наземь, с моментально погасшими глазами. Это зрелище наблюдало почти всё население Незервилля. Живые и мертвые, они одинаково стали свидетелями быстрой, совершенно безболезненной и от того куда более чудовищной, чем можно было бы представить, казни. Раз — и всё. Простой мысленный посыл от одного из неживых членов семейства Энно, скорее всего, даже самого младшего из них.

Демонстрация силы. Один представитель магов смерти «отключает» две сотни преступников, а второй сообщает об этом киду, ожидающему приглашения на Совет. Хотелось бы поспорить, что тот, кого выделили мне, сильнее, но было не с кем.

— Магнус Криггс, заместитель шерифа. Вас вызывают на Совет Основателей, — тем же сухим голосом оповестил меня маг, приглашающе поводя рукой в сторону двери.

Наконец-то.

Прошло всего двое суток с момента, как я оказался на нижнем уровне один на один с Доннорифтом. Закончив общаться с доктором, у меня получилось без особых проблем добраться до поверхности — клоны, которым он отдал приказ, продолжили его выполнять по мере разумения, а так, как их в лифт набилось чересчур много, то кабина не выдержала на истонченных проклятием бога троссах, рухнув вниз. Вскрыть двери и перебить искалеченных гомункулов практически на ощупь труда особого не составило, они меня не видели, а значит и не атаковали. Затем я просто взрезал старрхом тонкий металл крышки лифта, а потом поднялся по шахте. Искры от удара старрхом по металлу или камню давали достаточно света, чтобы сориентироваться.

Как только я высунул нос за пределы больницы, меня тут же уволокли в Среднюю Зону. Ахиол, почувствовавший визит чуждой ему силы, запараноил в попытках понять, оказался ли я навечно проклят аурой, в которой механизмы будут ломаться. Обошлось в виду моего не совсем естественного состояния, а вот больница осталась проклятым зданием, где ничего сложнее щеколды для двери работать не будет.

В незнакомом просторном помещении ратуши меня ждал огромный вытянутый стол, за которым расселись 11 фигур в глухих простых мантиях с капюшонами, натянутыми едва ли не до подбородка. Я сразу почувствовал себя уязвленным, не найдя для себя ни кресла, ни табуретки. Предполагается, что буду стоять? Ну хорошо. Окинув присутствующих взглядом, я смог узнать лишь сидящего у дальнего торца стола Ахиола — его шесть рук плоховато влезли под мантию, периодически шевелясь. Остальных идентифицировать было нельзя, моё идеальное зрение могло многое, но не проникать сквозь предметы.

— Магнус Криггс, вас вызвали на Совет Основателей для дачи показаний по ряду дел, — прогудела одна из ближайших ко мне фигур, — Хочу вас проинформировать, что от вас ожидают услышать только правдивую информацию в максимальном объеме. Любая ложь или недосказанность повлекут за собой… последствия. Вам это понятно?

— Понятно.

— Хорошо. Тогда начнем с главного. В результате вашего расследования погиб шериф Бальтазар Тайрон Баунд, казнены две сотни граждан Хайкорта, на месяц прекращена работа Купели, проклята обширная территория в центре Пятна. Также погиб главврач больницы, доктор Эйдиус Доннорифт, и утрачена большая часть записей о его исследованиях. Народные волнения, крупные финансовые и территориальные потери, смерть важных членов общества, и под конец… убийство Эскобара Мадре. Вам есть что сказать, чтобы оправдать этот список хотя бы частично?

— Это обвинение?

— Да, — слегка кивнул тот же Основатель.

— Тогда нечего.

Мое заявление вызвало нездоровый слабый ажиотаж среди сидящих за столом. Сцепив руки сзади в замок, я воинственно задрал подбородок, без всякой симпатии разглядывая долбодятлов, решивших поиграть в традиции. Опасных, могущественных, знающих, злопамятных, привыкших к собственной власти, но… долбодятлов.

— Криггс! — хмуро пролаяла одна из фигур подальше. Голос был женский и сердитый, — Вам нечего сказать? Вам, который вел это дело?! Не мелите чушь!

— Мне нечего сказать в ответ на обвинение в произошедшем, — педантично поправил я незнакомую женщину, — Так как я, Магнус Криггс и моя дочь, Эльма Криггс, можем с полным правом считаться невиновными во всех произошедших событиях. Мы… и мы одни. Я владею исчерпывающей информацией по делу пропажи Эскобара Мадре, а также доказательной базой, основывающейся на записях Бальтазара Тайрона Баунда, и готов ответить на ваши вопросы. Но не в форме обвинения!

Поднялся гул.

— Это не вам решать!

— Наглость.

— Пытается нахрапом замаскировать собственную некомпетентность?

— Интересно…

Наконец, сидящий во главе стола Ахиол негромко хлопнул ладонями по столешнице. Гул затих, головы повернулись к нему.

— Мастер Криггс должен прекрасно понимать, — мягко начал мэр, — Что формальности в нашем закрытом городе… немногого стоят. Кто виноват, что делать, а также все прочие вопросы на территории Хайкорта решает этот Совет. В данном конкретном случае мастер Криггс является носителем определенной информации, которой согласен… да и должен поделиться с нами. Мы же, в свою очередь, не должны спешить с выводами, так как до этого момента кид честно и непредвзято выполнял свои рабочие обязательства.

— Ах… мэр… — укоризненно пробурчал один из ближайших к богу капюшонщиков.

Я лишь нагло ухмыльнулся, правда, про себя. Ахиол принял мое предложение. Надавить в начале собрания, обвинить хоть в чем-то существенном, принудить выплатить компенсацию — раз, и у города есть пожизненный кид, связанный обязательствами. Клок шерсти с худой собаки в данной ситуации, но и он ценен. Однако, бог-мэр решил, что кид, желающий работать только с ним, куда лучше, чем абстрактно озлобленный выдуманным долгом.

— Начинайте рассказ, мастер Криггс, — прозвучал размеренный голос Базилиуса Энно, — Иначе мы рискуем застрять здесь на несколько дней.

— Для начала я бы хотел отсечь не имеющих значения фигурантов, — хмыкнул я, задирая подбородок еще выше, — К ним можно отнести группу только что казненных вами горожан и… Эскобара Мадре. Вина вышеназванных была лишь в том, что они вступили в преступный сговор с целью финансирования исследований по полному перемещению сознания в Купель. Эти разумные хотели жить в благостном иллюзорном мире, не ведая хлопот и забот.

— Невозможно, — узнал я голос Галатури. Пожилая орчанка медленно качала головой, — Нельзя поместить одну душу в другую. Заместить? Возможно. А вот «поселить»…

— Это очевидно для вас и сомнительно для просто образованного человека, — кивнул я, — Но мы говорим о простых горожанах, многие годы живущих в одном цикле так, что они почти перестали воспринимать реальность как реальность. Что касается Мадре, то он, страдающий от своих переразвитых способностей кида, также не отличался критическим мышлением. Повторюсь — их вина лишь в том, что они, также циклично, как работали и жили в Купели, стали жертвовать свои деньги на исследования. К этому моменту я вернусь позже.

— Хотите свалить всё на Доннорифта? — ехидно проскрежетал кто-то сбоку.

— Нет, — прохладно ответил я, стрельнув взглядом по маленькой и сгорбленной фигурке говорившего, — Вина доктора Доннорифта минимальна…

А вот тут уже начался настоящий шум и гам. На меня орали то ли в восемь, то ли в девять глоток. Сердито так, с вспышками агрессии, даже стуча кулаком по столу и требуя, чтобы я прекратил морочить голову, а иначе… Вот этого «иначе» мне безусловно стоило бы бояться, в этом зале собрались как бы не все самые опасные разумные континента, но… не получалось. Мысленно прилепленная мной всем на лоб этикетка с надписью «долбодятел», мешала мне критически бояться некромантов, шаманов и прочих магов с друидами.

— Преступление доктора Эйдиуса Доннорифта лишь в том, что он обманывал вышеупомянутых горожан и Должника, уверяя их, что собранные ими финансы идут на интересующие их исследования, — повысил я голос, — Один из присутствующих здесь Основателей может подтвердить, что технология по перемещению сознания в Купель стала бы концом для Хайкорта!