Повелитель Бездны (СИ) - Медведев Данил "Странник" - Страница 46

— Подъем, пока ты валяешься, ты очень уязвим.

* * *

Сглатывая солоноватую кровь, я распластался в тени одного из сталагмитов. Доползти на неслушающихся руках досюда, было настоящим подвигом труса. Информатор был ужасен в своём обучении. Обещанного уклонения не открылось, но, возможно, я слишком мало старался. Руки, ноги и грудь болели лишь первое время. Первые попытки встать и продолжать тренировку отдавались болью в конечностях. Затем они просто отказали.

Подойдя к моему телу, кардинал склонился, насильно вливая мне в рот воду и засовывая кусок мяса.

— Ешь и слушай. Уклонение и стойкость — не единственное, чему мне придется тебя научить. Я знал слишком много хороших воинов, отточивших навыки владения тем или иным оружием до завидного мастерства. Но однажды, оказавшись без своего оружия, по причине его потери или поломки, они погибали. Глупо и беспомощно. Поэтому, прежде чем я начну обучать тебя владению кинжалами и мечами, ты овладеешь рукопашным боем.

— Бу-ыг. Ныыы, — застонал я.

— Готов продолжать? Нет? Тогда слушай дальше. Рукопашный бой, как и бои на разных видах оружия, разделяется на свои виды. Существует всего три вида рукопашного боя. Саньда — где важную роль играет точность и скорость ударов. Мгновенные и сокрушительные удары способные убить противника. Часто в таком виде используются ноги, ты и сам смог прочувствовать скорость ударов, от которых сложно увернуться. Сават — любимый стиль трактирных пьяниц, где основную роль играет только звериная сила. При отсутствии разума и должном упорстве, можно научиться, просто маша кулаками в пивных стычках. Для тех, кто не обладает выдающейся силой, малоэффективный вид, но для развития характеристик может оказаться полезным. И последнее — кудо. Вид, завязанный на захватах и различных приемах. Удушение, защемление, выворачивание, переломы и прочие травмы завсегдатай в этом виде боя. На этом пока закончим. И постарайся заснуть. Во сне тело восстанавливается быстрее. Скоро ты научишься мгновенно засыпать в любой возможной ситуации. Уж поверь мне.

Глава 16 Речная долина

Сон был непробудным. Физическая боль отступила в небытие, уступив место забвению. Но так продолжалось не вечно. Очнулся я от толчка своего спутника. С трудом разлепив сомкнутые глаза, попытался неловко приподняться на локте, но не удержался и глупо рухнул обратно.

Собравшись с силами, заставил себя сесть. Покосился в сторону, но не заметил никакого намёка на разгорающийся улей. Проспал весь вечер, и уже наступила ночь. Надо двигаться дальше, смысла оставаться здесь не было. Брюшные мешки, куда насекомое при всём желании не дотянется, совсем исхудали. Отвязав их, натянули на морды животным. Наш запас еды тоже не слишком радовал, но в отличие от нашей тягловой силы, мы без него сможем обходиться гораздо дольше.

Взобравшись на панцирь, продолжили путь. Один тёмный грот за другим. Разница между циклами, когда осы начинают разжигать свои улья, небольшая. Порой она составляет всего несколько минут, а иногда её не бывает и вовсе.

Информатор между тем был сегодня и вовсе не многословным. С самого подъёма не проронил ни одного лишнего слова. Похоже, что либо это его обычное состояние, и он останется таким, пока мы вновь не вырежем чей-то караван, либо его что-то гнетёт, но расспрашивать его на эту тему бесполезно. Можно только гадать.

Грот с озером давно кончился. Следующий грот был странным. О его размерах было сложно судить, но почему-то он не походил на все предыдущие. Пробравшись по нему вдоль стены, наконец-то выбрались на свет. Новый грот радовал больше предыдущих. Такие подземные пространства называются долинами. Пологий спуск с обеих сторон к реке, текущей по всей протяжённости пещеры. Длинный вдоль и узкий поперёк. Особенности грота сыграли нам на руку.

Напившись и напоив насекомых, проверили, как привязано барахло. Перебраться через холодную реку с медведкой не составит проблем. Животные обучены переходить водные преграды сами, таща за собой повозки. Передние лапы медведок способны рыть норы в камне, из-за чего они с лёгкостью могут прокапывать своеобразные лестницы под водой. Цепляясь за панцирь насекомого, что бы не унесло течением, довольно быстро перебрались через холодную воду. Оказавшись на другом краю узкого грота, решили сделать привал и пополнить запасы.

Я уже собирался спать, когда Информатор вдруг подскочил на ноги, закрутив головой из стороны в сторону, явно прислушиваясь к чему-то. Я, в свою очередь, ещё ничего не слышал, но чуткому восприятию кардинала доверял безоговорочно.

— Враги? — уточнил я, хватаясь за рукоятку сабли.

— Если я прав, то не только, — уже веселее произнес убийца.

Вскоре странные звуки уловил и я. Непонятный шум, отражаясь от стен грота, эхом катился по долине. Информатор безошибочно определил источник, всматриваясь в воду сверху по течению. Оттуда по воде неслось что-то громадное, поднимающее кучи брызг.

Гигантский кусок хитина, состоящий из соединённых между собой кусочков. Толстенный слой панциря с груди переходит в монолитный сплав на голове. Монструозную голову чудища венчает толстенный штурмовой рог, предназначенный для пробивания стен и завалов. Брюхо насекомого состоит из того же панциря, что и спина, давая ему практически абсолютную защиту. Единственным слабым местом были ноги, расположившиеся по три штуки с каждой стороны. Вокруг колоннообразных ног располагались уязвимые места, обеспечивающие подвижность монстру.

— Жук-тараноносец, — заворожено произнес я.

— Тарак, или таракан-рогач, как его называют повсеместно, — осклабился убийца. — Более медленный, но зато крайне выносливый транспорт.

— Что? Его не используют для транспортов, и на нём не ездят, — изумился я.

— Это тебе так кажется, — заверил кардинал. — Смотри, кто его преследует.

Я присмотрелся, но за кучей поднятых тараком брызг не различал никакого преследования.

— Где?

— По сторонам от него, бегут вдоль реки.

Посмотрев дальше от воды, заметил мелкие фигурки очень подвижных существ. Первой мыслью стали пресловутые жалохвосты, напавшие недавно на караванщиков. Но по мере приближения откинул эту мысль. Твари были куда подвижнее на суше, чем обитатели озёр. Подвижность их заключалась в наличии двух ног и мелком размере туловища. Лапы при этом свисали когтями ниже колен, выгнутых в обратную сторону.

— Кто это?

— Аяки, — сообщил более глазастый убийца.

В голове сразу же вспомнилась красная картинка из бестиария, видимая когда-то в гильдии. Крайне худые, быстрые и выносливые существа. В малом количестве неопасны и неагрессивны, однако могут стать угрозой для одиноких путников и незащищённых повозок, если собьются в стаю. Из основных опасностей, стоит избегать удара их рогами. Когти у этих тварей не слишком большие. На четырёхпалой руке всего два серьезных когтя и два противолежащих пальца, из-за чего эти твари могут цепляться за повозки мёртвой хваткой.

С приближением тарака я уже по-другому оценил преследователей. Около десяти мелькающих существ на одном берегу и немного больше на другом.

— Это большая стая! Даже слишком, нужно убираться с их пути, — воскликнул я, начиная выдёргивать клинья упряжи медведок.

— Что? Я не слишком сильно ударил тебя по голове? — удивился кардинал. — Ты собираешься убежать, бросив такой хороший транспорт на произвол судьбы?

Теперь настала моя очередь удивляться. Неужели он хочет вступить в бой с такой стаей. Не меньше двадцати голов против всего лишь двоих эльфов.

— Мы захватим тарака. Точнее, я его захвачу, прыгнув в воду вон с того сталагмита, — он указал на нависающий над водой камень ниже по течению. — А ты пока сделай что-нибудь с аяками.