Ловушка под омелой (СИ) - Мирошник Ксения Викторовна - Страница 12

Я смущённо опустила глаза, а Джерс по-хозяйски приобнял меня и мягко тряхнул прижимая.

Он сегодня был очень красив, настолько, что я растеряла все слова и боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть очарование момента.

Ким скривилась:

— Она всегда была здесь и всегда была такой, просто эта самая половина студентов была слепа.

— Ким! — остудила я подругу, ещё больше смущаясь от слов Джерса, который на выпад моей подруги не обратил ни малейшего внимания.

— Ты помнишь, что обещала мне танец? — спросил он, склоняясь к моему уху.

Я смогла только кивнуть в ответ. Джерс снова улыбнулся и оставил нас одних. Лёгкие чуть не взрывались от переполняющего меня счастья. Дышалось с трудом.

— Боже мой! Ким! — восторженно прошептала я. — Ему понравилось моё выступление!

— И не только ему, спешу заметить, — ответила подруга. — Ты сегодня просто звезда! Одна из тех самых снежинок, что осветили площадь.

— Спасибо!

Я стянула коньки и переобулась в сапоги, которые оставила под ёлкой. Сейчас у её ствола начали появляться подарки, которые студенты оставляли друг для друга. По традиции открывать их будут завтра. Когда Ким отвернулась, чтобы посмотреть, что происходит на катке, я произнесла заклинание и в куче ярких коробок появились и мои подарки для неё и некоторых преподавателей.

— Всё, основная часть закончилась. Сейчас появится праздничный стол, а потом танцы! — подпрыгнула на месте девушка.

— Да, теперь можно расслабиться, — пробормотала я.

Мы обошли огромную ель и вышли к остальным. Миссис Патчис первой подошла поблагодарить и похвалить. Я с радостью обняла наставницу и пожелала ей всего самого наилучшего в наступающем году. Потом подходили однокурсники и ребята помладше, все кому понравился мой танец. Внимание было приятным, но вскоре захотелось немного покоя.

Минуты после выступления пронеслись молниеносно и вот магистры произнесли заклинание и над нами пролетела белоснежная гарпия. Птица немного покружила, а потом издала немного неприятный крик и взмахнула широкими крыльями. Послышался лёгкий перезвон, ознаменовавший начало нового года. Площадь взорвалась радостными аплодисментами, свистом и гомоном поздравлений. Я счастливо обняла Ким

Вместо льда появились длинные столы с угощениями, и обитатели академии вместе с гостями расселись по местам. Праздничный ужин прошёл шумно и весело. Гости академии тоже чувствовали себя расслаблено, они с удовольствием беседовали с нашими студентами, смеялись и хвалили пищу. Я заметила Джерса, который разговаривал с представителями Огненных островов. Прекрасная темнокожая женщина в ярком длинном наряде и с длинными чёрными волосами, собранными в тугой и очень гладкий пучок, улыбнулась ему и продолжила о чём-то рассказывать. Джерс отчего-то хмурился, но собеседницу не перебивал. В какой-то момент, парень посмотрел на меня и не мимолётно, а задержался взглядом на моём лице. Я поёрзала на лавке, и сама отвела глаза. Но только от него, на красивых гостей с островов я продолжила любоваться. В их позах, медлительных движениях и тёмных глазах читалось достоинство. Они завораживали и притягивали внимание. Молодые были менее общительными. На вопросы отвечали коротко, бросая скупые фразы или просто кивали в знак согласия. Очень хотелось сесть поближе и тоже поучаствовать в расспросах. Их магия всегда меня интересовала, наверное, поэтому древний фолиант, который изучал мистер Бастири, так и призывал заглянуть под плетение обложки. Огонь и лёд несовместимы, но иногда мне казалось, что магическое пламя живёт и во мне, только почему-то будто дремлет.

Когда ужин закончился, магистры вернули каток, только он стал заметно меньше. Освободилось место для танцев. Всеобщая радость обуяла и меня. Мы с Ким и ещё несколькими подругами танцевали от души, наслаждаясь музыкой и компанией. Снег всё ещё сыпался из-под купола, но неудобств не доставлял, напротив, только радовал.

Джерс не обманул и как только зазвучала медленная мелодия, увлёк меня в танец. Рядом с ним сердце пело, я смущалась, но всё равно не сводила с красивого лица своих глаз. Он улыбался мне и говорил комплименты, всё теснее прижимая к груди. Танцуя с Джерсом, я поверила в волшебство этой ночи, в то, что она исполняет самые заветные желания. Я была на седьмом небе.

— Не могу оторваться от твоих ресниц, — сказал Джерс, между танцами. — Они такие красивые и ты красивая…

— Спасибо, — пробормотала, не веря своему счастью.

— Почему ты прячешься?

— В каком смысле? — не поняла я.

— Ну, таланты твои очевидны. Ты превосходишь почти всех учеников академии, но на занятиях совсем не выделяешься. Не спешишь заявить о себе.

— А зачем? — искренне улыбнулась. — Все, кому надо, всё знают о моих талантах, мой путь уже определён. Я выросла здесь, здесь и останусь.

— То есть библиотека Зимней стужи — это твой предел? — удивился парень.

— Не знаю, — растерялась я. — Наверное. Я никогда об этом не думала.

— Это потому что ты никогда не покидала стен академии, не видела ничего другого. Но ведь ты не отсюда. Не интересно узнать, где ты родилась?

— В детстве было любопытно, а потом…не знаю. Я очень люблю нашу библиотеку, и работа в ней мне очень нравится.

— Да что там может нравится? — хмыкнул Джерс. — Скука смертная! Ты должна увидеть мир, Хлоя. Вот я родился в Эскопе. Там зима не такая длинная и маги живут с разными способностями. Они обмениваются знаниями.

— Ну ты сказал, Эскоп! — усмехнулась в ответ. — Это же мечта! Сердце магического сообщества. Там живут и трудятся на благо всего магического мира только лучшие из нас. Мне там не место.

— Почему же? — не успокаивался парень. — Ты просто скромничаешь. Я по окончании академии сразу попаду на службу к отцу. Он у меня в совете сообщества! Могу похлопотать о тебе.

— Почему? — спросила я, пытаясь сдержать непомерное удивление.

— Потому что дар визуализировать свои эмоции — большая редкость, — послышался женский голос, и мы с Джерсом обернулись. Говорила та самая темнокожая женщина с Огненных островов, с которой беседовал за ужином мой спутник. — Его можно развивать и достичь больших высот. Судя по тому, что я видела, тебе он даётся легко. И вообще я слышала, что у тебя немало талантов.

— Благодарю, — улыбнулась я на такую похвалу, а потом ощутив на себе чей-то взгляд, слегка повернула голову. Неподалёку стоял капитан Аведа и пристально наблюдал за мной и моими собеседниками. От его внимательного взгляда снова стало как-то не по себе, и я отвернулась.

— Хлоя, это Эфевия, — представил Джерс. — Она тоже состоит в совете.

— Да, — улыбнулась женщина, протягивая руку для приветствия. — И нам в совете очень нужны молодые талантливые маги.

— Большое спасибо за доверие, — пожала я прохладные пальцы.

— Подумай над предложением друга, такой шанс выпадает редко. Продолжай прилежно учиться, а я буду следить за твоими успехами, — сказала Эфевия. — А теперь развлекайтесь, молодые люди.

Она ушла, а я растерянно хлопала глазами, пытаясь вернуть самообладание, которое сменилось ужасным волнением.

— Вот видишь, не я один заметил твои возможности, — улыбнулся Джерс и взял меня за руку, чтобы продолжить танцевать.

Почти всю ночь парень провёл рядом со мной, мы танцевали разговаривали и делились планами. Я наслаждалась каждой минутой, проведённой с ним и видела, что он тоже. Не имея возможности проводить меня до комнаты, Джерс попрощался и скользнул губами по моей щеке, задержавшись на лестнице, ведущей к спальным этажам. В комнате я оказалась, когда было ещё темно. Волшебная ночь закончится только с первыми лучами рассвета, но мне она уже подарила всё, о чём можно было мечтать.

Переоделась и присела у окна, укрывшись мягким пледом. Мечтательно глядя в тёмное небо, я возносила благодарность к небесам. Улыбка не сходила с лица даже когда задремала прямо на полу. Очнулась резко, будто от толчка в плечо. Сначала ничего не поняла, а потом мысль прорезала сознание. Коньки! Я оставила коньки под ёлкой. Они конечно не исчезнут навсегда, но студенты очень любят прятать чужие вещи. А мне бы не хотелось искать их повсюду. Теперь я считала их особенными, чем-то вроде талисмана, принёсшего мне удачу. Наспех набросила куртку и плащ, а потом выскочила из комнаты.