Моя дочь от тебя (СИ) - Рябинина Юлия Валериевна - Страница 35

Я немного успокаиваюсь только тогда, когда автобус отъезжает от платформы, попадая на безлюдный проспект.

Неотрывно слежу за домами, которые мы проезжаем. Мысленно настраиваю себя на то, что несколько недель придется как-то обходиться вдали от цивилизации. Пытаюсь представить, как к этому отнесется моя дочь. Дети, конечно же, легче переносят смену места жительства, чем взрослые, но Маруся...

Маруся - это совсем другое. Она не как все дети. Дочка, привыкшая постоянно находиться в окружении Ирины Витальевны и ее подруг, может болезненно отнестись к одиночеству. Именно этого я боюсь больше всего.

Спустя какое-то время локации за окном начинают сменяться: реже встречаются дома и чаще - деревья. Чувствую, что веки начинают тяжелеть, и я невольно проваливаюсь в сон.

Мне почему-то снится дом. Именно тот, в который мы с Марусей направляемся. Но только есть одна несостыковочка: в моем тревожном сне дом большой, добротный, а в реальности намного скромнее.

Неожиданный толчок выдергивает меня из сонного ленивого забытья, но глаза я не спешу открывать. Мой затуманенный мозг подсказывает, что, возможно, это остановка запланирована. И мне не о чем волноваться.

Да и с какой стати я вообще об этом думаю?

Эти размышления нагружают мой мозг, и дремота начинает отступать, выпуская из своих объятий.

- Что такое? Что случилось? - прорывается шепот со всех сторон.

Я не успеваю опомниться, чтобы прийти в себя после сна, как чувствую, что надо мной нависает что-то большое и лицо прожигает чей-то внимательный взгляд.

Вздрогнув, распахиваю глаза и вскрикиваю от ужаса, обуявшего мое сознание.

- Ну, здравствуй, милая. А я уж думал, что потерял тебя, - хмыкает мужчина с застывшим оскалом на лице.

- Отпусти! - Вырываю руку, когда Ярослав, безжалостно вывернув мне локоть, тащит к выходу из автобуса.

Кто это? Куда он ее забирает? Там маленький ребенок. Может, это муж? - шелестит толпа, выглядывая со своих мест.

И ни один... ни один человек даже не тянется за телефоном, чтобы позвонить в полицию! Кто-то с любопытством, а кто-то со страхом на лице наблюдает за развернувшейся картиной.

- Мама! Мама! Мне страшно! Дядя Ярик! Пусти меня к маме! - плачет Маруся, схватившись за шею одного из людей Яра, который выходит из автобуса первым.

- Ты что творишь? Ты пугаешь ее! - шиплю, продолжаю активно вырываться. - Маруся, детка! Все хорошо. Мама сейчас с дядей Ярик поговорит и заберет тебя! Только не плачь, хорошо? Не плачь!

Но страх, застывший на лице дочки, говорит о том, что мои слова ее совсем не утешают.

Я рвусь вперед, но Ярослав с силой удерживает меня на месте.

Мы стоим на обочине, а мужчина, у которого моя Маруся на руках, широким шагом пересекает дорогу, направляясь к припаркованному авто. Как только он приближается к машине, задняя дверь открывается, и он с Марусей исчезает в салоне черного внедорожника.

Меня парализует шок. Я эту картину наблюдаю с открытым ртом. Слов нет. Во мне плещется только ужас, сковывающий горло. Я до последнего надеюсь на то, что мы сейчас, тоже перейдя дорогу, сядем в эту же машину, но...

Внедорожник резко трогается с места и уносится вперед.

- Ярослав! - мой голос тут же срывается на крик. Вытягиваю руку вперед, указывая мужчине на уезжающую машину. - ЧТО?! КУДА?!

Ярослав смотрит мне в глаза, и в них нет ничего, кроме свирепой жестокости. Меня накрывает паника, граничащая с истерикой. Куда они увозят Марусю?

- Отпусти! Скотина! ОТПУСТИ!

Я разворачиваюсь и кидаюсь на мужчину с кулаками, одновременно пытаясь освободиться.

- Ублюдок! Отпусти! Отдай мне Марусю! Куда ты ее повез? МАРУСЯ!!!

Меня накрывает дикий ужас. Я перестаю контролировать себя.

- М А Р У С Я!!! - кричу так, что крик разрывает легкие. Я даже не замечаю, что слезы льются из глаз не переставая.

Я смотрю, как удаляется внедорожник с моей крошкой, и понимаю, что все это случилось по моей вине.

Мое сердце разрывается на куски. Я рвусь в руках Яра раненой птицей.

Но его хватка слишком сильна. Мне не выбраться.

- НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! ЗАЧЕМ? ЗАЧЕМ ТЫ ТАК С НАМИ!? - в каждую букву вкладываю всю ненависть, всю безнадежность, которую сейчас испытываю. - М А Р У С Я!!! - кричу так громко, что перепонки вибрируют.

И в этот миг Яр отпускает меня.

Я, не ожидая, что окажусь на свободе, не удерживаю равновесие, лечу вперед.

Падаю на землю. Сбиваю ладони, колени.

Плачу. И опять кричу. Громко. Надрывно.

Откуда-то берутся силы подняться, и я вскакиваю на ноги.

Оглядываюсь по стороном. Дорога пуста. Внедорожник уже скрылся из поля моего зрения.

Душу рвет страх. Страх за дочку. Страх того, что могу больше не увидеть ее.

Я срываюсь с места. Ноги передвигаются слишком медленно. Я рвусь вперед, но ощущение такое, что иду на месте.

Все происходящее кажется мне, как в страшном кино, нереальным. И я бы могла подумать, что это сон - страшный кошмар, - если бы не боль в грудной клетке, рвущая мое сердце, мою душу!

Сколько я так бегу, не знаю. Не чувствуя под собой ни ног, ни земли, нахожусь в какой-то прострации. Страх вытесняет все чувства, оставляя только одно, затопившее мое сознание, - отчаяние.

В мозгу бьется одно и то же слово:

Подчинись.

Мои инстинкты кричат, что именно так будет лучше, что именно так правильно, но, гонимая паникой и страхом за жизнь Маруси я не даю возможности мозгу обработать эту мысль.

Неожиданно я оступаюсь, и нога подворачивается. Я теряю равновесие, и меня неумолимо тянет в сторону обочины. Взмахиваю руками и лечу на острый щебень, которым щедро усыпана земля. Приземляясь на левое бедро, падаю на спину.

Больно, черт возьми! Не знаю, что я содрала и чем ударилась, но боль адская.

У меня даже нет сил встать. Я вымотана.

Но долго в одиночестве мне не дают остаться. Почти сразу же прямо у моей головы тормозит авто, и на лицо сыпется мелкая пыль, смешанная с щебнем.

- Набегалась? - сухо раздается вопрос.

Я не шевелюсь, продолжаю лежать с закрытыми глазами.

Мне нужна передышка. Хотя бы пару минут. Но Яру на все плевать. Он выходит из машины.

Мое молчание оказывается для него как красная тряпка. Мне кажется, я даже чувствую, как мое лицо обдает горячим паром его нетерпения.

- Какая же тупая, Ледовская, - рычит Яр и рывком поднимает меня на ноги. Стон срывается с моих губ помимо воли.

Открываю глаза и сквозь мутную пелену смотрю ему в лицо.

- А ты настоящий говнюк, Ярослав, - сцепив зубы, цежу с ненавистью ему в лицо.

- Не дразни меня, Майя. Не буди зверя. Я только-только успокоил его.

Я чувствую по напряженному тону Яра, что он говорит правду.

- Зачем ты забрал Марусю? - дрожащим голосом спрашиваю.

- Чтобы она нам не мешала и чтобы ты наконец-то поняла, что ты - моя. И, если я захочу, достану тебя из-под земли...

- Но манипулировать ребенком - это так низко, - говорю с презрением.

- Майя, ты сейчас и правда думаешь, что я манипулирую тобой посредством Маруси? - с бравадой в голосе хмыкает мужчина.

Я же вместо ответа просто смотрю ему в лицо.

- Ты ошибаешься, детка. В том, что сейчас происходит, виновата только ты. Я тебе говорил, что от меня не скрыться. Говорил? - Ответом ему служит мое молчание. - За Марусю не переживай, я ее трогать не буду. Да и никто ее не тронет, пока я жив. Слышишь?

Мужчина хватает меня за подбородок, дергает голову вверх, заставляет смотреть в лицо.

- Если будешь вести себя тихо, не перечить мне и не бесить, то через пару дней, разрешу забрать Марусю. Поняла?

Господи! Что же он за чудовище?!

Моя душа от переизбытка чувств уходит в пятки. Ноги становятся ватными, я еле держусь, чтобы не свалиться.

Пару дней? Он сказал "пару дней"?! Да я с ума сойду за это время! Я и часа не выдержу, чтобы не увидеть дочку.

Сжимаю в кулак лацканы его пиджака. Тяну на себя.