Невеста для высших (СИ) - Ветрова Ася - Страница 2

В этом месте никогда не увидишь обычных людей. Только автоматику и специалистов из высших. Сейчас коридор был пустым в связи с чрезвычайной ситуацией и важностью личности, что сюда поступила в тяжелейшем состоянии. Мой брат.

К сожалению, модификаты тоже имеют свои недуги. Чаще всего получают травмы после вот таких вот катастроф, что является редкостью. В данном случае – подстроенной.

Центр и так был местом изолированным. И попасть сюда могли только по пропускам со штрихкодом. Но сейчас здесь было столько охраны, что казалось, пациент – президент страны. Хотя, этот пациент был покруче президента, который сам кланялся таким именитым людям, как мы, братья Габсбург.

По пути не встретился ни один работник. Все двери были закрыты наглухо. Помещения пусты.

Передо мной открылись последние двери в просторную палату с широкой функциональной кроватью и капсулой регенерации, в которой находился Рон. Мой неугомонный брат.

– Оставьте меня. Как только придет Марк, пустите его, – сказал я, не поворачиваясь.

– Да, господин.  

Створки дверей с тихим шипением закрылись.

Я позволил себе глубокий вздох, чтобы немного расслабиться. За последние несколько часов с момента, как я узнал об аварии и шла операция, кажется, я потерял с десяток лет жизни.

Постоял немного в тишине, нарушаемой только звуком монитора, отсчитывающим удары сердца и медленно подошёл к капсуле.

– Привет, братец! Как же ты так неосторожно попался?

Я смотрел на лицо, похожее на моё как две капли воды. Такое спокойное и такое непривычное. Вроде, тот же разлёт густых бровей, аккуратные линии. Сейчас расслабленные, как будто парень спит. Под глазами залегли тени, веки припухшие. Волосы полностью удалены с головы. Едва заметный шов, прикрытый прозрачной полоской заживляющей ленты, тянулся от левой брови вверх, к виску.

Рубец исчезнет и волосы отрастут. Только надо выяснить, насколько тяжёлой была травма, если пришлось вскрывать череп. Левая рука обездвижена фиксирующим рукавом. На теле уже отцветающие, безобразно огромные гематомы.

Странно было видеть Рона в таком состоянии. Вечно подвижный, как капелька ртути. Улыбающийся. А сейчас похож на сломанную куклу.

– Алан!? – раздался низкий и мягкий голос врача. Одно время мы дружили с Марком довольно близко, пока жизнь не развела нас по разные стороны. Встречались только иногда, на благотворительных вечерах.

– Прогноз? – мой вопрос прозвучал сухо, как и было в моём горле. Я не мог издать ни одного лишнего звука, чтобы даже поприветствовать человека, который лечил моего брата.

– Ты, как всегда, сразу к делу, – отозвался он.

– Марк!? – мой голос чуть не сорвался.

– Извини. Всё не так страшно, как кажется, – хмыкнул мужчина, подходя ближе к капсуле и сверяясь с показателями. – Я оставлю звук сердцебиения? Мне так спокойнее.

– Поэтому ему вскрыли голову? – последнее предложение было мной проигнорировано. Хотелось сказать, что мне тоже так спокойнее, но промолчал.

– Не только голову, – похоже, его задело такое отношение. Однако, Марк достаточно хорошо знал меня, чтобы не обижаться. Когда что-то касалось брата, для меня остальной мир переставал существовать. Я всегда его оберегал. Он мой единственный родной человек. И такое вот случилось несчастье. – У него переломы позвоночника в шейном и поясничном отделах. Спинной мозг, к счастью, не пострадал. Был в униформе с нанозащитой. А вот голова…

– Понятно. Снова без шлема полетел, – сжал я губы. Рон всегда был беспечным. – Насколько серьёзна травма головы? Эликсир не справится?

– Не понадобился, – заявил врач, и я коротко на него взглянул. – Сказочно повезло твоему брату, друг. Мало того, что его вытащили из аэрокара после начала отсчёта самоуничтожения. Так ещё и… Только не злись, ладно?

– Не понял? – развернулся я полностью к собеседнику. Разговор принимал интересный оборот.

– У Рона было кровоизлияние в правой лобной доле и разбит затылок. Я не говорю о том, что он мог полностью остаться лишённым слуха и зрения. И координация движений…

– Дальше. Не тяни, – странно и неправильно было слышать такие страшные вещи по отношению к Рону.

– Похоже, чтобы спасти ему жизнь, его напоили кровью.

– Повтори, – Марк непроизвольно поёжился от моего тихого вкрадчивого голоса.

– Совсем немного. Сначала даже не обратил внимания на некоторые изменения. Тяжесть состояния позволяла такие огрехи. Но ткани восстанавливались на глазах, пока шла операция. И я заподозрил неладное. Повторные анализы ничего не показали. Пришлось более детально исследовать первоначальные пробы. Там нашлись чужие гены. Уверен, что парень бы не выжил, если бы не своевременная помощь.

– Кто об этом ещё знает? – более спокойно поинтересовался я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Никто. Я сам этим занимался. И нигде не оставил следов. Вот, только этот чип содержит полную информацию, – протянул он мне блестящую полоску в пластиковой коробочке.

– Спасибо! Я благодарен тебе. Надеюсь, что эта информация останется между нами, – обжёг я его пристальным взглядом. Он мне соврал. Боится. Меня все боятся, кроме моего братишки.

– Конечно. Если тебе интересно моё мнение, эти крупицы не окажут никакого воздействия на твоего брата. Слишком мизерное количество. Будто тот, кто сделал это, знал, что делает.

– Когда он очнётся?

– Не знаю. Все функции мозга в норме. Внутренние органы в порядке. Переломы почти срослись. Надеюсь, что день-два – и всё будет в порядке.

– Хорошо. Кроме тебя к нему не должна подходить ни одна живая душа. Его будут охранять. Я буду ждать новостей.

Я покинул палату. Но далеко не ушёл. Мне поднесли планшет, на котором была видна палата брата.

Марк нервно потёр руки и уселся за панель. Было прекрасно видно, как все данные исследования стираются. Проверил несколько закладок. Похоже, смотрел, что мог упустить. Уничтожив все файлы, облегчённо вздохнул.

– Лучше иметь Алана в друзьях, чем во врагах, – прошептал он. – Ты мне оказал услугу, Рон, оставшись в живых.

Кивнув охраннику, который сразу же скрылся с планшетом в соседней комнате, я решил заняться поисками.

Глава 3. Похищение

Неля

После посиделок с Лизбет в любимой забегаловке отправилась домой. Машину брать не стала. Похоже, не совсем смогла отвлечься от утренних событий. Было странное ощущение неприятия тесных пространств. К тому же, скоростные вагончики «Молнии» были комфортными. Так что со спокойной душой оставила автокар на парковке. К тому же, ещё не было случаев аварий с ними. Человек двадцать я уж могла спокойно перенести в течение двадцати минут поездки.

Нечем было себя занять. Читать в одном месте не могу. Бумажные книги – редкость, и их надо читать в более комфортном месте. А с электронными книгами я не дружу. Не та атмосфера. У меня с этим проблемы. Рекламные ролики, что круглосуточно крутили на визорах, были не интересны. Заезжены. А вот вид из окна никогда не надоедал.

Зелени в центре почти не было, кроме декоративных кустиков вдоль эстакад и улиц в самом низу. Климат и кислородная насыщенность поддерживались датчиками, которые чутко реагировали на загрязнение и снижение уровня оптимального кислорода в воздухе. Клининг-роботы «трудились» круглосуточно. Специальная серебристо-серая униформа выделяла их из общего фона, и они не смешивались с толпой.

Ничего интересного увидеть за стеклом я тоже не могла. Но величественная картина технического прогресса впечатляла. Уже было темно, поэтому радужные рекламы на высотках делали город похожим на огромного дракона с бриллиантовой чешуёй, улегшегося отдохнуть. В небе над ним иногда проносились, словно кометы, автокары спешащих куда-то высших. Меня они не волновали.

Мой район был более скромным. Разница чувствовалась сразу же, как только вагончик пересекал последнюю станцию из «Парадиза», части города для богатых. Такого перехода не ощущалось, когда ты пересекал эстакаду. Только что был на работе – и через несколько минут дома.