О вулканцах и людях (СИ) - "Harry Cantino" - Страница 12

– Тебе, наверно, интересно узнать, ознакомился ли я с содержимым того падда, который ты мне принес.

Изящная бровь предсказуемо изогнулась.

– Предполагаю, что ознакомились.

Кирк негромко хмыкнул.

– Ага. И по поводу отчета… в общем, я с ним согласен. Я подписал и уже отправил. И, эмм… спасибо.

Во взгляде старпома промелькнуло сдержанное удивление. Видимо, он ожидал несколько иной реакции. Как минимум, кучи возражений, обвинений в чрезмерном следовании правилам и праведного возмущения по поводу того, что ему, Кирку, не дают проявить инициативу и реализовать некий гениальный план. Вулканец медленно моргнул и спросил:

– Могу я узнать, за что вы меня благодарите, капитан?

– Ну, за то, что снова сделал за меня бумажную работу. Ты же знаешь, я ее терпеть не могу.

Спок молча смотрел на него; пауза затягивалась и угрожала стать неловкой. Джим сделал глоток безнадежно остывшего кофе и взъерошил короткие волосы на затылке.

– Черт, мой кофе остыл. Хотя этот реплицированный кофе все равно бурда по сравнению с настоящим. Но все же лучше, чем ничего.

Спок перевел взгляд на мутную коричневатую жидкость.

– У меня в каюте есть натуральные семена одного вулканского растения, которое на Новом Вулкане тоже научились выращивать. Из них готовят напиток, который, по словам многих терранцев, вкусом и ароматом напоминает земной кофе.

Джим оживился:

– Серьезно?

– Именно так. Их достаточно просто залить горячей водой, которую можно взять в репликаторе, и дать настояться. Если хотите, я могу дать вам эти семена и снабдить подробной инструкцией по приготовлению настоя. – Спок сделал короткую паузу и добавил, чуть понизив голос: – этот напиток нравился моей матери.

Джим вздрогнул. В этих простых словах едва заметно сквозила боль, тщательно подавляемая, но все еще не утихшая. Казалось, воспоминания о погибшей матери на несколько секунд сделали вулканца открытым и уязвимым, лишив привычной непробиваемой брони. И Кирку вдруг отчаянно захотелось прижать к себе эту упрямую темноволосую голову, прижать очень-очень крепко, гладить ее, перебирая пальцами короткие гладкие волосы, пока не исчезнет из шоколадно-карих глаз горьковатый оттенок печали. Он сам слегка испугался своего неожиданного порыва и, проглотив что-то неприятно-колючее, засевшее в горле, тихо сказал:

– Это… было бы здорово, Спок. Спасибо.

– Нелогично благодарить, особенно заранее. Возможно, вам этот напиток не покажется приемлемым.

– Я почему-то уверен, что он мне понравится.

После этих слов снова наступило молчание, но недолгое; у Кирка вертелся на языке вопрос, который, возможно, не стоило задавать, но Джим все же не удержался:

– Кстати, Спок, знаешь… я удивился, увидев тебя здесь. Не то, чтобы… то есть, я рад, конечно, но обычно ты не завтракаешь в столовой.

Джим сам не знал, какой ответ он хотел бы услышать, но уж точно не тот, который прозвучал:

– В моем репликаторе сбились настройки. Чай, который он реплицировал, обладал посторонним привкусом. Я не успел бы до начала альфа-смены перенастроить его, и счел целесообразным воспользоваться репликатором в столовой.

Что ж, очень логично. И очень по-вулкански. Джим молча кивнул, стараясь скрыть непонятно откуда взявшееся разочарование. Спок допил чай и встал.

– Капитан, до начала смены осталось двадцать две минуты, а я хотел бы успеть зайти в лабораторию и ознакомиться с результатами весьма важного эксперимента, который проводила группа биофизиков. Если я вам больше не нужен…

Джим зачем-то снова глотнул отвратительный холодный кофе, еще остававшийся у него в чашке.

– Да, конечно, Спок. Увидимся на мостике.

– С вашего позволения, капитан.

Оставшись в одиночестве, Кирк с кислой миной отправил остатки реплицированного напитка в утилизатор. Когда он вставал из-за стола, вращающийся стул развернулся; он повернул его обратно, но сделал это чуть резче, чем требовалось, заставив ни в чем не повинный предмет мебели сделать полтора совершенно ненужных оборота вокруг собственной оси; капитан бросил на него рассеянный взгляд и молча направился к выходу.

========== Глава VI, в которой человек сначала играет белыми, а потом черными ==========

Большую часть альфа-смены заняла отгрузка медикаментов для одной из новых колоний. Рабочие сновали туда-сюда, Скотти стоял за пультом транспортатора, а старпом занимался документами – всевозможными описями, справками и заключениями. Рутина. Совершенно непонятно, зачем плодить такое количество справок, содержание которых повторяется почти в точности, за исключением подписей. Кирк молча подписал все, что требовалось подписать, и в очередной раз мысленно поблагодарил судьбу за то, что старпом избавляет его от необходимости самостоятельно вникать в этот бюрократический кошмар.

После смены, прежде чем отправиться к себе, Кирк решил заглянуть в медотсек. Боунз был занят важным делом – осмотром молоденькой дельтанки из научного отдела, которая в данный конкретный момент напоминала скорее орионку – во всяком случае, цветом кожи. Она явно чувствовала себя неловко, постоянно ерзала на стуле и уверяла, что уже все в порядке. Видимо, ей казалось, что осмотр слегка затянулся.

– Милочка, расстройство желудка не случается на пустом месте, – вещал МакКой, водя над бедняжкой трикодером. Было очевидно, что у него некоторое время не было пациентов, и дельтанке не удастся легко отделаться, получив небольшую дозу гипоспрея и пару глубокомысленных советов. Доктору было скучно, и он намеревался провести полное и всестороннее обследование. Девушка, несмотря на несколько странный для ее расы оттенок кожи – судя по всему, вследствие упомянутого доктором расстройства – была весьма привлекательна. Кирк тихонько хмыкнул.

– Ладно, Боунз, не буду тебя отвлекать.

МакКой бросил на него короткий красноречивый взгляд.

– Хорошая идея, Джим. Как видишь, у меня пациентка.

– Вижу, вижу.

Кирк явно хотел добавить что-то еще, но благоразумно сдержался. Пожелав девушке скорейшего выздоровления и с поистине капитанской серьезностью кивнув Боунзу, он покинул медотсек и направился в свою каюту.

У дверей каюты его поджидал старпом.

Кирк притормозил. «Может, возникли какие-то проблемы с документами?» – пронеслось у него в голове. Руки старпома, как обычно, были сложены за спиной, а в руках, вполне возможно, был падд с какими-нибудь внеочередными неприятностями. Капитан нахмурился.

– Спок? Что-нибудь случилось?

– Я хотел доложить, что отгрузка медикаментов закончена, капитан.

– Надеюсь, никаких проблем не возникло?

– Нет. Все в порядке.

Кирк улыбнулся, подавив вздох облегчения.

– Отлично. Что-то еще?

Это казалось маловероятным, но Спок слегка замялся, прежде чем ответить.

– Да, я… утром я обещал вам напиток, напоминающий земной кофе. Я принес вам высушенные семена.

– О, а я и забыл. Спасибо.

Кирк постарался, чтобы его голос звучал небрежно. Небрежно и спокойно. Разумеется, он лукавил – он отлично помнил их утренний разговор, но как-то не ожидал, что старпом принесет ему обещанное в тот же день, да еще и сразу после смены. Усилием воли Джим безуспешно попытался вернуть в норму слегка ускорившийся пульс.

– Входи.

Дверь открылась, пропуская их в каюту. Спок, войдя, остановился прямо у порога и замер. Джим скользнул по нему взглядом и кивнул на стул:

– Да не стой, Спок. Застыл, как изваяние. Садись. Нам нужна какая-нибудь подходящая посуда… Слушай, а в этом заварить можно? – Кирк продемонстрировал мензурку, в которой МакКой пару недель назад принес ему жуткое контрабандное пойло.

Изваяние немедленно ожило и чопорно кивнуло.

– Да, это будет приемлемо.

– Отлично.

Спок опустился на предложенный стул, а Кирк поставил на стол две чашки и уселся напротив старпома. Он с интересом наблюдал, как Спок не спеша, словно на какой-то церемонии, насыпает в мензурку золотисто-коричневые семена, принесенные в аккуратном пакетике. Затем старпом залил их горячей водой из репликатора и чинно сложил руки на груди, ожидая результата. Его взгляд сосредоточенно следил за процессом, происходящим внутри мензурки. Видимо, он считал, что вулканский офицер, находясь в каюте капитана, должен смотреть исключительно прямо перед собой, подчеркнуто не интересуясь окружающей обстановкой.