Северное море (СИ) - Хокка Юлия - Страница 97

— Понятия не имею, мы… я спал. А что такое?

«Мы спали. Зачем одергивать себя, думаешь, я не заметила, что ты тут с девушкой?»

— В комнате в углу у окна сидит паук, хотела попросила снять его и выпустить на улицу. Самой не хочется.

— А Илья тебе зачем? — парень подошел еще ближе.

Сидя на корточках я продолжала собирать ягоды, избегая ветку с родственником моего восьмилапого соседа.

— Говорю же, самой неприятно, боюсь их.

— А кроме Ильи тут больше никого нет? — в голосе «принца» отчетливо звучало раздражение.

«Чего?»

Почему-то это раздражение меня разозлило. Он совсем уже?

— Тебя я боюсь просить, опасно для жизни.

— Почему это?

— Наверное, потому что твоя альфа-самка может мне глаза выцарапать?

Юлий отвернулся, посмотрев в сторону, но ничего не сказал и не ушел. Встав на ноги, я сунула ему миску:

— Отнеси, пожалуйста, на кухню, и выгони паука из комнаты, если не сложно. Только не убивай, ладно?

— Как тогда, в Финляндии? — уже гораздо более мягким и тихим голосом спросил парень, глядя мне в глаза.

— Как в Финляндии, — шепотом ответила я.

Снова ощущалось знакомое электричество, возникшее между нашими телами. От запаха ментола, сигарет и кофе закружилась голова, мы стояли слишком близко друг к другу.

— Хорошо.

Я отошла на шаг.

***

Снова вчетвером в одном месте мы оказались лишь часам к восьми, когда сели есть.

— Здесь есть пара настолок и карты, можно поиграть, — предложил Илья после ужина.

Это было слегка неожиданно, учитывая, что дровосек достаточно взрослый, и какой-то слишком серьезный. Всё время каменное лицо, спокойный, низкий голос, минимум эмоций, интроверсивная отстраненность. И настолки. Как?

— В покер, — хмыкнул Юлий.

«Какой же он красивый, о, Боже», — пронеслось в голове, и это мне совсем не понравилось. Вообще неуместное замечание.

— В правду или действие, — уверенно сказала Настя.

— Господи, Насть, сколько тебе лет? Что за детский сад? — Илья нахмурился и покачал головой.

— Мне двадцать четыре, Илюш. И это не детская игра, если играть по-взрослому.

— По-взрослому – это как? — поинтересовался зеленоглазый красавец, откинувшись на спинку стула.

«Я тебя поняла, Насть. Хочешь получить ответы на вопросы, замаскировав это игрой?»

— Интересный вопросы, честные ответы. Выпивка, — она вскинула тонкие бровки.

— А с действиями что? — подала голос я.

Настя вложила всю ненависть и презрение во взгляд, которым наградила меня в тот момент, и уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но её опередил Илья:

— Интересные, взрослые действия.

— Звучит пошло, — я наигранно скривилась.

— Откуда тебе знать, что такое пошлость? — чуть подавшись вперед, произнесла девушка, всё больше напоминающая мне змею.

— Хватит, Насть, ну что ты цепляешься к ней? — с ноткой раздражения сказал Юлий, но тут же положил руку ей на колено.

Змейка еще раз недобро на меня глянула, однако больше ничего не сказала, я тоже решила промолчать.

Естественно, в правду или действие играть мы все же не стали, как сказал Илья, это – детский сад, он предложил развести костер в старом мангале и посидеть за домом. Хоть на улице все еще было пасмурно и прохладно, дождь не шел, так что все согласились провести вечер на свежем воздухе. Пока дровосек искал в сарае дрова, шампуры для сосисок и, собственно, сам мангал, я отправилась с ребятами в дом, чтобы взять выпивку.

Юлий открыл холодильник и достал оттуда бутылку красного вина, которую передал Насте, после чего потянулся за пивом.

— Ник, ты что будешь? Пиво же вроде не любишь, вино подойдет? — спросил у меня парень.

— Спасибо, я не буду пить, дай, пожалуйста, что-нибудь безалкогольное.

— Она еще и не пьет? — фыркнула девушка.

Я проигнорировала этот выпад. Сначала Настя казалась более спокойной и адекватной, но после того, как она «с цепи сорвалась», моё отношение к этой мадам изменилось, а сочувствие и вовсе исчезло.

— Ник, а сидр легкий не хочешь?

Подумав пару секунд, я согласилась, парень протянул мне холодную стеклянную бутылку, а заодно и пачку сосисок, после чего мы втроем вышли на улицу. Меня каждый раз умиляло, еще с момента нашего знакомства, как Юлий всегда открывает двери домов и машин девушкам, пропускает вперед, подает руку и забирает тяжелое. Прям джентльмен.

Костер освещал небольшую полянку, дым от него отпугивал назойливых комаров. Поставив рядом с мангалом четыре пластиковые стула, похожие на те, что были на даче у Юлия, Илья двигал дрова палкой, равномернее распределяя огонь. При свете от костра его борода и волосы отливали золотом.

Юлий помог открыть сидр, и, возвращая бутылку, случайно дотронулся пальцем до моей руки, отчего сердце предательски ёкнуло. Опустившись на крайний стул, Настя сразу же сделала большой глоток вина прямо из горла, мне показалось, что это выглядело как-то неправильно и вульгарно: такую девушку было проще представить в облегающем красном платье, пьющей дорогое вино из бокала в ресторане, нежели глотающей его прямо из бутылки на улице. Юлий сел рядом с Настей и, зажав коленями жестяную банку пива, достал из кармана черной толстовки сигареты с зажигалкой.

На небе потихонечку загорались первые звезды, в кустах стрекотали сверчки. Было тихо, прям как на даче в деревне, только куски деревьев в мангале трещали, объятые оранжевым пламенем. Такая обстановка постоянно наталкивала на воспоминания вечеров, проведенных с зеленоглазым красавцем, два года назад. Будто это было вчера. Будто вчера Юлий оттащил от меня перепившего Итана, а потом провожал до дома. Будто вчера мы гуляли по дороге и разговаривали о Роме.

Я села между мужчинами и сделала глоток сидра: вкус оказался вполне приятным, алкоголь не сильно чувствовался. Почти что яблочный сок, только согревающий и с привкусом пива.

— Юлий? — обратилась я к «принцу».

— М? — он повернулся и мягко посмотрел прямо в глаза.

По коже будто пробежал холодок. Я все еще не привыкла к его обществу.

— На встрече с Михаилом тебе будет угрожать опасность?

Переведя взгляд на огонь, парень задумчиво произнес:

— Всегда есть какой-то риск, наверное. — В изумрудных глазах плясали яркие блики.

— А тебе до этого какое дело? — вновь влезла Настя.

«Да наденьте уже на нее намордник, достала».

— Насть, — одернул её Юлий.

— Слушай, Насть, сколько можно? Что ты ко мне цепляешься? Во-первых, я просто спросила. Во-вторых, я тоже за Юлия переживаю, он для меня не чужой человек. В-третьих, не твое дело, что я у него спрашиваю и для чего. Окей? — в моём голосе отчетливо звучало раздражение.

Её поведение начинало уже здорово выводить из себя.

— Это мое дело. Он – мой парень, ясно? — девушка заметно выделила фразу «мой парень».

— Надолго ли? — спокойно спросила я, глядя ей в глаза.

«Ой».

Лицо змейки исказилось злобой, еще секунда, и она либо наорала бы на меня, либо волосы вырвала, но вмешался Илья.

— Девочки, хватит. Юлий, поговорил бы с ними, что ли, что они бросаются друг на друга?

Мне не очень понравились эти слова, так как бросалась здесь только она.

— А что я им скажу? — Судя по взгляду, которым парень посмотрел на Илью, стало понятно, что был у этой фразы какой-то подтекст.

— Твоя беспомощность в двадцать семь лет иногда бесит, Бех. Все проблемы ты решаешь, со всем справляешься, но только не с такими вещами, — дровосек покачал головой.

Оставлять всё так было нельзя. Период и без того непростой, еще и эта гнетущая атмосфера…

— Насть, давай отойдем на пару слов, поговорим? — спокойно предложила я.

Вражды не хотелось, особенно учитывая, что непонятно, сколько времени нам предстояло провести вместе.

— Нет. Мне не о чем с тобой говорить, — сухо ответила она, закинув ногу на ногу.

— Хорошо, — я глубоко вдохнула, — тогда скажу при всех. Насть, я понимаю, почему ты испытываешь ко мне неприязнь, ты ревнуешь, я понимаю это…