Судьба вора (СИ) - Соломенный Илья - Страница 33

Всё это удалось отметить за пару секунд и, наконец, пришло понимание, где я нахожусь.

Выбраться из Лимба удалось уже давно, не сейчас. Это было всего лишь воспоминание, которое уже закончилось. Фух, какое же облегчение!

Я откинулся на подушку, и часто задышал. Мозаика моей памяти сложилась практически полностью, и теперь не хватало лишь последнего кусочка.

Только сейчас пришло осознание, насколько длинный путь я проделал. Всё, что случилось со мной до этого момента… Невероятно, сколь долгой была моя жизнь…

Каждый раз, открывая очередное воспоминание, каждый раз, восстанавливая частицу своей памяти, я изумлялся и удивлялся всё больше и больше, но…

Но не мог даже представить, как всё обернётся по итогу.

Теперь вся картинка стояла перед глазами. Ну… Почти вся. Недоступным остался лишь самый последний кусочек. И рассекретить его могла та, кто сейчас находился рядом со мной.

Я открыл глаза и пристально посмотрел на Марфу. Она не отвела взгляда.

— Кто ты?

— Ты ведь уже знаешь. Зачем спрашиваешь?

— Марфа, Алёна, Баба Яга, — прохрипел я слипшимися губами, — Неужели… Ты правда старуха из детских сказок? Самая старая колдунья на планете, как сказал мой друг-коротышка?

— Представь себе.

— А когда ты родилась? — влез в разговор Хайме.

— Это очень личный вопрос, малявка. Спрашивать подобное у девушки — неприлично, ясно?

— Да я просто…

— Помолчи, — отрезала Яга, вновь поворачиваясь ко мне, — Да, Кальн, ты всё верно понял. Можешь называть меня Ягой, если тебе так удобнее.

— Ты была там?.. В Эльдорадо?

Старуха не спешила, и я сказал:

— Ответь, прошу тебя!

Она вздохнула и отвела взгляд от моего лица.

— Да, я была там.

— И забрала Сердце?

— Да.

— Оно… Оно с тобой? Я слышал, как ты ответила Псу.

— Да.

Односложные ответы не проясняли ситуацию. Я и сам предполагал то, что Марфа сейчас подтверждала, но надеялся хоть на какие-то объяснения. Но их не было.

— Покажи мне его.

— Не могу.

Мы снова замолчали, и снова я не выдержал этой паузы. Стараясь держать себя в руках, несколько раз глубоко вдохнул и спросил:

— Почему?

— Это непростой вопрос, Кальн.

— Я знаю. И тем не менее — прошу ответить. Сердце принадлежит мне!

— Разве?

— Не нужно отвечать вопросом на вопрос. Я не понимаю, почему ты не можешь показать мне Сердце, но пока не прошу его отдать. Ты спасла мне жизнь, и я благодарен за это — но ответы на кое-какие вопросы тебе дать всё же придётся. Почему ты не можешь показать Сердце? Как ты проникла в Эльдорадо? Зачем тебе понадобилось Сердце? Как…

— Кальн, постой, — она мягко перебила меня, положив на лоб горячую ладонь, — Сейчас всё это несущественно.

— Несущественно?! — я едва сдержался, чтобы не взорваться отборной бранью, — Несущественно?! А вот я думаю, что как раз наоборот! Марфа, да я только ради этого Сердца оказался на Земле! Ты понятия не имеешь, через что мне довелось пройти, чтобы попасть сюда! Даже представить не можешь, это я тебе гарантирую! Самая старая колдунья на Земле? — я хрипло рассмеялся, — Если бы ты знала, насколько я тебя старше! Если бы знала, что я видел, где побывал и что сделал, чтобы сейчас оказаться здесь! Ваша планетка… — я задохнулся и не смог закончить фразу, и Марфа заботливо подала мне кружку с горячим отваром, которую нагрела круговым движением руки.

— Ты прав и не прав одновременно, Кальн. Видел же, что я тебе оставила в своём особняке? Та записка…

— «Лучшему вору десяти тысяч миров», — кивнул я, делая несколько обжигающих глотков, — Это порождает ещё больше вопросов! Откуда ты знаешь, кто я такой на самом деле? Как давно поняла что я — не Кирилл?

— Это сейчас тоже неважно, — она вновь покачала головой.

— А что тогда важно?! — вновь психанул я, жалея, что сил, для того чтобы взять старуху за шкирку и просто вытрясти из неё интересующую информацию, у меня сейчас нет.

Ответить она не успела. Деревянная дверь со скрипом распахнулась, и на пороге появился Григорий Печорский. Рослый оборотень на секунду замер, разглядывая нас, а затем, чуть пригнувшись, шагнул внутрь.

— Как ты, прыгун?

— Бывало и лучше, — скривился я, чувствуя неприятный вкус тления во рту. Что это за отвар такой дрянной?!

— Видимо, придётся ещё немного подпортить тебе настроение.

— Ты о Москве? Я уже слышал об этом.

— О Москве, да не совсем… — пробормотал Григорий, присаживаясь на хлипкий стул рядом с кроватью. Ненадёжный предмет мебели заскрипел под весом оборотня, но выдержал его, — Ситуация в столице изменилась.

— В какую сторону? — тут же вскинулась колдунья.

— В худшую, конечно же. Расползание реальности замедлилось, как и предполагалось, но…

— Не томи.

— Из Нави полезла разная мразь. В весьма немалом количестве. Поначалу это были единицы тварей, но вчера их полезло столько, что сдерживать удаётся с трудом. Разумовский не уверен, что Дети Перуна смогут справиться самостоятельно. Он просит помощи у всех кланов России и зарубежья.

В комнате на некоторое время повисло молчание. Лично мне сказать было нечего — я прекрасно понимал, что каяться и сожалеть поздно. Да и знание о том, что возможно, вся эта планета и галактика созданы мной же… Признаюсь честно, такое выбивает из колеи ничуть не хуже, чем надвигающийся апокалипсис. Поневоле начинаешь думать, а не должно ли идти так, как идёт?

— Кто уже откликнулся? — спросила Марфа.

— Малахитовые ящерицы, Амурские Тигры, несколько семей охотников на демонов из Японии. Розы и Шипы из Франции, Селяне Мары, Снежные волки и Болотный полк уже стягивают свои силы к столице. Остальные… Пока думают и выжидают. Каменщики вообще не отвечают.

— А простаки?

— С этими всё очень плохо. Последние три дня мир бурлит, как кипящий котёл. Масса простецов начала догадываться, что к чему. Не знаю, как, но некоторые из них, не последние в мире, получили доступ к слитой нашими же людьми информации. Первоначальные теории о пришельцах, аварии на адронном коллайдере и прочую бредятину тут же отмели. Теперь весь мир знает, что на Земле существуют маги. Часть простецов, конечно, этому не верит — развивают теории заговора и как обычно, пишут всякую ересь в Сети. Особенно те, кто живут далеко от Москвы. Но остальные… Они, видимо, умнее, умеют фильтровать информацию и проводить параллели…

— Что правительство?

— Президент обратился ко всем нациям с просьбой о помощи и поддержке, объявил, что только сейчас узнал о магическом сообществе. Разумеется, кому надо, сделали вид, что так и есть. Народ заверили, что, несмотря на столь необычные и невероятные обстоятельства, нужно сплотиться и дать отпор неведомому врагу. Что с магами будет налажено открытое и честное сотрудничество, но сейчас решается судьба всех живущих на Земле людей, и так далее, и тому подобное. Отличное выступление было, кстати, не поспоришь. Думаю, президент много кого убедил, в ораторском искусстве ему не откажешь.

— А другие страны?

— Европа в полном составе вооружается и стягивает войска к границам с Россией. Америка оборвала все дипломатические контакты. Китай, Япония и Азиатский блок, как ни удивительно, готовы поддержать нас и помочь всем, чем смогут.

— Охренеть, — только и произнёс я. Осознание того, во что вылилась моя «обманка», накрывало постепенно — но словно цунами. Неотвратимо.

— Теперь большая часть мира простецов знает о том, что магия существует. Этого достаточно, чтобы как следует раскачать лодку и вернуть средние века. Когда разрешится ситуация со столицей — неизвестно. Так что недовольных происходящим людей с каждым днём будет появляться всё больше, и больше, уверяю вас. Не думаю, что нам удастся вернуть всё в прежнее русло. Благодаря тебе, парень, — он повернулся ко мне.

— Мне жаль, Григорий, — я опустил взгляд, — Не хотел такого исхода, хотите верьте, хотите — нет.

— Да что уж теперь? — пожал тот плечами, — Может оно к лучшему, и нашему миру давно была нужна встряска? Я не собираюсь тебя осуждать, прыгун. Всё равно это ничего не изменит.