Между Сциллой и Харибдой (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 93

Вдруг, он решившись – резко останавливается и называет мне имя, услышав которое я действительно…

Чуть не «обос…рался»!

Васька-Кот, видя произведённое впечатление:

– Ну, давай – руки развязывай! Что встал?

Поведя носом, он:

– Никак, взавправду обделался… Бугагага!

«Однако, попадалово конкретное… Что делать то, будем?».

Побыв буквально пару минут в парализующем волю ступоре, я быстро пришёл в себя и, перехватив поудобней за другую ручку, довольно грубо – потащил того через кусты к виднеющимся деревьям:

– Планы меняются, Василий Сергеевич!

Тот, впадая в панику:

– Что удумал, то?

Показываю ему его пачку презервативов:

– Ничего плохого: надругаюсь над тобой – как семь гомов над Белоснежкой и, в лесу – на съеденье волкам брошу… Читал книжку про братьев Грим? Вот и про тебя тоже – что-нибудь, да обязательно напишут… В хронике происшествий и в виде некролога. Бугагага!

Тот было вопить и брыкаться, да я его «успокоив» его ударом по почкам и засовывая в рот кляп из элементов его же «парадного» прикида:

– Прикалываюсь, не мандражуй! Посидишь пока под деревом до выяснения обстоятельств. А там действительно – может и, вправду отпущу тебя восвояси.

Заботливо посадив задержанного на какую-то деревяшку – чтоб не простудил себе простату и не стал импотентом, надёжно привязав к нетолстому дереву – чтоб не сбёг и не совершил следующих тяжких правонарушений, тщательно проверив чтоб не было сильно туго – чтоб не омертвели конечности без притока крови, милосердно согнал несколько комариков с его лица – чтоб не выпили всю кровь досуха, я пообещал вскорости вернуться и поспешил на станцию.

Идя обратно, я тщательно вывернул карманы и выбросил всё найденное у Васьки-Кота – стараясь швырять как можно подальше. Кроме денег и презервативов, конечно. Его пистолет я на запчасти разобрать не смог и, чертыхнувшись – утопил целиком в первой попавшейся лужице, сперва вынув и выкинув в другую сторону обойму.

На станции, действительно – по мне уже успели «соскучиться»!

Бойцы, «упаковав» и рядком уложив под фонарём незадачливых нападавших, экипировались по всей форме и, теперь – стоя неподалёку от «пленных», шушукались – в каком географическом направлении высылать поисково-спасательную экспедицию для поиска и спасения пропавшего Заведующего «Школой подготовки и переподготовки»:

– …А я те говорю – он вон туда побёг и товарищ Заведующий за ним!

– Так там же – забор… ВО!!! Косая сажень – не меньше. Как же, так?!

– Так он и сиганул через забор – что твой кот после скипидара под хвост.

– И товарищ Заведующий?

– И товарищ Заведующий, ЗА НИМ!!! Иль не помните, как он в спортгородке…

Мда… Недаром следователи говорят: «Врёт как очевидец».

– А вот и они! Товарищ Заведующий!

Завидев, ко мне подбежал старший группы Варфоламеев и, перейдя на чёткий строевой – доложился по всей форме. Затем поинтересовался, пристально выглядывая темень за моей спиной:

– Догнали того «шустрого», товарищ Заведующий?

Можно подумать – по моей кислой роже и, так не всё ясно!

Пересчитав по головам задержанных и, удовлетворённо кивнув – все как один здесь, нарочито фальшивлю:

– Ага, догонишь его… Чисто генно-модифицированный эфиопский страус Нанду! Как взял с места в карьер – так и ушёл намётом в сторону китайской границы. Ищи-держи его теперь где-нибудь в Синьцзяне – среди полевых бандформирований членов группировки «ИГИЛ»…

Показываю, подняв ноги:

– Только даром носки до дыр сносил и в каком-дерьме извалял!

Один из «упакованных», в коем мною был признан Фагот, завошкался и злобно прошипел:

– Ага, «ушёл»… Что ты нам свистишь, мусор?! Устроили нам тут спектаклю с дырявыми носками… Сдал, сука! Продал, тварь – я ему никогда не верил!

Варфоломеев строго прикрикнул:

– Ну-ка, ты! Рот закрыл – пока носками товарища Заведующего, его не заткнул!

Командую строго:

– Задержанных не бить – мы не царские жандармы! Поднять их на ноги и прислонить лбами к ближайшей стенке…

Кто-то из задержанных охнул, кто-то – помянув Господа стал молиться, а кто-то – заскулил по-щенячьи.

Поняв, что упорол бестактность, я поправился:

– …Чтоб эти незадачливые налётчики – не простудились до приезда оперативных работников, на холодной земле валяясь. На лесоповале, куда они отправятся после суда – нужны здоровые работники!

Направляясь в тот клоповник чтоб поменять носки и обуть свои берцы, отдаю распоряжения:

– Варфоломеев, возьми с собой двоих, найди и задержи Начальника станции – пока тот тоже куда-нибудь в Канаду не сбежал. Я же пока позвоню от диспетчера в губернский отдел НКВД и сообщу об происшествии.

Не прошло после моего звонка и часа, как где-то на горизонте показался свет автомобильных фар и, вскоре обогнув станционное здание – на перрон осторожно въехала и остановилась легковушка. Кстати тот самый, один из двух «Бразье» – имеющихся в Нижнем Новгороде на момент моего «попадалова».

Из «француза» выходят трое и направляются к нам.

Приглядываюсь внимательно при недостаточной освещённости… Вот они попадают в полосу наибольшей освещённости газового фонаря… Впереди – человек в кожаной куртке и шапке-кубанке.

Опережая подбежав и подняся руку к форменному кепи, сперва представляюсь:

– Заведующий «Школой подготовки и переподготовки рядового и комсостава транспортной и ведомственной милиции» Свешников.

Человек в кубанке, небрежно козырнув в ответ:

– Начальник губернского управления НКВД Погребинский…

Да, это он!

Мы с ним достаточно хорошо знакомы, причём – я узнал про него…

Ещё задолго после его смерти!

В Советском Союзе тех лет, проводилась «чистка за чисткой». «Чистили», с целью удаления «враждебного, негодного, примазавшегося элемента» – всех и вся: коммунистическую партию целиком и по первичным ячейкам, армию и флот, педагогические коллективы, учащихся школ и студентов и, естественно – не забывали про правоохранительные органы.

Последняя массовая «чистка» милиции была в 1922 году. Следующая – начнётся в этом году и продолжится до следующего.

Однако, в связи с моей попаданческой деятельностью – появились и некоторые нюансы!

После прошлогодней операции «Хулиганов нет», среди Нижегородского НКВД – прошла «локальная» чистка от «темных личностей» и «классово чуждых» элементов. Сперва сократившись как бы не на треть, а затем в течении полугода восстановившись численно – губернская милиция стала ещё более соответствующей своему «рабоче-крестьянскому» названию. На её руководящие должности выдвигались коммунисты – а, руководить был поставлен «варяг».

Рисунок 26. Погребинский М.С..

С превеликим удивлением, я узнал что этим «варягом» был Матвей Самойлович Погребинский[35]. По нему, у меня имеется довольно подробная инфа – ибо он должен быть героем моего следующего попаданческого произведения. Я знал, что он дружил с Максимом Горьким – назвавшим его «ликвидатором беспризорности» и, был человеком Генриха Ягоды…

Да, да – «того самого»!

Когда в 1937 году «крышу» доведут до цугундера – «человек в кубанке» застрелиться.

По моему представлению, Погребинский был достаточно интересным и предприимчивым человеком и, я даже рассчитывал – что Матвея Самойловича назначат Заведующим Ульяновской «Воспитательно-трудовой колонией» (ВТК) для несовершеннолетних…

Но из Центра нам прислали Макаренко.