В поисках короля (СИ) - Максимова Адриана - Страница 34

— Я тоже очень рад видеть тебя, любовь моя! — Лейф рассмеялся и чуть ослабил хватку. Их взгляды встретились и Кордии показалось, что время остановилось. Она снова тонула в его глазах и, любовь, которую она чувствовала к нему, была готова вырваться жаркой лавой наружу. Но боль, которую он причинил ей, мгновенно остудила неуправляемое пламя. Она дернулась, освобождаясь от его тисков и потерла запястье, на котором выступили багровые пятна.

— Правда? Ты обманул меня, — сжимая кулаки, повысила голос Кордия. — Заставил думать, что ты умер! Я переживала, чуть с ума не сошла от горя!

— Но, судя по всему, все обошлось, — окинув ее взглядом, сказал Лейф.

— Зачем ты инсценировал свою смерть?

— Пойми, я поступил так ради нас. Не хотел, чтобы из-за меня тебя преследовали. Только так можно было заставить этих людей дать нам шанс выжить, — беря ее за плечи, вкрадчиво проговорил Лейф. — Я думал о тебе каждый день, но я не мог поступить иначе. Я приезжал в Карлию, видел, как ты работала в лавке, как гуляла с чужими детьми. Как тренировалась с Наной магии, вы это делали каждый лунный день семерки. Каждый раз я мечтал об одном — подойти к тебе, сказать, как сильно я скучаю. Но я хотел, чтобы ты жила без тяжести прошлого, я и так причинил тебе много боли.

— Ты мог дать мне знать, что, жив! — крикнула Кордия и к горлу подкатил ком. Она вспомнила о ночах, проведенных в молитве о его душе, отчаянье, причинявшее физическую боль, разрушенные дома, которые уже никогда не наполнятся радостным смехом.

— Нет! Они следили за тобой, и сразу бы все поняли! — повысил голос Лейф и хорошенько встряхнул ее. — Это был единственный выход, я не мог рисковать! Я люблю тебя и все, о чем я думал — это твоя безопасность. Эти люди бы издевались над тобой и мне пришлось бы прийти тебя спасать. Я бы никогда не позволил никому обидеть тебя.

Лейф привлек Кордию к себе и поцеловал. Она попыталась сопротивляться, но уже через мгновение его губы подчинили ее. Ей хотелось верить Лейфу, чтобы каждое его слово оказалось правдой. Тогда бы она нашла в себе силы смириться с пережитой болью. Она чувствовала, как его руки скользят по ее телу, сминая тонкую ткань платья. Его желание обжигало ее, заставляя забыться, отдать ему контроль над собой.

— Лейф, нет… — пробормотала Кордия, увернувшись от поцелуя. — Не надо.

— Ты не понимаешь, о чем просишь, — не обращая внимания на ее сопротивление, горячо прошептал Лейф. Его губы скользнули по ее шее, обжигая кожу.

— Хватит! — крикнула Кордия, стараясь вырваться из его объятий. — Или ты думаешь пара слов о любви может исправить все, что случилось? Даже если ты сказал правду, разве это отменит то горе, которое я пережила?

— Но ведь я снова здесь… — зарываясь пальцами в ее волосы, страстно проговорил Лейф. — Мы можем объединится, чтобы стать свободными и счастливыми. Или ты думаешь, судьба случайно свела нас вместе? Ты нужна мне, и я знаю, что нужен тебе, иначе бы тебя здесь не было.

— Я пришла поговорить о делах, — сказала Кордия. Лейф обреченно вздохнул и отпустил ее. Ей стало холодно, и она плотнее закуталась в шаль. — Герцог спрашивал обо мне?

— Нет, после того как тебя унесли, я его не видел. Да и с чего бы?

— Он знает, что мы знакомы, — сказала Кордия и Лейф удивленно посмотрел на нее. — И задавал вопросы.

— Проклятый чародей! Это он во всем виноват! Ненавижу его! — стукнув кулаком по столу, со злостью сказал Лейф.

— Герцог не должен знать, как мы познакомились, — сказала Кордия. — И о моем прошлом тоже.

Лейф непонимающе посмотрел на нее.

— Я думал, что ты… — он развел руками, словно пытаясь нащупать в воздухе подходящие слова. — Ты здесь официально.

— Нет. Никто не знает, кто я на самом деле и не должен узнать, — понизив голос, сказала Кордия. Она заметила, как магический ошейник плотнее стянул ему горло. Он потер рукой шею и отвернулся.

— Тогда как ты здесь оказалась?

— Позже я расскажу тебе, сейчас выполни мою просьбу — сохрани мой секрет! — взволнованно проговорила Кордия. Лейф ничего не ответил. Запустил пальцы в волосы и медленно провел по ним. Он выглядел задумчивым и отрешенным, но Кордия знала — он просто тянет время, чтобы заставить ее нервничать. Она смотрела, как он медленно подошел к окну и оперся локтями на подоконник.

— Я буду молчать о твоем прошлом, если ты убьешь чародея, — после продолжительной паузы, сказал Лейф. Обернулся и посмотрел на девушку. — Согласна?

— Что?!

— Мне нужна его смерть. Я стану свободен от оков, которыми он меня наградил. А это значит, смогу защитить нас, — сказал Лейф и в его голосе прозвучали надменные нотки. — Это нужно нам, любимая. Мы через столько прошли… Еще один рывок и сможем обрести счастье!

— Я… Я не могу, — делая шаг назад, пробормотала Кордия. Она была так потрясена его словами, что не заметила, как он приблизился и взял ее за плечи.

— Сделай это. Ради меня, ради нас, — глядя ей в глаза, вкрадчиво проговорил Лейф. — Убей Мариана. Клянусь, я возьму этот грех на себя, но стань моими руками, моей волей. Дай нам эту возможность на новую жизнь.

Кордия с силой закусила губу и ощутила привкус крови. Нервно сглотнув, она попыталась представить себе, как убивает чародея, но не смогла. У нее рука не поднимется. Да он поймет все, только взглянув на нее!

— О чем ты сейчас говоришь? — пробормотала Кордия.

— Дамьян мертв, — с уверенностью проговорил Лейф. — Иначе зачем здесь я? О том, что короля подменили знают самые приближенные. И если их устранить, то я буду править Аталаксией и никому даже в голову не придет мысль о подмене. Я займу трон, и ты станешь моей королевой.

Кордия с недоверием посмотрела на Лейфа. Ей нужно было время, чтобы осмыслить все, что она сейчас услышала.

— Если ты откажешься мне помочь, эти люди просто убьют меня, — видя ее смятение продолжил Лейф. — Ты ведь не хочешь моей смерти, правда? Будь другой выход, я б никогда не стал просить тебя о таком. Но сейчас ты — моя единственная надежда.

— Лейф, я…

— Тихо! — оборвал ее Лейф и закрыл ей рот рукой. — Кто-то идет!

Он толкнул Кордию к шкафу и рванув дверцу на себя, затолкал девушку внутрь. Не успев опомниться, она уже стояла в полной темноте и вдыхала запах тканей, пропитанных духами и потом. У нее заюлило в носу, и чтобы не чихнуть, она зажала его двумя пальцами. Раздался звук открываемой двери и послышались знакомые шаги. Герцог. Дыша через раз, Кордия начала вслушиваться в разговор между мужчинами.

Глава 16. Дор

Дор медленно раздевался, глядя на наполненную водой ванну. У него были пару часов, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Завтра предстоял тяжелый день — король ехал на День Благодарности. Улицы, по которым должен проехать его картеж уже сто раз проверились, всюду выставлены стражи, переодетые в штатское. Герцог ждал покушения. Он нутром чуял, что оно произойдет. И то, каким к нему вернулся его лазутчик, эту мысль подтверждало. Несмотря на то, что мятежи начались несколько месяцев назад, о том, кто за ними стоит все еще было неизвестно. Но в том, что это богатые люди, сомнений не было. У мятежников было оружие и ко всему прочему они были неплохо обучены военному делу, а значит, на подготовку было время. Вывод напрашивался один — кто-то, прикрываясь мятежом, хочет совершить переворот и захватить власть. Но имя этого человека, а может быть и группы людей, оставалось тайной. Словно всем, с кем он соприкасался, стирали память. Иначе как объяснить, что ни пытки, ни приговоры не смогли выбить из мятежников сведений?

Дор забрался в ванную, и вода противно зашипела. Даже ей было больно от его присутствия. Он знал, что когда встанет, то вода станет серой, словно вытянула из него часть тьмы. Закрыл глаза и постарался расслабиться. Даже позволил себе поспать полчаса. А когда открыл глаза и уставился в потолок, на котором дрожали тени от огней свечей, тут же подумал о пропавшем короле. За те дни, что прошли с момента его исчезновения, он прочитал всю его переписку. Узнал то, о чем бы никогда не хотел знать — слабости и мечты Его Величества, от которых ему стало неприятно. В частности, о его отношении лично к нему. Дамьян его боялся и ненавидел. Словно он, забравшись в чужой сад за спелыми яблоками, случайно оказался в нужнике, где очень долго не убирались и даже сбежав оттуда, не мог избавиться от запаха, что казалось, проник ему под кожу. Интересно, Мариан чувствует себя так же, заглядывая в память незнакомых ему людей? Ему не хотелось осуждать короля, у него не было на это права, но осадок горечи не уходил. Он думал о том, как будет смотреть ему в глаза, если Дамьян вернется. Сможет ли остаться беспристрастным, как требует его положение? В его письмах он надеялся найти зацепки, что король сам решил исчезнуть. В последние недели он был печален, его не радовала женитьба на принцессе.