Поцелуй змея (ЛП) - Харрисон Теа - Страница 55

— О. Мой. Бог. — произнесла она.

— Прошу прощения, — проговорил Рун, — нужно было надеть рубашку.

— Ни за что, — выдохнула девушка. Ее взгляд, словно под действием силы тяжести, опустился вниз и остался прикованным к линии пояса его джинсов.

— Чем могу помочь? — нетерпеливо спросил Рун.

— Всем, чем захотите, — ответила она сдавленным шепотом. Затем ее взгляд скользнул к его лицу, и ее щеки вспыхнули, как маков цвет. — О Боже мой, я прошу прощения. Не говорите никому, что я только что сказала, хорошо? Я могу потерять работу.

— Не скажу, — улыбнулся он ей, несмотря на свои собственные эмоции. — Но хотел бы поинтересоваться, зачем Вы здесь?

— Меня послал помощник управляющего, господин Роулинг, чтобы предупредить Вас и Советника Северан о прибытии в отель группы репортеров. Сейчас он разбирается с ними внизу и просил сообщить, что если Вы желаете покинуть отель незаметно, то нужно лишь позвонить. Для Вас и Советника будет организован доступ к одному из служебных входов.

— Поблагодарите его за нас, — он подчеркнул это «нас», и заметил, как девушка поникла, — мы позвоним перед выходом, если понадобится, — что вряд ли. На то была одна из причин, почему он забронировал люкс с балконом. Так он автоматически получал свой персональный выход. Учитывая ограниченное пространство для взлета и посадки, приходилось проявлять некоторое мастерство, но ничего такого выдающегося, что выходило бы за рамки его возможностей.

— Да, сэр.

Закрыв дверь, он повернулся к ней спиной и бегло окинул взглядом номер. Две спальни, две ванные комнаты. Нет необходимости ждать, когда Карлинг закончит свой моцион, чтобы принять душ самому.

Но все же было любопытно, зачем ей понадобился этот нож.

— Как ты там? — повысив голос, крикнул он ей.

— Буду готова через пару минут, — отозвалась Карлинг.

***

Она успела заметить, что выбранная ею спальня оформлена элегантно, в том же стиле, что и гостиная. В комнате также стояла ваза со свежесрезанными цветами, кровать была застелена французским бельем, а еще одна пара французских дверей вела на балкон с кованым парапетом. Отделанная мрамором ванная не уступала размером и роскошью остальному интерьеру номера.

Карлинг смотрела на свое отражение в зеркале. Она уже наполовину обстригла копну своих волос. Сначала понежилась в горячем душе, воспользовавшись дармовым гостиничным шампунем. Потом вытерлась полотенцем. И в этот момент заметила в зеркале мокрую спутанную массу длинных волос, распластавшихся по ее спине, затем посмотрела в глаза своему отражению, осознав, что расчески в ближайшее время ей не светит. И тогда решительно потянулась за ножом.

Не имея ножниц в распоряжении, она могла лишь криво обкромсать пряди, поэтому решила попробовать себя в образе дерзкого пацана-подростка с хипповой прической и даже изобразила подходящее выражение лица. Но все же оставила запас длины, чтобы позже, при желании, стрижку можно было подровнять. Быстро закончив, она взбила влажные гладкие пряди и оценила результат.

Из зеркала на нее смотрела незнакомка. Ее короткие, неровно обрезанные волосы подчеркивали высокие скулы, полные губы и изящный подбородок, одновременно делая огромными миндалевидные темные глаза. Она столько лет носила тяжелую копну волос до пояса, что теперь шея ощущала необыкновенную легкость, даже голова немного кружилась.

Сойдет. От зрелища оставшихся на мраморном полу волос болезненно сжалось сердце, но чувство свободы оказалось куда соблазнительнее. Улыбнувшись, она скользнула в гостиничный халат и вышла в гостиную.

Рун ошеломленно уставился на нее.

— Охренеть, ты не могла… — пробормотал он, потирая шею. — Ты выглядишь офигенно, но твои роскошные волосы…

— Настало время перемен, — ответила она. Да и какая разница, с волосами или без, она все равно скоро умрет, так что почему бы не насладиться чувством свободы, пока у нее есть такая возможность. — Кто приходил?

— Сотрудник отеля. Репортеры начали стекаться.

— Ну как же без них, — она внимательно посмотрела на него. — Ты все еще не принял душ.

— Улаживал дела, — Рун вытащил кожаную косметичку из сумки, и быстро поцеловал Карлинг в щеку. — Просто охренительно красиво, но твою ж мать. Я буду скучать по твоим волосам. Дай мне пять минут. Не вызывай без меня Джинна, хорошо?

Ощутив внутри тепло, которое не имело ничего общего с физическим состоянием, Карлинг легко коснулась его подбородка в мимолетной ласке.

— Хорошо.

Когда он ушел, Карлинг подобрала то, что осталось от кафтана, и огляделась в поисках корзины для мусора. Не так-то просто оказалось обнаружить ее под столом. Вытащив ведро, чтобы закинуть в него кафтан, Карлинг заметила на дне лоскут потрепанной ткани. Любопытство взяло верх, она достала тряпку и развернула ее.

В руках у нее оказалась футболка Руна с изображением того волосатого мужика. Как же его звали? Джерри Гарсиа. Рун выбросил свою любимую футболку, пока Карлинг не видела. И похоже, сделал это только что, пока она была в ванной.

Как вам это нравится, а?

Одной рукой Карлинг закинула свой кафтан в мусорку, а другую, в которой была футболка Руна, прижала к губам. Закрыла глаза, зарывшись лицом в ткань. Та пахла его особенным мужским ароматом. Карлинг несколько раз глубоко втянула воздух. Изношенный хлопок мягко касался ее щеки. Затем она аккуратно сложила футболку и спрятала на самое дно своей кожаной сумки.

Рун держал свое слово. Когда он вновь присоединился к ней, Карлинг, распахнув двери балкона, задумчиво блуждала взглядом по характерному пейзажу Сан-Франциско.

Он сменил окровавленные джинсы на другие, которые, впрочем, тоже не отличались чистотой. И похоже, решил, что рубашка и обувь ему ни к чему, потому что стоял перед Карлинг босой и с голым торсом. Все еще влажная поросль волос на его груди была чуть темнее загорелой кожи. Мокрые волосы гладко лежали на идеально очерченном крепком затылке. А от едва уловимого мужского аромата, смешанного с запахом чистоты, у Карлинг резко ослабли колени.

В ней ожесточенно боролись гордость и животное желание. Но в самом деле, на кой черт ей эта гордость, когда через несколько недель она будет мертвее мертвых?

И даже с этой мыслью оказалось невероятно трудно сделать то, что ей хотелось больше всего. Она было дернулась вперед, но наткнулась на стену. Путь преградил беспричинный страх. Ей пришлось буквально пробиваться навстречу Руну. Но едва она опустила голову ему на плечо, прижавшись к горячей груди, его руки уже крепко обнимали ее.

Вот и все, чего ей хотелось. Всего лишь его обнимающие руки, ее голова на его плече, но как же трудно оказалось преодолеть этот путь! Было ли что-то труднее в ее жизни?

Рун прижался щекой к ее макушке. Неровная стрижка творила поразительные вещи, придавая ее лицу какой-то пикантной остроты. Но странный всплеск страха в ее глазах перед тем, как она подошла к нему, задел за живое, пронзил до тех глубин, куда уже и так намертво вошел этот чертов крюк.

Я так испугана, сказала она ему тогда, на острове. Трудно даже представить, каково это — встретиться лицом к лицу со своей возможной смертью. Но мысль о смерти Карлинг… Не укладывалось в голове. Разум просто не мог этого переварить.

— Рун, — прошептала она.

До него дошло, что он слишком крепко сжал Карлинг в объятиях, усилием воли он расслабил руки.

— Прости, — прочистив горло, хрипло произнес Рун.

— С тобой все в порядке?

Он не ответил ей прямо, главным образом потому, что и сам не знал, в порядке ли он.

— Ты должна вызвать Джинна. Нам нужно, чтобы он нашел нож.

— Да, конечно, нужно, — она выпрямилась, и взлохматила руками короткие волосы.

***

Она выглядела такой растрепанной, и почему-то это было так очаровательно, что Рун, выдохнув сквозь зубы, быстро отвернулся. Его руки дрожали. Как какой-то наркоман в нетерпеливом предвкушении новой дозы. Пытаясь совладать с эмоциями, которые метались, подобно дикому жеребцу, впервые взятому под уздцы, Рун отвлекся и не уловил шепота Карлинг, но все равно почувствовал, как ее Сила выплеснулась мощным потоком, словно изящный луч с лазерным прицелом.