Убийство от-кутюр. Кто подарил ей смерть? - Мойес Патрисия - Страница 110

— Нет, не стоит беспокоиться, благодарю вас, — быстро ответил Генри и подхватил Эмми под руку. — Пойдем, дорогая.

Но повел он ее — к большому ее удивлению — не на улицу, а в глубину вестибюля, где они устроились за уютным столиком. Рядом возвышалась мраморная фигура Крийона. Надпись на ее постаменте подтверждала скромный вклад героя в историю страны. Слова были взяты из письма Генриха IV Бурбона: «Бравый Крийон, мы сражались при Арке, и ты нас не оставил…» И вот теперь некоторые из потомков тех, кто не имел никакого отношения к битве при Арке, в основном богатые горожане обоего пола и многих национальностей, которым выпало несколько свободных минут, наслаждались здесь изумительным кофе «с подачи» Крийона. Генри, стараясь не думать о том, во сколько ему все это обойдется, заказал целый кофейник.

Когда официант удалился, Эмми спросила:

— Ты думаешь, Дэффи здесь?

— Я в этом уверен!

— Но к телефону могла подойти и служанка!

— Скорее всего так и было, — согласился Генри. — Вот почему разговор длился так долго. Служанка отправилась к Дэффи, чтобы спросить у хозяйки, будет ли та разговаривать. Если бы Дэффи не было в номере, трубку либо не сняли бы вовсе, либо сразу ответили бы, что ее нет. Скорее всего для одних Дэффи дома, для других ее нет. Мы относимся к разряду «другие».

— Значит, ты хочешь подкараулить ее здесь? — вяло поинтересовалась Эмми.

— Если она выйдет из номера, то спустится сюда либо вон по той лестнице, либо в одном из лифтов. Поэтому спокойно пей кофе и не забывай посматривать, не появится ли наша особа.

В течение десяти минут ничего особенного не происходило — большая гостиница буднично жила своей жизнью, как и в любое другое утро, — но вскоре Эмми обратила внимание на молодого мужчину, который только что зашел в гостиницу через вращающуюся входную дверь. Темноволосый, смуглый, удивительно красивый. Кого-то он сразу же ей напомнил. По его поведению можно было безошибочно утверждать, что он кого-то здесь ищет. Он обшарил глазами столики кафетерия, но среди посетителей так и не нашел того, кто был ему нужен. Мужчина нетерпеливо взглянул на часы и присел за столик у лестницы.

Эмми нагнулась к Генри и негромко произнесла:

— Только не оглядывайся. Мне кажется, молодой человек у тебя за спиной и есть тот самый Уоррен Суошгеймер. Во всяком случае, внешне он очень похож на Чака. Если это он, значит, он ждет тут Дэффи.

— Уже не ждет, — отозвался Генри.

— Что?.. — не поняла Эмми. Но Генри успел встать с места. Поднялся и молодой темноволосый мужчина. Эмми оглянулась через плечо — из лифта вышла Дэффодил Суошгеймер. Она выглядела на удивление хорошо, однако было заметно, что она чем-то расстроена и даже раздражена. Незнакомец и Генри — оба устремились к лифту, но Генри оказался проворней и первым воскликнул:

— Ах, это вы, миссис Суошгеймер! Я так надеялся увидеться с вами…

Молодой человек был более краток:

— Дэффи!

Дэффи одарила старшего инспектора таким взглядом, что сразу стало понятно: она не разделяла его надежд. Но женщина оказалась в ловушке. Головы посетителей кафе начали поворачиваться в их сторону, а скандала в гостинице Дэффодил хотела меньше всего — ведь об этом маленьком инциденте мог узнать Чак. Она заставила себя холодно улыбнуться:

— Мистер Тиббет, какая неожиданность!

— Дэффи! — нетерпеливо вступил молодой человек.

— Позвольте представить вас, — недовольно поморщилась Дэффи. — Уоррен Суошгеймер, мой… пасынок. А это старший инспектор Скотленд-Ярда мистер Тиббет.

— Из Скотленд-Ярда, — эхом повторил побледневший Уоррен.

— Помнишь, я говорила тебе, что познакомилась со старшим инспектором в Англии? — И Дэффодил снова послала улыбку Генри. — Мне очень приятно опять видеть вас. А теперь, боюсь, нам с Уорреном нужно срочно…

— Мы с Эмми были бы очень рады, — твердо произнес Генри, — если бы вы присоединились к нам и выпили что-нибудь.

— Простите, но это невозможно, — так же решительно проговорила Дэффодил.

— Тем не менее я вынужден настаивать, — не отступал Генри. — Можно это сделать и в каком-нибудь другом месте, ибо скоро сюда, по-видимому, зайдет перекусить мистер Суошгеймер.

Дэффодил колебалась. Было видно, что она не может определить, имеет ли право ослушаться. Наконец она приняла решение:

— Хорошо. У нас есть несколько свободных минут.

— Вот и отлично, — усмехнулся Генри. — Я расплачусь по счету и захвачу Эмми.

Через десять минут все четверо уже сидели в более скромном местечке за несколько кварталов от «Крийона» и наслаждались аперитивами. Просторное кафе было переполнено, так что можно было спокойно разговаривать и не бояться быть кем-либо подслушанным. Дождавшись, пока официант отойдет, Генри заговорил:

— Простите, что все так получилось, миссис Суошгеймер, но тут ничего не поделаешь. Наверное, вы знаете, что я веду расследование смерти вашей матери и попытку убийства мисс Ундервуд-Трип.

— Что?! — Вся усталость и вся тоска тут же слетели с лица Дэффодил.

— Я со временем все объясню. А теперь я хотел бы сообщить вам, что мне ровным счетом наплевать на вашу личную жизнь. Мне все равно, как вы ею распоряжаетесь.

— Но я в самом деле… — начала было Дэффи с оттенком негодования в голосе, но Генри остановил ее.

— Не будем терять время. Вы сами не соблюдали достаточную осторожность. Гостиница «Белгрейв-Тауэрс», например…

Возмущенная Дэффодил повернулась к Эмми:

— Если вы рассказали…

— Я никому ничего не рассказывала.

— Однако ваш муж очень хорошо информирован.

— Зато ваш ни о чем не догадывается, — успокоила ее Эмми. — Я должна была кое-что сказать Генри, иначе он мог позвонить Чаку в «Белгрейв-Тауэрс».

— Я поняла, — сникла Дэффодил и повернулась к Генри: — Так что вы говорили?

— Я хотел сказать, ваша частная жизнь — это ваше личное дело. Однако обстоятельства сложились таким образом, что у вас появился достаточно серьезный мотив желать поскорей получить наследство. Я имею в виду деньги вашего отца.

— И что вы под этим подразумеваете?

— Ничего. Я просто констатирую факты и задаю вопросы. Простите, если порой они звучат грубовато и даже дерзко. Во-первых, скажите, собираетесь ли вы разводиться с мужем, чтобы потом выйти замуж за его сына?

— Дэффи, — подал голос Уоррен. Кажется, кроме этого слова он ничего не собирался произносить, и его вклад в общую беседу по-прежнему оставался минимальным.

— Помолчи, Уоррен, — отрезала Дэффодил. — Да, как только деньги поступят на мой банковский счет, — ответила она Генри.

— А что бы вы делали, если бы ваша матушка прожила, скажем, с десяток-другой лет?

Дэффодил пристально посмотрела инспектору в глаза:

— Но такой вопрос не встает, верно? Мама умерла.

— И все же я требую ответа.

Наконец к Уоррену Суошгеймеру вернулся дар речи. Он нервно произнес:

— Дэффи и я поженились бы в любом случае. И деньги тут ни при чем.

Генри удивленно приподнял брови и повернулся к Дэффи:

— Это действительно так?

— Я же не совсем нищий, и вам это хорошо известно, — добавил Уоррен. — Я управляю всеми европейскими филиалами бизнеса.

— Бизнеса вашего отца, — уточнил Генри. — Вы же не думаете, что он оставит вас на этом посту, после того как…

— Я найду себе другое место. И деньги тут не имеют никакого значения — вот что я могу вам сказать. — Очевидно, Уоррен не на шутку струхнул.

— В таком случае к чему такая конспирация? И зачем миссис Суошгеймер ждать, когда деньги будут перечислены на ее счет? — пошел в наступление Генри.

Дэффи и Уоррен быстро переглянулись, затем она неопределенно пожала плечами и заявила:

— Поскольку мама умерла, по-моему, было бы логично немного выждать, пока ее последняя воля будет исполнена, и уж потом…

— Понятно, — кивнул Генри. — Тогда другой вопрос. Когда вы узнали о том, что ваша мать болела туберкулезом во время войны?

— Чем она болела?! — Либо Дэффодил родилась превосходной актрисой, либо ее удивление действительно было искренним. — Не говорите глупостей. Мама всегда здорова… была здорова… То есть, я хотела сказать, она никогда и ничем не болела.