Синдром отмены (СИ) - Ронис Александра - Страница 44

Аня взглянула на часы, миниатюрные часики на своем запястье, — пора к Калинину, он, наверное, уже обзвонился. Ввиду того, что телефон опять лежал под замком в супермаркете возле дома, она просто скажет, что на курсах их заставляют отключать мобильники. Даже если и не поверит, ей все равно. Хотя лучше бы он поверил, как и в то, что она научилась делать новый коктейль.

Едва Аня взяла телефон в руки, как на дисплее тут же высветился звонок от Калинина. Но прежде, чем ответить, она быстро взглянула на то, сколько пропущенных вызовов было и с какого времени. Как выяснилось, вспомнил о ней майор всего-то десять минут назад, а значит, и особенно выдумывать ничего не придется.

— О, привет! Я здесь, в супермаркете, рядом с домом. Здесь так шумно, что еле услышала звонок, — беззаботно прощебетала она, ощутив напряженные нотки в голосе Калинина. — Продукты на ужин выбираю. А ты где?

Оказалось, что он как раз выезжал с территории отдела и, разумеется, вызвался помочь ей с покупками. Чего уж говорить, в этом плане Калинин был мечтой любой женщины — тяжелые сумки с ним таскать не приходилось.

— Да, давай, жду тебя, — радостно пропела Аня, но лишь нажав на отбой, сразу же кинулась к ряду тележек и, схватив ближайшую, покатила ее в сторону продуктовых рядов, по пути забрасывая в нее более-менее подходящие товары.

Он появился в магазине, когда она выбирала молочные продукты. Подошел сзади и обнял за талию, заставив вздрогнуть от неожиданности. Потом наклонился к ее лицу и, не обращая внимания на людей вокруг, запечатлел на губах долгий поцелуй.

— Буду молочный коктейль делать, нас на курсах сегодня учили, — под предлогом, что хочет достать пакет молока другой фирмы, Аня незаметно выбралась из его объятий. Но не прошло и нескольких минут, как оказалась в них снова. Кажется, Калинин искал любой предлог, чтобы дотронуться до нее, взять за руку, прижать к себе, поцеловать. Чувствовалось, что порывы его искренни. Неужели, так соскучился по ней?!

Когда-то она только мечтать могла о таком проявлении внимания с его стороны. И вот, они словно поменялись ролями. Но вместо того, чтобы этому радоваться, хотелось выть волком. Почему в жизни все так несвоевременно?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Аня попробовала переключить внимание Калинина на что-то другое, но все было тщетно, создавалось ощущение, что того не интересует ничего, кроме ее персоны. А едва они оказались в квартире, как он тут же принялся стаскивать с нее одежду. Аня поняла, что все произойдет прямо здесь, в прихожей. Сопротивляться смысла не было, но и особую активность она проявлять не стала. Получив разрядку, Калинин подустанет, а вот ей стоило поберечь свои силы. Для нее вечер только начинается.

Пока майор был в душе, она достала из сумки пачку снотворных и выдавила оттуда одну таблетку. Бросила ее в стакан с соком, дождалась, пока исчезнут последние пузырьки, и хорошенько размешала ложкой. Кислый вкус апельсинового сока должен был скрыть необычность привкуса приготовленного ею напитка. Когда Калинин вышел из душа, она с улыбкой преподнесла ему стакан с соком. Первый, но не последний за сегодняшний вечер. Потом будет еще молочный коктейль. Возможно, не один.

Пока Аня готовила ужин, Калинин щелкал пультом от телевизора. Его постепенно начало клонить в сон — сказалась и усталость рабочего дня, и то, что последний плотный прием пищи был несколько часов назад. Аня приготовила легкую закуску и снова угостила майора напитком. Через некоторое время он стал зевать уже в открытую, потом и вовсе вытянулся на диване, закрыл глаза. Задышал глубоко, равномерно.

Когда за окном окончательно стемнело, Аня взяла с журнального столика телефон Калинина, долго жала на кнопку включения. Телефон, поиграв финальной заставкой, мигнул в последний раз и затих. Снова облачившись в свою неприметную, серую одежду — джинсы и темное худи с капюшоном, Аня выскользнула из квартиры. Вновь у нее не было ни пакета, ни сумки, а в кармане в этот раз вместо новенького смартфона лежал табельный пистолет Калинина. Добираться до нужного ей двора она собиралась пешком.

Глава 39

Теперь, выходя из квартиры, Калинин всегда ощущал на губах вкус Аниных поцелуев, и пока ехал до отдела, прокручивал в голове картинки их совместных сладостных моментов. Но сегодня что-то не давало ему покоя. Интуитивно он чувствовал — как бы прекрасно все не выглядело, была в этом какая-то теневая сторона. В сознании прочно засело ощущение, что это еще не конец. Это только начало. Предчувствие надвигающейся беды было таким явным, что почти затмевало чувство счастья, подаренное возвращением Ани.

 Кроме того, не давало покоя и известие о смерти ее матери. Вернее, не само известие, а совпадение в том, что произошло это примерно в то же время, когда на Аню было совершено нападение. То, что не Воронов это был, Дима был уверен. Друга он знал хорошо, не мог тот так натурально изображать удивление. У него самого как тайных, так и явных врагов в данный момент не наблюдалось. Да и в случайного хулигана, который даже сумку не взял, майор тоже не верил. Значит, был кто-то еще, желающий убрать Аню. Тот, кто считал ее своим врагом? Но кто это?

Камеры с места происшествия, разумеется, просматривали, но только те, что выходили непосредственно на саму арку, где и произошло нападение. Вот только в арке было так темно, что толком ничего различить не удалось. Видно было лишь, как Аня зашла в нее, а следом скользнула мужская фигура. Со спины опознать человека было невозможно, а с другой стороны арки камеры отсутствовали, поэтому Калинин заинтересовался камерами, которые отслеживали улицу — чуть поодаль, ближе к автобусной остановке и магазинам.

Произвести выемку видеоинформации с камер, что были расположены на внешних фасадах домов и на входе в магазины, расположенные с другой стороны дома, было не так-то просто. Требовалось выписать специальные ордера, которые пойдут в управляющую компанию, и там уже обязаны будут предоставить архивные записи (за месяц что-то уже и удалено могло быть). Калинин, не откладывая, занялся составлением запросов и отправлением их по соответствующим адресам. Некоторые конторы откликнулись практически сразу, готовые сотрудничать с органами власти.

Первым делом Калинин отправился в городскую мониторинговую службу, что отвечала за камеры на фасадах домов по соседству. Еще не приступив к просмотру записей за то утро, он был почти уверен в том, что увидит там именно этого человека. Того, кого видел всего один раз, но запомнил хорошо.

Так и оказалось — по улице, со стороны автобусной остановки, вышагивал сосед матери Ани. Он же, поджидая Аню, какое-то время прогуливался вдоль дороги, куда выходила арка. Двор был проходным, и чуть позже, как раз после нападения, на камере с соседнего дома было видно, как тот покинул двор с другой стороны и неспешно удалился обратно в сторону остановки. Не знай Дима, что этот человек является тем, с кем делила жилплощадь мать Ани, сразу и не обратил бы на него внимания.

Пока майор катался в городскую службу, один из оперов по его поручению уже выяснил дату и причину смерти Волошиной Натальи Алексеевны (сначала пришлось выяснить ее фамилию, так как при разводе она оставила девичью) и место захоронения. Умерла женщина всего на несколько дней раньше нападения на Аню. Дополнительным плюсом ко всем догадкам Калинина было то, что сосед уже начал оформлять квартиру на себя, словно других претендентов на жилплощадь и быть не могло. Так был уверен в том, что устранил единственную наследницу?

Неожиданно запутанный пазл сложился в единое целое.

Не откладывая дело в долгий ящик, Калинин сделал еще несколько рабочих звонков и направился в общагу. Он прекрасно понимал, что одной записи, где мужчина разгуливает по соседней с аркой улице, недостаточно, однако импровизацию никто не отменял.

Соседа дома не оказалось, и никто не мог дать вразумительного ответа, где тот находился. Оказалось, что соседи толком ничего о нем не знали — мужиком тот слыл неразговорчивым и вообще малоприятным. Один из жильцов вспомнил, что тот вроде подрабатывает грузчиком где-то, другой же, с какой-то затаенной обидой, поделился, что летом частенько видел того с бутылкой «паленки», что гонит местная самогонщица. Уже не один случай известен, как травились ее «самопалом», но все равно так и продолжают к ней местные ходить. При этом сам сосед никогда пьяным или «с бодуна» не был, а вот соседку его (впрочем, соседями они пробыли совсем недолго) — ту, наоборот, никто не видел трезвой.