Русалка - Дрейк Шеннон - Страница 86

Юстин посмотрел на нее долгим взглядом и снова подумал, что она в самом деле пленительная женщина, ошеломляюще красивая… и настолько чувственная в каждом своем слове и жесте, что у любого мужчины при одном только звуке ее хрипловатого голоса, при одном только взгляде на нее закипала кровь. Вокруг нее витал какой-то иссушающий густой аромат. И все-таки она не могла сравниться с его невесткой. Изысканная красота Ондайн производила гораздо более глубокое впечатление: соблазнительной посадкой головы, звуком прелестного голоса, который проникал до глубины души. Ондайн обладала не только смелостью, в которой нельзя было отказать и Анне, но и страстностью: если она любила, то до гроба. Но Юстин, уже знакомый со способностью Анны возбуждать чувственность в мужчинах, знал и другие ее стороны и потому, не опасаясь, мог позволить себе поиграть с ней.

Он улыбнулся и насмешливо спросил:

— Скажи, ты пришла сюда только затем, чтобы посмотреть на других?

Она тихо засмеялась, ничуть не задетая его насмешкой:

— Юстин Четхэм, да вы просто шантажист, сэр! Скажи, к чему этот вопрос, и, возможно, я на него отвечу.

— Праздный вопрос.

— М-м-м. — Анна откинулась на спинку стула и бросила взгляд через стол. — Странно, что и Сара здесь.

— Она с моим кузеном, — пояснил Юстин. Анна воодушевленно воскликнула:

— Ах да, какая надежная защита! Клинтон, я всегда знала, что ты прекрасно разбираешься в породистых лошадях! Впрочем, это твоя работа. Да, дорогая Сара! Твой выбор хорош! Только не обманывайся насчет будущего, дорогая. Твой отец не одобрит Клинтона, ведь он не настоящий Четхэм, а всего лишь побочный сын и носит это имя, потому что живет в их доме! Бедная Сара, брак тебе не светит, увы! Но не могу не согласиться, что для получения удовольствия твой выбор удачен. Уж я-то, поверь, хорошо разбираюсь в мужских достоинствах этой фамилии. Один их рост чего стоит! Да, надо признаться, ты со вкусом выбираешь себе любовников.

Юстин задержал дыхание. Он раздумывал, задушит ли Клинтон Анну прямо сейчас или чуть попозже, поскольку в этом его темпераментный кузен до смешного напоминал Уорика. Разумеется, Анна вела себя как обычно, но сегодня это могло стоить ей жизни, и потому Юстин решил ей ответить, не дожидаясь, пока это сделает Клинтон. В этом, однако, не оказалось необходимости, поскольку Сара была не из тех, кто лезет за словим в карман:

— Ты права, Анна! Впервые я нашла для себя сильного и любящего защитника. Я всегда выбирала любовников с величайшей осторожностью, но даже если дело и не доходило до свадьбы, я всегда была искренна и преданна в любви. А что касается фамилии Четхэм… Да, я считаю, это имя вполне соответствует истинному благородству Клинтона.

— Браво! — воскликнула Анна, хлопая в ладоши от удовольствия, и снова повернулась к Юстину с вопросом: — Я слышала, вы с Клинтоном широко гуляете и, наверное, уже лишили целомудрия не одну неопытную девицу, а где же твой брат, великий лорд Четхэм? И его прелестная жена?

Юстин пригубил эль и заговорщицки улыбнулся:

— А я-то думал, что ты лучше всех осведомлена об этом, Анна! Они страстно влюблены и, не ставя никого в известность, просто сбежали, чтобы наслаждаться друг другом в полном одиночестве!

Анна побледнела от злости, доставив этим Юстину бесконечное удовольствие. Наконец она процедила ядовито:

— Как прекрасно! И как романтично! Да, я хорошо себе это представляю. Благородный граф спасает от виселицы какую-то простолюдинку, и они… убегают из замка и живут, как простые крестьяне!

— Не нуждаясь ни в чем, кроме любви! — радостно закончил Клинтон.

Если бы в этот миг взгляд Анны превратился в кинжал, ее собеседники получили бы смертельные раны. Анна поднялась с холодной улыбкой, сделав вид, что разговор ей наскучил:

— Спасибо, мне пора. Оставляю вас наедине с вашими мыслями. Да, говорят, у вас прекрасные званые обеды! Обязательно пригласите меня.

— С величайшим удовольствием, Анна! — сказал Клинтон, обнимая Сару. — Конечно, только если ты можешь вынести общество незаконнорожденных.

— Брось, Клинтон! Я нахожу их — так же как и публику в этом трактирчике, — даже привлекательными!

Она ушла, но на этот раз Клинтон не обиделся, а только рассмеялся и покачал головой:

— Откуда в такой великолепной красавице столько злобы?

— Не думаю, что она злая, дорогой! — сказала Сара, погладив его по щеке. — Просто она как испорченный ребенок! Если не получает, чего хочет, думает только о том, как это заполучить… любыми средствами, не обращая внимания, что кого-то при этом ранит. Наверное, она действительно его любит.

— А по-моему, она даже не знает, что такое любовь, — раздраженно сказал Юстин. — По крайней мере сегодня она очень сильно нам навредила.

Сара хлопнула его по руке:

— Я найду Джона Робинса еще раз.

Юстин с сомнением взглянул на нее. Время работало против них. Его беспокоило, что Уорик все еще находился во дворце Дуво. Конечно, Четхэм обычно проявлял осторожность и расчетливость, а в открытом бою — недюжинную силу, но теперь все было по-другому. Юстин вспоминал взгляд брата, бросившегося в погоню, когда Ондайн исчезла со скачек. Не мог он забыть и ужас, изобразившийся на его лице, когда он увидел девушку в церкви, в двух шагах от смерти.

Юстин вздохнул:

— Время… работает против нас. Нужно торопиться. Чтобы предстать перед королем, нам нужно, во-первых, найти Джона Робинса и, во-вторых, прибыть во дворец Дуво прежде…

— Прежде чем что? — осторожно спросила Сара.

— Прежде чем мой брат увидит свою жену в объятиях этого проклятого ее кузена и потеряет рассудок вместе со своей жизнью!

— Но как же вы отпустили его туда! — воскликнула Сара.

— Никто не в силах его куда-либо отпустить или не отпустить, — грустно сказал Юстин, затем решительно встал. — Пойдемте из этого сомнительного заведения.

Клинтон и Сара последовали за ним. Юстин заметил, что Сара сочувственно погладила по руке Клинтона, и расслышал, как она тихо прошептала:

— К сожалению, Анна права. Мой отец никогда не разрешит нам пожениться. Но несмотря ни на что, я люблю тебя… и буду с тобой!

«Чертова Анна! — с досадой подумал Юстин. — Как походя она ранит других!»

Впрочем, он тут же забыл о ней, обеспокоенный тем, как им побыстрее найти Джона Робинса. Робине теперь будет еще осторожнее, если вообще не исчезнет на время в какой-нибудь из бесчисленных лондонских трущоб.

Попрощавшись с Четхэмами, Анна вовсе не ушла из трактира, а отправилась в задние комнаты, где рекой разливалось вино, обделывались темные делишки и развратники воплощали в жизнь свои фантазии.

Там сидел Хардгрейв с осоловевшими от пьянства глазами и, громко смеясь, играл с хозяином в кости. Две молоденькие девушки в ожидании сидели на скамье рядом со столиком. Анна холодно посмотрела на девушек, которых Лил припас для ночных развлечений. Но он пока не торопился. Время было не позднее, и, прежде чем завалиться в постель, ему хотелось поиграть.

Анну не интересовало ни то, ни другое. Не обращая никакого внимания на партнера Хардгрейва, она подошла к виконту:

— Нам пора уходить!

— Куда еще? — раздраженно заворчал Хардгрейв, не глядя на нее. — Зачем? Мы только начали…

Анна наклонилась и прошептала что-то ему в ухо. Он тупо и немного сконфуженно смотрел в пространство, затем, кажется, до него постепенно начал доходить смысл ее слов.

— Где? — пророкотал он и встал, опрокидывая стул.

Анна улыбнулась, довольная, что ей удалось его расшевелить. Она одобрительно похлопала его по руке, обращаясь с ним как с маленьким ребенком.

— Успокойся, Лил! — сказала она. — Не стоит бежать туда сломя голову. Положимся пока на волю случая! Нам нужно придумать, как получше воспользоваться этой ситуацией. Пожалуй, есть один способ…

— Так расскажи мне скорее! — рявкнул он.

— Лил! Пойдем, теперь нам нужно поговорить с глазу на глаз. Возможно, это наш последний шанс, и мы должны быть очень осторожны. У меня есть идея.