Малина для дракона (СИ) - Темная Соня - Страница 21

Я запуталась в этой простыне, испачканной кровью, так же, как я запуталась в самой себе.

Оглянулась на голоса за дверью, дёрнулась в очередной попытке освободиться и снова рухнула на пол. Они приближались и вскоре оказались совсем рядом. Дверь заскрипела, и я сжалась в маленький комочек, мечтая, чтобы меня не заметили.

Но меня заметили. И непросто заметили, а схватили под локти и подняли в воздух.

— Почему ты плачешь? Тебе до сих пор так больно? — раздалось возле уха.

Дракон посадил на постель и дернул за край простыни. Я изо всех сил в неё вцепилась, но, конечно же, не удержала.

— Хочешь на память забрать? — усмехнулся дракон и навис надо мной, заключив, между расставленных по обе стороны от меня, рук.

— Здесь…, — от стыда у меня перехватило дыхание, и я опустила глаза.

— Серьезно? Ты думала, я боюсь вида крови? Реально так думала, зверёк? — он чуть не расхохотался.

— Я воин, а не придворный неженка.

Он положил руки мне на плечи.

— Сейчас сюда зайдет лекарь и тебя осмотрит.

Он вёл себя слишком непринужденно, хотя чего я ожидала? Увидеть дракона на коленях с кольцом в руках и слезами на глазах? Представив эту картину, невольно поморщилась.

— Я не хочу, чтобы меня осматривал мужчина, — прошептала и отстранилась, пытаясь себя прикрыть.

— Малина, — вздохнул дракон, — ты теперь женщина, не веди себя, как маленький неразумный  ребенок. Надень рубашку и ляг на постель, не заставляй, удерживать тебя силой во время осмотра.

Представить, что кто-то увидит меня в таком виде…Что кто-то поймёт, что вчера произошло. Я чуть волком не взвыла, но посмотрев в глубину красных глаз, поняла, спорить бесполезно, ещё немного и он выйдет из себя.

Наспех натянула его рубашку, руки тряслись, а он спокойно наблюдал за всей этой суетой.

— Выйдете? — с надеждой спросила я.

— И не подумаю. А ещё… В спальне можешь называть меня на «ты», — иронично отметил дракон.

Он останется? Может быть, еще осмотр сам проведёт? Я находилась на грани обморока. Сама виновата, это понятно, но почему он такой уверенный и спокойный, стыдно признаться, но во мне до последнего жила крохотная надежда: для него эта ночь хоть что-то будет значить. Дурочка.

— Малыш, — ласково позвал он, будто мысли мои прочитал, — лекарь – полуслепой старик, но дело свое знает, а я уже все разглядел, в чем проблема?

Я не ответила. Мужчине не понять в чем проблема. Что поделать: пришла, отдалась ему, не самое время качать свои права. Легла на постель и закрыла глаза.

Лекарь действительно оказался беспристрастной особой, я думала о чём-то своём, стараясь расслабиться. Думала: о тёплом море, о садах, о том мире, который никогда не видела.

— Ну? — нетерпеливо гаркнул дракон, потеряв былое спокойствие, он нервно ходил из угла в угол.

Вновь напоминал мне здешнюю погоду: то неукротимый и яростный, как ветер, то задумчивый и умиротворенный, как туман, а порой, расслабленный и отрешенный, как первый снег, медленно оседающий на землю.

— Ваше Высочество, ничего страшного. Нужно будет... Хм… Прервать ваши встречи на пару дней. И ещё оставлю эту мазь, тогда заживление пройдёт быстрее.

— Понял, благодарю, своден, расчёт забери у управляющего, — нетерпеливо выхватив стеклянный пузырёк, отчеканил дракон.

— Ваше Высочество, — несмело начал лекарь.

— Что-то ещё? — подняв бровь, поинтересовался мой грозный мужчина.

— У девушки возраст очень плодовитый. Давайте я дам ей отвар, чтобы исключить вероятность беременности.

Я похолодела. Красотка! Об этом даже не подумала! Как-то в голову не пришло, у него же столько женщин, и ни одна не забеременела.

Седой старец полез в свою холщовую сумку, хотя бы он об этом подумал. Нужно и мне быть осмотрительней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Об этом не может быть и речи! — прошипел Элиот.

Мы оба вжали головы в плечи, нахохлившись, как воробьи, от его рева. Как же он кричал. Вены на шее вздулись, желваки ходили ходуном.

Первый опомнился предатель лекарь и поклонившись, чуть ли челом не ударив об пол, вылетел вон.

— Но… Почему? — всхлипнула и забилась в угол.

— Что почему? — будто и не орал вовсе, переспросил тёмный, снимая рубашку.

— Почему мне нельзя выпить отвар?

Посмотрев на меня, как на законченную балду, он закатил глаза.

— Потому что я против. Но если, как и всегда, данного аргумента мало, поясню: ты – слишком юная. Это может навредить.

Рубашка отлетела в сторону. Какое всё-таки красивое тело… Он воплощение мужественности и силы. Грозное божество. Если бы меня спросили, как ты представляешь Бога Войны, я бы тут же представила его.

— А если…

— А если, ты забеременеешь? Ну и что. Думаешь, не потяну растраты на ребёнка? Не переживай, одолжу, если что, — съехидничал тёмный.

— Я против.

— Ты?— он растекся в такой самодовольной улыбочке, — насчёт твоих «против», чуть позже поговорим. А сейчас раздвигай свои очаровательные ножки.

У меня потянуло под ложечкой. При всем сильнейшем возбуждении мне было дико больно, когда он оказался внутри. Я не смогла сдержать слез, они сами выплескивались наружу. Дракон был огромным, весь… И сейчас, когда я смотрела на его широкую грудь и массивный торс, опускаясь глазами по темной дорожке вниз…

— Сейчас? — от ужаса голос дрожал.

— Сейчас. Давай, зверёк, у меня ещё очень много дел.

Малина

 С ловкостью тигра тёмный заскочил на постель, отчего она прогнулась. Мне вообще показалось, что она сломается.

— Но лекарь сказал, прекратить на какое-то время наши встречи, — пискнула я, но на мой рот тут же лег палец.

— Оближи, — усмехнулся дракон.

Хлопала глазами, как дурочка, не понимая, чего он хочет. Точнее, приказ я поняла, но зачем?

— Умничка, — похвалил он, и у меня адским пламенем вспыхнули щеки, — как ты красиво складываешь губки, когда это делаешь…

Я тут же отвернулась, он прошёлся горячим дыханием до груди и вернулся к шее.

— Ты сладко пахнешь, — хриплым голосом подметил Эл, — давай, моя маленькая, хм…, — он запнулся, — наложница, раздвинь для своего мужчины ноги.

Какой стыд, уткнувшись носом в подушку, чтобы не видеть своего грехопадения, наконец, выполнила его просьбу.

— Мне ещё больно, — честно призналась я.

— Да я понял. Расслабься. Впусти меня внутрь.

Отчаяние накрыло с головой, представив, как его огромная плоть входит в меня, разрывая на части, я всхлипнула. Сама напросилась. Кто тут виноват?

— Прекращай так морщиться и ныть. Не буду я тебя иметь, зверёк. Не буду, пока сама не попросишь.

Он набрал пальцами вязкую мазь, пахнущую мятой, и глядя мне прямо в глаза, положил ладонь промеж моих ног.

— Охлаждает, зверёк? — шепнул дракон, двигаясь пальцами внутри.

Мужчина прикусил губу, сдерживая победоносную улыбку. А я еле сдержала стон. Боги, как же приятно.

— А если так? — его палец остановился и медленно надавил где-то глубоко во мне, вырвав из груди чувственный вздох.

Соски затвердели и нагло напрашивались на ласку.

— Эл… Прошу, — забившись в агонии, взмолилась я.

Не так уж и больно будет.

— О чем же ты просишь? Как тебе такое? — другая рука принялась за дело, и он круговыми движениями начал поглаживать самую чувствительную точку на моем теле.

— Хочу тебя, — прорычала, не узнавая свой собственный  голос.

Как можно до такого опуститься? В прямом смысле растекаться от одного его касания.

Я дичала и зверела, не понимая себя. Вцепилась в его шею и повисла, закатывая глаза. Он глухо рассмеялся. Подразнивая, сбавлял темп, а потом снова ускорялся. Чертова мазь давала невероятно приятный охлаждающий эффект, и тут же его пальцы согревали. Не знаю, что на меня нашло, но в очередном порыве взорваться, прикусила его за шею. Так сильно, что на языке ощутила сладковатый привкус крови. Эл что-то прорычал сквозь зубы, больно надавил на плечи и тут же отпустил.