Разоблаченная (ЛП) - Уайлдер Джасинда - Страница 32

‒ Это насилие, Изабель.

Я трясу головой.

‒ Это не так. Не совсем. ‒ Я дрожу. ‒ А с другой стороны, так и было. Я не знаю. Все так запутанно с ним. Он влезает мне в голову и как-то делает все мысли какими-то... не имеющими смысла. Не... принадлежащими мне. Я не знаю. Он все, что я когда-либо знала с того момента, как впервые проснулась. Это всегда был он.

‒ Так прежде, в моем конференц-зале...

‒ Я хотела этого, Логан. Пожалуйста, поверь мне. Я очень сильно этого хотела. Обожала каждую секунду. То, как ты меня касался, целовал, я никогда не знала раньше, и это сводит с ума.

Я поворачиваюсь на стуле так, что встаю перед ним, беру его за колени, когда он поворачивается ко мне.

Он смотрит на меня с осторожностью, его голубые-голубые глаза глядят прямо в душу.

‒ Никогда не ври мне, не говори мне то, что, по-твоему, я хочу услышать. Хорошо? Пожалуйста. Я скорее услышу неприятную правду, чем легкую ложь.

‒ Я обещаю всегда быть честным с тобой.

Каким-то образом у нас закончилась еда и оба пива, и Логан неожиданно бьет по столу.

– Время кино.

‒ Что?

Я сбита с толку внезапной сменой темы.

‒ Я пообещал тебе, что как отвезу домой, накормлю пивом и пиццей и мы устроим марафон просмотров фильмов. ‒ Он подтолкнул пустую бутылку. ‒ У нас было пиво и пицца, поэтому сейчас время для кино.

‒ Хорошо. ‒ Я не знаю, как сказать, как бы сильно я не хотела смотреть с ним фильмы, еще больше я хочу закончить то, что мы начали в конференц-зале.

Он берет меня за руку и ведет в свою спальню, которую я еще не видела. Она простая, но красивая и уютная, как и все остальное в доме. Приглушенная зеленая краска на стенах, на полу толстый и темный ковер, выступающие потолочные балки, широкая и высокая кровать из темного дерева, а на стене напротив телевизор с плоским экраном.

Он указывает на кровать.

‒ Единственное место, где можно смотреть телек, так что располагайся.

Я расправляю платье на бедрах ладонями, нервным движением.

‒ Хорошо.

Кровать высокая, а мое платье не предназначено для подъемов. Во всяком случае, не изящно и скромно. Я пытаюсь проскользнуть на кровать сзади, прижимая колени друг к другу. Я не знаю, почему пытаюсь быть скромной, учитывая, чем мы недавно занимались и где были его пальцы, но мне кажется это нужно. У меня не получается, в итоге прижимаюсь спиной к краю матраца и извиваюсь. Я пытаюсь зацепиться ногой об край, но без взглядов Логана не обходится. Особенно на каблуках.

Он смеется, и я не могу удержаться: тоже смеюсь, потому что мои попытки забраться на кровать были весьма смешными.

‒ Изабель, милая. У тебя шикарное платье, не пойми меня не правильно. Но... Не хочешь одеть что-то другое? Например, мою рубашку?

‒ Но ведь твоя рубашка будет мне очень велика? ‒ спрашиваю я.

Он кивает.

‒ Это точно. Будет как ночная рубашка.

‒ Конечно. Я попробую.

Стараюсь, чтобы голос звучал обыденно, но от мысли о том, чтобы надеть одну из рубашек Логана, в животе завязываются узлы.

Он открывает ящик комода под телевизором, достает аккуратно сложенную черную футболку.

‒ Это одна из моих любимых футболок. Она у меня со средней школы. Она действительно мягкая и удобная, и... да, ‒ он отворачивается, ‒ я дам тебе секунду, чтоб переодеться.

Я снимаю туфли, и мои ноги сразу благодарят меня. Логан в дверях спальни, трет затылок, и я понимаю, что предоставляя мне секунду на переодевание, он хотел, чтоб я уединилась.

‒ Ты... эм... ‒ я делаю паузу, чтобы успокоить нервы. ‒ Тебе не нужно уходить, Логан.

Он остановился и положил руку на дверную ручку.

‒ Я не делаю никаких предположений, Изабель. Всему свое время, хорошо?

‒ Ты уже видел меня голой, Логан.

‒ Это не значит, что я буду полагать, будто ты не против, чтобы я наблюдал, как ты переодеваешься. Это личное.

‒ Так же как и то, чем мы занимались в комнате для совещаний.

На его лице появляется улыбка.

‒ Верно. ‒ Он прислоняется спиной к двери спальни. ‒ Я останусь, если ты этого хочешь.

‒ Я не против, ‒ говорю я, протягивая руку за спину, чтоб расстегнуть молнию. ‒ На самом деле, я не хочу, чтоб ты уходил.

У меня не получается без гримасы расстегнуть молнию. Логан тремя длинными шагами пересекает комнату и становится позади меня.

‒ Позволь мне.

Его пальцы касаются задней части моей шеи, перекидывают мои волосы через плечо, и я чувствую, как давление платья ослабевает, пока он тянет вниз молнию.

Я жду большего, но чувствую, как он отходит.

‒ Туда.

Я поворачиваюсь к нему лицом. Его глаза исследуют меня, и я не могу ошибиться: он хочет меня, я вижу.

‒ Логан, ‒ начинаю я, не уверенная, что хочу сказать.

Я решила, мне нечего сказать. Я продолжаю смотреть на него, пожимаю плечами, позволяя одежде съехать до моих согнутых и прижавшихся к животу рук. Я нервничаю, но не позволю этому помешать. Я трогаю свои бедра, и платье ложится вокруг моих ног.

Глаза Логана пожирают мое тело, и он яростно дышит.

‒ Ты так прекрасна, Изабель.

‒ Я даже не обнажена, ‒ говорю я, чувствуя дискомфорт от комплиментов.

‒ Ты не должна раздеваться, чтобы быть красивой, ты знаешь это. ‒ Он делает шаг ко мне и его пальцы прикасаются к моей талии. ‒ Ты такая сексуальная в нижнем белье.

У меня загораются щеки, и, не выдерживая зрительного контакта, я наклоняю голову.

‒ Спасибо. ‒ Это все, что я могу выдавить из себя.

Я обхватываю пальцами его запястье, чтобы он не смог убежать. Он не пытается, просто прижимает ладонь к моему позвоночнику прямо в центре моей спины. Я замечаю, что он не касается меня в сексуальном плане. Избегает любых эрогенных зон. Ради меня или себя?

Следующий шаг, кроме как броситься на него, это закончить раздевание. Я поглощаю свой страх. Я знаю, что он не отвергает меня, что он проявляет уважение и дает мне время, которое мне необходимо, учитывая то, что произошло не так давно. Но все, о чем я могу думать, это его поцелуй, его рот на моем; все, чего я хочу, это его прикосновение, чтобы снова кончить для него. Чувствовать его. Чтобы заставить его кончить. Я хочу знать, как он выглядит, когда теряет контроль.