Кэш (ЛП) - Гаджиала Джессика - Страница 46

————————

Позже, когда Ло спала на животе, распластавшись на кровати, расслабившись от пригоршни таблеток, которые Майк подбросил ей час назад, я пошел в ванную и вытащил свой сотовый.

В трубке раздался сигнал и, как я и ожидал, как это всегда бывает с профессионалами, прозвучало сообщение. Его голос просто сказал: «Шот», затем прозвучал сигнал для сообщения.

— Это Кэш, — просто сказал я и повесил трубку.

Я не часто ему звонил. Черт, я думаю, единственный раз, когда я на самом деле позвонил ему, была одна ночь, когда мы все пили у Чаза, и один из парней клуба пошел домой с цыпочкой, все закончилось тем, что у нее оказался член, и это дерьмо было слишком чертовски смешным, чтобы не рассказать ему об этом.

Я подождал пять-десять минут, прежде чем мой телефон начал вибрировать в моей руке.

— Йоу, — сказал я вместо приветствия.

— Ты сегодня просто полон вежливости, а? — спросил он в ответ, его голос был насмешливым, язвительным, почти, как всегда.

— Где ты, черт возьми, мужик?

— А что? — спросил он, и, если я не ошибся, а я, черт возьми, не ошибся, в его голосе прозвучала настороженность, которую я никогда раньше не слышал.

— Здесь разразился настоящий ад, и я слышал, что ты уехал в какую-то поездку с Брейкером и какой-то цыпочкой.

— Зима, приятель, — произнес он снова беззаботным тоном. — Чертовски мерзко, быстро приближается. Мы хотели сменить обстановку.

Блять. Его все еще не было в городе.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не где-нибудь на Канарах.

— Чертова мечта, — засмеялся Шот. — Мексика, чувак. Это место прямо сейчас адская бездна, но, черт возьми, здесь есть несколько спелых, сочных дам.

Я засмеялся, удивленный, когда мне показалось, что прошла вечность с тех пор, как погоня за юбками казалась моим главным делом. — Ты решил остаться там?

— А что? Что случилось?

— Есть работа.

— Какой вид работы?

— Твой вид работы. Нужен тот, кто может найти и поразить цель как можно точнее.

Последовала короткая пауза. — В какое дерьмо ты вляпался, если твои братья не могут тебя вытащить, чувак?

— Это не мое дерьмо. Это дерьмо Ло. А так как она принадлежит мне, то по доверенности... мое дерьмо, и я хочу, чтобы им занялся тот, кому я доверяю.

— Ло? Как в... Хейлшторме? — повторил он, и я услышал удивление в его голосе.

— Это и есть она.

Еще одна пауза, за которой последовал тихий свист. — Черт, чувак. Это самая первоклассная киска. Лучшие сиськи, которые я когда-либо видел...

— А ты их даже не видел, — добавил я с улыбкой.

— Счастливчик, черт возьми, — добавил он, и я практически видел, как он улыбается. — Значит, ты вроде как... с ней? — спросил он тоном, похожим на мой примерно неделю назад, если бы он пришел и сказал мне, что связался с какой-то цыпочкой. Это было не то, что мы делали. Мы веселились, пили, трахались. Мы принимали жизнь такой, какая она есть, и относились к ней легко, без всяких ограничений, без напряжения. — Сначала Шейн, потом Рейн, потом Брейкер, теперь ты... с кем, черт возьми, я буду бегать за юбками, когда вернусь туда? — он засмеялся.

— Я думаю, у Репо осталось еще несколько лет, — задумчиво произнес я.

— Господи, — рассмеялся он.

— Что?

— Мужик, он лет на восемь моложе меня. Я не могу иметь молодежь в качестве своих конкурентов.

Я потер рукой свой затылок. — Похоже, мы уже староваты для такого дерьма, а?

— Говори за себя, Кэш. Как Репо будет справляться со всеми этими милашками в одиночку? Я должен выполнить свою часть работы... для женской половины человечества. — Он помолчал. — Я поговорю с Брейком и посмотрю, смогу ли я завтра прилететь в город, потом возьму напрокат машину и вернусь обратно. Может, встретимся послезавтра?

— Звучит неплохо. В Хейлшторме?

— С удовольствием, — согласился он и отключился.

Глава 25

Ло

— Сладкая, милая, дорогая, — были первые слова, сказанные мне Шотером таинственным-парнем-без-фамилии, пока он стоял у открывающихся ворот, — ты уверена, что хочешь быть с этим парнем? Ты можешь получить намного лучше.

Этим я была очарована. Лесть в его руках завораживала, а я ни черта о нем не знала. Мне было жаль всех одиноких женщин. У них не было ни единого шанса.

И не только потому, что он был хорош собой, но так оно и было. Высокий и худощавый крепыш в черных джинсах, обтягивающих бедра, просто застенчивый хипстер, белая футболка с v-образным вырезом, потрепанная черная кожаная куртка и черные криперы (туфли на небольшой платформе). Да... криперы. Хотя на улице было прохладно, и он был почти полностью одет, я видела чернила на его руках, ползущие по груди и заканчивающиеся татуировкой орла с широко распростертыми крыльями поперек горла. Лицо у него было худощавое, глаза пронзительные, темно-зеленые, волосы колеблются между светлыми и каштановыми, коротко подстриженными по бокам и зачесанными назад по центру. В его ушах были тоннели. Он проколол бровь.

Горяч.

Он был безумно, неоправданно горяч в своем странном современном стиле панка. Но дело было не в горячности. Все дело было в том, как он себя вел — спокойный, непринужденный, уверенный в себе, не казавшийся слишком дерзким, и под всем этим была мягкость, которая заставляла тебя хотеть, чтобы он обнял тебя и прошептал тебе на ухо сладкие-сладкие слова, полностью осознавая, что это все, кем ты когда-либо будешь для него — сладким «ничем».

— Я думаю, что Кэш единственный, у кого есть преимущество в этой ситуации, — честно призналась я. Я была в полном хаосе и пришла с таким большим багажом, а он был просто таким... хорошим. Такой милый. С такой отдачей.

— Мы едва знакомы, но я знаю, что это неправда, — сказал он, двигаясь ко мне, шокировав меня, когда он протянул руку и схватил мой мизинец своим и потянул меня за собой. Я посмотрела на Кэша, который широко и весело улыбался. Заметив мое замешательство, он пожал плечами. Его нисколько не беспокоило, что его друг вроде как держится за мою руку. Он был не из тех, кто ревнует. Мне это понравилось. Мне это очень понравилось. Потому что это означало, что он доверял мне, даже со своим чертовски обаятельным, привлекательным другом, он доверял мне... и не было ничего более важного, чем это. — Итак, я слышал, что ты попала в какую-то неприятность, — сказал он, безупречно обходя вокруг упоминания того, что он знал, что я попала в переделку, спасая мое самолюбие. Боже, он был таким деликатным.

— Это будет преуменьшением.

От моего внимания не ускользнуло, что он провожает меня в мой собственный лагерь, как будто это место принадлежит ему, а не мне. Вот насколько он был спокоен сам по себе и с окружающими. Он даже сделал так, что прогулка по одному из моих многочисленных тупиковых коридоров не удивила его, он склонил голову к моему уху и притворился, что шепчет (хотя он говорил своим обычным голосом, так что он был уверен, что Кэш слышит), — Я вижу, что ты привела меня в уединенное место, — поддразнил он, и я почувствовала, что от улыбки у меня болят синяки на щеках. — Но я хороший христианский мальчик, — сказал он с естественным южным акцентом, что удивило меня, — я не поддамся на твои коварные женские уловки.

Я почувствовала, что мое хихиканье нарастает, неконтролируемо. Я оглянулась и увидела, что Кэш закатил глаза, но его губы приподнялись. — Ладно, ладно, — сказал он, наконец-то вмешавшись в разговор впервые с тех пор, как появился его друг. — Мы поняли. Ты умник, а теперь убери свое лицо от шеи моей женщины.

— Клянусь Богом, — сказал Шотер, театрально приложив руку к сердцу, — я ничего не могу с собой поделать. Посмотри на нее.

— Я так и сделал. Со всех сторон, — сказал Кэш, его улыбка осталась на месте, но в его словах было что-то стальное. Я обнаружила, что мне это нравится. Он доверял мне, он позволял мне держаться за руки с его друзьями. Но он также чувствовал себя собственником и без проблем прояснил этот момент.