Приказано влюбить (СИ) - Хабарова Леока - Страница 42

 - Мне показалось, будто она нарочно спровоцировала того бородатого! - сообщила девушка громким шёпотом, сверкнув васильковыми глазищами. - Я стояла рядом и видела, как она на него глянула. Прямо ух! И говорила дерзко, словно не боялась вовсе.

Очень похоже на Лену, да только вот...

 - Почему не выбить информацию из этих скотов? - выпалил Женя, когда Гаврилюк проводил блондинку на осмотр к военврачу. Евгений не находил себе места и метался по горнице, точно тигр по клетке.

 - Наверное, потому что только двое из них более-менее говорили по-русски, - философски изрёк Котов и сунул в рот сигарету. - А теперь один из них мёртв, а другой в отключке с пробитой башкой.

 - А что, остальные совсем ни бельмеса? - Степан вернулся в избушку, небрежно привалился плечом к косяку и скрестил руки на широкой груди.

 - Ну почему же сразу ни бельмеса? - возразил дядя Коля, пустил дым носом и стряхнул пепел на дощатый пол. - Водитель дал вполне приличные показания.

Женя насупился. Помнил он эти "приличные показания".

" - Савсем мэртвый лежал, - заявил водитель фургона, когда полкан сунул ему под разбитый нос фото Лены. - Мы та дэвушка автомат стрелял. Она мэртвый в овраг лежал".

Хрен поймёшь, но в целом ясно...

И от ясности этой больно. Больно, страшно и...

 - С-суки! - прорычал Евгений и врезал бревенчатой стене кулаком, затянутым в чёрную полуперчатку.

 - Угомонись уже, Тихонов! - рявкнул полкан. - Прижми жопу к лавке и успокойся. Сам знаешь, какую разнарядку группа получила сверху. Сначала Хазмат, потом всё остальное.

 - Значит, Лена, по-вашему - "всё остальное"? - взвился Женя.

 - Остынь, Ромео, - Котов смерил его тяжёлым и холодным, словно ледник, взглядом. - Сколько ещё раз тебе надо услышать, что она мертва?

 - Пока сам не увижу.

 - Наберись терпения, - сказал Николай Степанович и поднялся. - Сейчас важнее спасти живых.

Евгений стиснул зубы до хруста.

Спасти живых...

Спасти...

Живых...

Как же так?

Котов двинулся к выходу, но, поравнявшись с Женей, опустил на плечо тяжёлую, будто отлитую из чугуна, пятерню.

 - Мне очень жаль, парень, - хрипло пробасил он. - Мы все любили Ленару. Её смерть не будет напрасной.

Евгений зыркнул на полковника волком, и тот вздохнул.

 - Обещаю, мы вернёмся, отыщем тело и похороним, как положено. - В хмуром взгляде мелькнуло нечто, отдалённо напоминающее боль утраты. - Но сначала возьмём Хазмата.

=56. И опять старший сержант Евгений Тихонов. Так уж сложилось...

Ночь пахла пылью, порохом и дымом. Часовые с автоматами наперевес хмуро бродили по периметру. Котов ушёл на сеанс связи с генералом и как сквозь землю провалился. Гаврилюк храпел длинными раскатистыми руладами, а сверчки вторили ему трещащим аккомпанементом. Или это цикады так поют?

Евгений укрылся в густых зарослях полыни. Камуфляж делал его невидимым, а навык перемещаться бесшумно и быстро - неуловимым. На самом деле, так умели все ребята в группе: на то он и спецназ. Однако вряд ли кому-то из штурмовиков пришло в голову угонять старый серый уазик.

А Жене вот пришло. И теперь он ждал. Терпеливо ждал, когда на другом конце лагеря, аккурат там, где держали взятых чехов, вспыхнет вымоченная в керосине ветошь. Он соорудил фитиль по всем правилам, и теперь осталось только...

 - Пожар! Пожа-а-ар!!!

Слепящим пятном в темноте вспыхнуло оранжевое зарево. Столп рыжих искр взвился в чёрное небо. ПахнУло гарью.

 - Пожа-а-ар! - несколько голосов слились в один. Земля затряслась от топота тяжёлых берцев. - Сюда! Скорее! Сарай горит!

Манёвр удался на славу: путь к машинам был открыт.

Быстрой тенью Евгений скользнул туда, где паслась на зелёном лужке разнокалиберная техника.

Ясен красен, стадо машин охранялось мама не горюй, но эффектный факел привлёк внимание всех в радиусе двух километров.

Правда, ненадолго.

У Жени имелась минута. Всего одна долбаная минута. И он её не упустил.

Пока все, кому не лень, глазели на красно-жёлтые сполохи, он юркнул в покрытый толстым слоем грязи УАЗ. Тент на старичке истёрся, лобовое стекло покрывала паутина трещин, а коррозия оставила на кузове горячие ржавые поцелуи. Но УАЗ был на ходу, а это - главное.

Машина завелась с пол-оборота. Отчего-то вместе с зажиганием врубилось радио, и Фредди Меркьюри игриво затянул: "Ай вонт ту брейк фри!". Под знакомое с детства "Гад ноуз", Евгений выжал сцепление, воткнул первую и газанул [1].

УАЗ хищно зарычал, хрипло кашлянул выхлопом и, взметая клубы пыли, резво рванул с места. Фары Женя включать не стал. По крайней мере - пока.

Дребезжащий вездеход мчал сквозь мглу, подпрыгивая на колдобинах, а Евгений строго настрого запретил себе думать о преследовании.

Надо будет - поднимут тревогу. Ну а пока...

Газ в пол, и бездорожье впереди. А дальше...

Лена... Или Ленара, не суть. Держись, родная. Я тебя не брошу.

В том, что надежда есть, Евгений не сомневался. Теперь не сомневался: решающими стали показания блондинки, над которыми он ломал голову остаток дня и добрую половину ночи.

"Зачем тебе понадобилось провоцировать бородатого мудака, любимая? - спрашивал Женя невидимую Лену. - Уж не для того ли, чтоб заманить подальше от трассы?"

А зачем кричала? Да так громко и надрывно, что запертые в фургоне девушки слезами заливались. Может, чтобы заглушить вопли самого насильника и сбить с толку его дружков?

Почему чехи не уехали сразу? Искали своего? Скорее всего. А эти загадочные выстрелы в чаще леса? Кто вот там в кого стрелял? Совершенно непонятно.

Вопросы, вопросы, вопросы...

Женя прокручивал их в голове с таким усердием, что не заметил, как в зеркале заднего вида мелькнули две тёмные фигуры.

Евгений не видел провожатых. И уж тем более не мог слышать их разговор...

 - Разумно ли это? - с сомнением в голосе поинтересовалась долговязая фигура.

 - Другого выхода нет, - ответила коренастая тень. Чиркнула зажигалка, и в темноте мелькнул красный огонёк сигареты. - Арест Хазмата в приоритете. Ты же сам слышал, генерал запретил распылять силы: Конторе сейчас до Ленары дела нет. Все до одного сотрудники должны быть задействованы в операции. Все, без исключения. Под личную мою ответственность. А Тихонов - не сотрудник. И никаких приказов я ему не давал. К тому же, необходимые ориентировки по базе Скотобоя он уже предоставил. Так что...

 - Хитрo.

 - Ещё бы.

 - Думаете, он найдёт её? - Степан сложил руки на груди и зябко поёжился.

 - Я не думаю. - Котов прищурился, всматриваясь в тёмную даль. - Я знаю.

1. I want to break free

I want to break free,

I want to break free from your lies,

you're so self satisfied, I don't need you

I've got to break free

God knows, god knows I want to break free

Сингл Queen с альбома The Works

2. УАЗ 469. Автомобиль повышенной проходимости

=57. Старший сержант Женя Тихонов

Их было тринадцать. Чёртова дюжина...

Тринадцать. Ровно тринадцать. И каждому хотелось вырвать сердце...

Женя знал, кто перед ним.

Люди Хазмата...

Слишком уж долго он пробыл в плену, чтобы забыть эти рожи.

Вон тот ссущий в кустах бугай - Асхад. Тот самый, который хотел перерезать ему, Жене, глотку. А небритый коротышка - с широченными плечами борца и калашом за спиной - снимал на камеру, как калечили бедолагу Васяна. Угадал Евгений и тех, кто крепко удерживал его, брыкающегося и вопящего, когда Скотобой решил его как следует "проучить".

Твари! Что они здесь забыли?

Он сглотнул и крепче вжался в колючую траву. Крапива, чертополох и низкая поросль можжевельника надёжно скрывали его от посторонних глаз. Жаль, что дёрнув из наспех организованного лагеря, он не прихватил бинокль. Собирался же...