Два с половиной человека (СИ) - Дибривская Екатерина Александровна - Страница 11

– Доброе утро, Рита, – с усмешкой бросает он. – Прекрасно выглядишь, я боялся промахнуться с размером.

Я молчу. Мужчина не выглядит ни уставшим, ни помятым. Не выглядит так, словно недавно слез с другой женщины.

– Давай завтракать, Рита, – он ставит на стол тарелки и берётся за ручку сковородки, а я не выдерживаю:

– Ничего не хочешь мне объяснить?

Он поднимает на меня серьёзный взгляд.

– Не припоминаю, чтобы я был обязан в чём-то отчитываться перед тобой. Ты мне кто – подружка, жена, любимая?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Пока я, потеряв дар речи, стараюсь не пыхтеть от возмущения, Ярослав сжимает губы, но они всё равно расползаются в дурацкую улыбочку, и вот, он уже покатывается со смеху.

– Чёрт, Ритуль, ты точно не лопнешь как переспелый арбуз? Такая напряжённая… – шутливо говорит он отсмеявшись. – Ты такая хорошенькая, когда злишься, просто прелесть. Ревнуешь, конфетка? Тебе не о чем переживать. Ты – моя единственная. Ты и ещё это нечто,  не то сын, не то дочь, – он бросает взгляд на мой живот.

– Ты реально идиот или остаток мозга спустил вместе с семенем? – медленно проговариваю я, почему-то начиная успокаиваться. – С какого это перепугу меня должно волновать, с кем ты спишь?

– Ну точно – ревнуешь, – мечтательно вздыхает мужчина, подкрадываясь ближе.

– Я. Не. Ревную! – топаю ногой от возмущения, и его губы расползаются в сексуальной усмешке.

– Ещё как ревнуешь! Не бойся, я никому не расскажу.

– Ярослав, вообще-то, я серьёзно. Ты считаешь, что меня волнует, с кем ты спишь? Так вот, это не так, – быстро тараторю, усиленно игнорируя его передвижения вокруг да около. Он словно охотник, загоняющий дичь в ловушку, чуть ли не облизывается на меня. – Я не ревную, ясно? Всё, что меня волнует, это какого чёрта ты не понимаешь, что, приводя сюда случайных или неслучайных женщин, ты можешь выдать меня…

– Рита, – привлекает он моё внимание, обхватывая ладонями мои плечи и заглядывая мне в глаза, – Рит, я никогда бы не подвергнул тебя такой опасности. И вчера мне пришлось прибегнуть к экстренным мерам, когда к нам домой заявилась моя жена…

Мои глаза сужаются, а голос становится вдруг истошно-визгливым:

– Так ты ещё и женат?!

Мужчина смотрит на меня… странно. С восхищением что ли. И снова говорит несусветную чушь:

– Точно! Ревнуешь!

– Возможно, – говорю нехотя, – это очень маловероятно, Ярослав, но я не исключаю, что меня немножко, – показываю ему крохотное расстояние между большим и указательным пальцем, а он внимательно смотрит и слушает, – только самую малость беспокоит твоя половая распущенность. Только ввиду того, что ты можешь принести какую-нибудь заразу, а это вредно для моего ребёнка. Только из-за этого.

– Я не спал со своей бывшей, – мгновенно заверяет Ярослав. – Только отвлекал, чтобы она не увидела тебя, Рит. Я запаниковал, честно…

Мне становится легче на душе. Невообразимо, насколько легче, что слишком подозрительно.

– Это только из-за малыша, – смущённо говорю мужчине. – Не потому что я ревную или мне есть дело до твоих похождений.

– Ну конечно, – протягивает он улыбаясь. – Только из-за пузожителя… Я сразу так и понял. Это и имел в виду.

Я смотрю недоверчиво:

– И ты не собираешься подшучивать надо мной по этому поводу?

– Зачем? – деланно удивляется мужчина. – Раз мы разобрались с насущными проблемами, можно и к завтраку приступить. Я уверен, что пузожитель уже беспокойно отплясывает румбу и ты жуть как проголодалась, и уже совсем устала держать свой живот… Да?

Неожиданно мне хочется плакать. Эти чёртовы гормональные качели уже в печени у меня сидят, но я ничего не могу поделать. Слёзы застилают взгляд, ещё и Ярослав смотрит на меня так ласково и понимающе. Но добивает меня следующее: мужчина открывает навесной шкафчик, достаёт упаковку витаминов – комплекс для беременных, и протягивает мне одну выпуклую таблетку.

– Присядь уже, Рит, – да я с места сдвинуться не могу! – Садись, садись. Не устраивай нам с пузожителем капризов, ладно? Садись за стол, а я поухаживаю за тобой.

Я позволяю ему усадить меня на стул, принимаю стакан с водой, под его руководством заглатываю витаминку и… захожусь в рыданиях.

– Ох! – Ярослав присаживается на корточки, упираясь ладонями в мои колени. – Ну ты чего, Ритка? Тебе плакать-то не вредно? Перенервничала, да?

– Кажется, я тебя ревную, – вырывается с всхлипами. – А ты ведь правильно мне сказал… Не должна ведь… А я всё равно ревную!

– Ревнуй на здоровье, мне не жалко, только помни, что, пока ты здесь, – отзывается Ярослав, неоднозначно окидывая взглядом своё тело, – другой не будет. Хочешь, ревнуй, хочешь, посуду переколоти… Только не плачь и не накручивай себя, Рит, ладно? Я понятия не имею, что мне делать, если тебе приспичит рожать, станет плохо или ещё что, но я обязательно разберусь во всём, слышишь? Дай мне немного времени и своего доверия, конфетка, и я обещаю, что всё будет хорошо.

Он аккуратно стирает пальцами слёзы с моего лица и улыбается, но в глубине его глаз я с лёгкостью читаю невысказанное опасение: хватит ли ему времени, чтобы успеть разобраться со всем, пока меня не поймает полиция?

Неожиданно на ум приходит ещё одна мысль, которую я решаю приберечь на потом: в тот злополучный вечер, когда судьба руками моих похитителей со всей дури швырнула меня прямо в объятия этого мужчины, он тоже не был случайным прохожим. От тоже явился по мою душу. И как знать, с какой целью он помогает мне?

Но мой беременный организм истощён от стрессов последних дней, и я, чувствуя эту усталость, не хочу прямо сейчас размышлять на данные темы. Лишь беру на заметку, что каким бы обаятельным ни был этот мерзавец и бандюган, как умело бы он ни усмирял мои гормоны, как бы ни старался быть хорошим, но я должна помнить, что он не так прост, как кажется, и никогда не забывать, что он, вероятно, приложил руку ко всем моим бедам, хотя устоять перед ним практически невозможно.

Вот и сейчас он задорно улыбается до ямочек на щеках и ведёт себя супермило. Даже завтрак сварганил! Кстати, вполне вкусный и полезный. Сам прибирает со стола, пока я допиваю чай.

– Чем хочешь заняться? – спрашивает у меня мужчина, заканчивая уборку.

Его взгляд блуждает по очертаниям моей груди, выдавая явный намёк, и я чувствую лёгкое волнение. Дурацкие гормоны! Дурацкое, абсолютно бесполезное, либидо! Давайте ещё влюбимся в самого неподходящего для этого мужика, которому совершенно нельзя доверять!

– Я бы погуляла… – вздыхаю грустно и отвожу взгляд.

– С ума сошла?

– Да помню я, помню, – ещё один тяжёлый вздох. – Но мне нужно побольше двигаться и дышать свежим воздухом.

– Эй, тебе плохо что ли? – Ярослав подходит ко мне и склоняется. В его обеспокоенном взгляде зарождается паника.

Я выдавливаю улыбку:

– Яр, расслабься. Я не собираюсь рожать прямо сейчас. У меня в запасе есть ещё три месяца.

– Словно, кроме родов, тебя не могут беспокоить другие проблемы!

Меня беспокоят, да. Но я не уверена, что когда-либо смогу поделиться ими с ним. Как-то странно обсуждать с первым встречным, совершенно незнакомым мужчиной, вопросы, связанные с беременностью. Да и не тянет он на эксперта в данной области.

– Ты можешь поделиться со мной любым переживанием, – говорит он. – Я умею держать рот на замке. Дальше моих ушей никуда, обещаю.

Взгляд прямой и чистый. Настолько честный, что мне отчаянно хочется поверить и довериться ему. Ну почему среди всего населения земного шара вселенная выбрала именно этот харизматичный и сексуальный экземпляр мужского пола в комплекте со слюновыделительной мускулатурой и стреляющим в самый центр трепещущего гормонами сердечка поведением, которое абсолютно не вяжется с образом развязного бандита, что предложил мне разделить с ним постель взамен на помощь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И как, чёрт возьми, я должна устоять перед соблазном, когда он вдруг коротко усмехается и заявляет: