Миледи и притворщик (СИ) - Ванина Антонина - Страница 83

– Куколка, я и сам до сих пор не могу понять, почему Лориан бесследно исчез. У меня только одна догадка, и то маловероятная. Может быть, его самолёт попал в грозовой фронт, молния ударила в двигатель, разрушила фюзеляж, и самолёт камнем упал в океан. Без сомнения, Лориан пытался справиться с управлением до последнего, но ничего не смог сделать. Рация из-за удара молнии вышла из строя. Думаю, Лориан не смог выбраться из кабины, когда самолёт резко пошёл ко дну. Поверь, куколка, он умер быстро, долго не мучился. И теперь он живёт в лучшем из миров. А мы с тобой без всяких приключений долетим до Эблая, а потом и Макенбаи, потому что никакого грозового фронта на горизонте нет.

Верить ли мне его обещаниям? После того, что было на взлётной полосе в Фонтелисе, я уже не могу безоговорочно полагаться на его слова.

До Эблая мы добрались за три часа. Никто здесь и не думал следить за моими перемещениями, и уж тем более, останавливать и не пускать на прогулку за пределами перрона. Островок и вправду оказался крохотным, крохотным настолько, что взлётно-посадочная полоса здесь заканчивалась у самой линии прибоя.

Пока я исследовала побережье, за моей спиной приземлилась пассажирская громадина с тромским флагом на фюзеляже. Мужчины, женщины и даже одна собака тут же высыпали на перрон.

Леон подал знак, что нам пора лететь, и я направилась к моноплану, как вдруг в стороне от меня в гомоне тромцев я отчётливо различила восторженный женский возглас: "Маркиза".

Это обо мне? Вот уж не думала, что меня узнают, да ещё и в таком своеобразном месте. Видимо, камера на шее придала мне максимальную схожесть с тем снимком, что издатель напечатал на титульном листе моего альбома.

– Маркиза Мартельская? Это и вправду вы, миледи?

Ко мне подбежала миниатюрная улыбчивая девушка с непослушными рыжими кудрями и очень редкими для тромки чертами лица, а рядом с ней на поводке вышагивала рыжая собака с закрученным спиралью хвостом.

– Эмеран, просто Эмеран, – смущённо улыбнулась я ей в ответ.

– А я Мия, – с изящным акцентом представилась она и продолжила восторгаться. – Поверить не могу! Вы и в таком месте. Я и не мечтала с вами встретиться. Знаете, меня так впечатлила ваша книга. Папа даже запретил мне лететь на Макенбаи, боится, что я возьму с вас пример и отправлюсь изведывать нехоженые тропы Сарпаля, а там меня обязательно похитят и продадут в гарем.

Тут её пёс ткнулся носом мне в ладонь, настырно заставляя себя погладить. Какой он мягкий и пушистый, почти как один мой знакомый серый пёс. А ведь у этого такие же пронзительные голубые глаза. Наверное, одной с ним тромской породы.

– Отец вам запретил, но вы всё равно здесь? – заговорщическим тоном спросила я девушку. – Наверное, не зря он волнуется, раз вы такая непоседливая.

– Папа всегда за меня переживает, – пожала она плечами.

– Что же вы так расстраиваете его и сбегаете из дома?

– Ну, – замялась Мия, глянув на меня светло-карими глазами из-под полуопущенных ресниц, – мы с мужем ему не сказали, куда летим отдохнуть. Он думает, что мы на севере империи.

– О, так вы замужем. И по-прежнему отчитываетесь о каждом своём шаге перед отцом?

– Мы молодожёны, так что Альвис тоже отчитывается. Но на этот раз решил схитрить.

Тут к нам приблизился высокий и худощавый молодой человек, на вид ровесник Мии. Он как-то странно посмотрел на меня, потом что-то резко и отрывисто сказал ей по-тромски, а девушка кокетливо надула губки и начала его о чём-то упрашивать. Молодой человек, видимо, тот самый Альвис, сдался и вынул из кармана пиджака записную книжку и ручку.

– Эмеран, пожалуйста, можно ваш автограф? – воззрилась на меня Мия одновременно озорным и молящим взглядом.

О, автографы у меня просили крайне редко, поэтому я от всей души вывела подпись на пол-листа и сопроводила её не самой оригинальной, но искренней надписью: " Плутовке Мии от авантюристки Эмеран".

– Ой, спасибо, большое! – возликовала она, – обязательно покажу маме, она так обрадуется, что я с вами встретилась.

Её супруг настойчиво взял Мию под локоть и повёл в сторону, а я успела только сказать на прощание:

– Передавайте привет маме.

– Обязательно. До свидания, Эмеран, увидимся на Макенбаи.

Ну да, конечно, её самолёт ведь летит на тот же остров, куда летим и мы. А она догадливая, раз решила, что я держу курс на Макенбаи, а не лечу оттуда обратно домой.

Тромские пассажиры собрались в круг поодаль от своего самолёта. Дружелюбный рыжий пёс Мии махал хвостом всем без разбора. Я смотрела на него и невольно вспоминала о тех днях в Сарпале, когда каждое моё утро начиналось с таких же приветливых виляний и пронзительного голубого взора. Даже не одного…

– Ну что, куколка, готова к финальному рывку?

Моноплан уже был готов к полёту, а тромским пассажирам ещё предстояло дождаться дозаправки и осмотра двигателей. Я в последний раз взглянула на пса, что напомнил мне о Гро, на его хозяев, и теперь настал мой черёд удивляться.

Один из попутчиков дружески похлопал мужа Мии по плечу, и раскатисто обратился к нему: "Господин Крог". Неужели тот самый Крог? Из той самой семьи потомственных тромских торговцев, в которой жила Шела Крог – величайшая путешественница в истории? Неужели я только что столкнулась с родственником моего кумира?

– Эми, ну так мы летим? – в который раз напомнил о себе Леон.

– Да… – растерянно отозвалась я, не решаясь выпустить из вида некоего Альвиса Крога.

– Ну, так пойдём, нам бы успеть приземлиться до заката.

– А этот тромский самолёт уже не успеет?

– Эта махина ещё и нас обгонит. Так что не будем терять времени.

– Конечно. Не будем.

Так я и упустила шанс познакомиться с человеком, который может лично знать мою вдохновительницу. Эх, а я бы и сама была не прочь взять у Шелы Крог автограф…

Уже в воздухе я рассказала Леону о необычной встрече на острове, на что он заметил:

– Я, когда увидел заметку в газете, что ты побывала в Сарпале, сразу подумал, наверное, Эми ещё раз прочитала книгу той самой Шелы и решила покорить новую вершину.

– Я ничего не решала. Так уж вышло.

– Зато ты ловко сориентировалась по ситуации. Я же знаю, какая ты пробивная. Мне этой твоей духоподъёмной целеустремлённости очень не хватало в последний год.

– Если честно, мне твоего твёрдого плеча тоже всё это время не хватало.

… если не считать двух недель в Жатжайских горах рядом с Шанти…

– О, что я слышу, – хохотнул Леон, – моя стальная куколка, наконец призналась, что не всё в этой жизни может сама и ей нужно крепкое мужское плечо?

– Абстрактное мужское плечо – нет. А вот твоё…

Всё-таки, не могу я долго сердиться на Леона. Даже, если он того заслуживает.

Я невольно посмотрела на него, он на меня. Кажется, между нами пробежала искра. Во всяком случае, я точно ощутила волнительное покалывание в теле, да и затуманенный взгляд Леона говорил об одном – этой ночью мы точно не будем спать.

Солнце уже клонилось к морю, небо багровело в закатных лучах, а вожделенной суши всё ещё не было видно на горизонте.

– Где Макенбаи? – начала я волноваться.

– Скоро покажется, – лениво отозвался Леон.

– В какой хоть стороне?

– Где-то впереди.

Его ответ навёл меня на нехорошие подозрения.

– Ты ведь никогда раньше не летал в этих краях?

– Ни разу, – охотно подтвердил он.

– И ты точно не знаешь, где находится Макенбаи?

– Эми, ну за кого ты меня принимаешь? Вот карта, вот Макенбаи. Всё я знаю.

Он подвинул мне хрустящий лист бумаги, но меня этот жест не убедил.

– То карта, а тут реальный ландшафт. Куда нам лететь? Может, надо взять правее? Или левее?

– Куколка, ну что ты так волнуешься? Сейчас солнце сядет, на Макенбаи включат огни на полосе, вот на них и полетим.

О, боги, с кем я связалась… Нет, раньше я точно не замечала за Леоном такой безалаберности. Даже если он сейчас просто надо мной подшучивает, то зря – после гибели Лориана я не способна понимать шутки на авиационные темы.