Осколки-кровоточащие звезды (СИ) - Шторм Милана - Страница 7

— Брось, Айн! Ты «просто» приходишь сюда в свободное время, а потом идешь к сестре, чтобы вытащить ее из лап Лека, — глядя на ошалелое лицо Айна, Фаон широко улыбнулся и пояснил: — Я все-таки твой ведущий. И по роду своих обязанностей должен знать, что происходит с моими людьми.

— Раньше я твоего внимания не замечал, — смущенно пробормотал Айн.

— Потому что его не было. С тобой возился Салерно, — ответил ведущий звена. — А теперь его нет.

Айн моргнул.

— Риксом… зачем он это делал? Ведь я летаю не лучше других. Но он упрямо таскал меня на тренировки. Даже на Хорру с собой взял.

Фаон пожал плечами.

— Не знаю я. Без обид, Морино, но пилот из тебя посредственный по моему мнению. Так что ответа на твой вопрос я дать не могу. Ты лучше скажи мне: я ведь прав? Ты отсюда собирался идти к сестре?

Айн скривился, но кивнул. Слова о посредственности резанули самолюбие.

— И что с того? — ему вдруг пришло в голову, что разговор ведущий зеленых завел неспроста.

Фаон почесал щетину на подбородке, в которой поблескивали серебристые седые волоски.

— Ты потерял друга, Айн, — проговорил он. — Потерял того, кто был твоим наставником. Вот уже два месяца ты бродишь по Пределу неприкаянной тенью, и мне показалось, что тебе нужна компания. Не только сестры, понимаешь?

Айн почувствовал, как в его груди разливается тепло благодарности.

— Спасибо, Род. Приятно знать, что кому-то… — он замялся, а потом его взгляд нашел одного из механиков, который, не обращая внимания на двух «зеленых», копался в истребителе с красной «5» на обшивке, — не плевать.

«Пусть и по роду службы», — хотел добавить он. Но не стал.

— Никому не плевать. И не ты один потерял друзей: во время обороны Предела погибло десять истребителей, если помнишь. Ты тот еще Бешеный, но что-то такое в тебе есть. Если бы ты внимательнее смотрел по сторонам, то увидел бы, что в твоем звене есть парочка парней, которые не прочь с тобой выпить. А Вижера — и не только выпить, — Фаон подмигнул.

Вижера — «зеленый-три», жгучая брюнетка с выдающимися формами — действительно довольно часто оказывалась рядом, норовя задеть его плечом, а то и своей необъятной грудью, но Айн не придавал этому значения.

— Я над этим подумаю… чтобы начать смотреть по сторонам. Еще раз спасибо, Род, но мне пора.

— Обращайся, — ведущий снова подмигнул.

Шагая по широким коридорам базы, Айн думал о Вижере. Точнее, о ее попытках привлечь к себе внимание. Безуспешных и с самого начала обреченных на провал. Просто потому, что на Последнем Пределе жила Ней.

Потому что Риксом Салерно был мертв.

И пусть сейчас Нейра утопает в своем горе, нещадно гоняя своих ребят на тренировках, однажды она с этим справится.

И Айн должен оказаться рядом.

Обязан оказаться рядом.

Задумавшись, он свернул в одно из ответвлений бесконечных коридоров (указатели подсвечивались, но следуя почти каждый день одним и тем же маршрутом, Айн перестал их замечать) и нос к носу столкнулся с той, о ком только что мечтал.

Нейра, очевидно, тоже была погружена в свои мысли, потому что столкнулись они буквально. Нос к носу — Ней лишь на пару сантиметров уступала ему в росте.

— Глаза проверь сходи, придурок! — окрысилась Нейра, отпрянув.

— Прости… — Айн остался стоять на месте.

Нужно что-то сказать. Что-то такое, что заставит ее увидеть в нем не просто рядового предельца. — Я… задумался.

Великолепно! Весьма незаурядное выражение! Хотя, с его репутацией Бешеного, звучит довольно оригинально. Наверное.

Ней мрачно уставилась на него.

— Надо сказать Лексу, чтобы распорядился поправить освещение. Я тебя вообще не заметила, — сказала она вполне миролюбиво.

— Ага…

Еще одно глубокомысленное замечание! В последний раз он так терялся, когда болел Алирой Северин, но она была старше его на пять лет, а ему было всего пятнадцать, когда он начал сохнуть по ней. Тогда его нерешительность была нормальной — он был мальчишкой… но, проклятый космос, сейчас-то ему тридцать три! И Нейра младше его, пусть и всего на год! Почему он теряется рядом с ней, будто она сейчас начнет его отчитывать за неподобающее поведение!

Пока он ругал себя за косноязычие, Нейра, очевидно, решила не терять времени и отправиться по своим делам. Она обогнула Айна и вот-вот должна была исчезнуть из поля зрения, когда Айн понял что мучило его уже давно.

Один животрепещущий вопрос, на который Ней должна была знать. Чем повод не поговорить с ней подольше?

— Ней! — окликнул он.

— Чего тебе? — она остановилась и повернулась к нему вполоборота.

Айн же не хотел разговаривать с расстояния десяти шагов. Он подошел к ней и посмотрел прямо в ее глубокие темно-карие глаза, которые тогда, в фургоне на Кронте, свели его с ума в одну секунду.

— Почему я? — спросил он.

Нейра оскалилась.

— Говори яснее, Морино. Причем тут ты?

— Почему я? — с нажимом повторил Айн. — Почему Вилт? Почему Лия? Вы вцепились в нас, стоило нам шагнуть на Последний Предел. Вы сделали нас чем-то особенным. Вы сделали нас своими друзьями! Риксом учил меня, был моим наставником, хотя я — всего лишь посредственность. Вилт… я абсолютно уверен, что для твоего брата он стал, как минимум, хорошим приятелем, а о Лие я вообще молчу. Шутка ли — личная помощница. И тоже — друг. Почему мы? Ответь мне, Ней! Я понимаю, что ты меня ненавидишь сейчас: Риксом красовался и разговаривал со мной, перед тем как погибнуть. Но я хочу знать: почему вы вцепились в нас, будто мы единственные люди на Последнем Пределе, кроме вас?

Нейра сощурилась, холодно глядя на него. Потом ее взгляд немного потеплел.

…она была так близко… он чувствовал запах ее тела…

— Ты не понимаешь, да?

Айн качнул головой.

Она поджала губы и опустила взгляд.

— Вы… были так похожи на нас… брат с сестрой, которых спас друг семьи. Лекс сразу усмотрел в этом какой-то знак. Вы будто были нашим отражением… за исключением того, что вы не были знатью. И это тоже казалось ироничным кивком судьбы в нашу сторону, ведь сейчас мы — никто, — губы Нейры задрожали. — Конечно, у тебя, как у «олицетворения Лекса» нет погибшей жены, но это — единственное различие. А так — все сходится до мелочей. Даже твой характер…

Айн нахмурился. Он совершенно не считал себя похожим на Лека! Наоборот, более не похожего на него человека еще надо поискать!

— И… я не ненавижу тебя, Айн. Мне просто… — она сжала губы в тщетной попытке не расплакаться, — больно смотреть на тебя. Ты не виноват в его смерти. Совершенно не виноват, — голос ее стал тонкий, и Айн понял, что она на грани слез. — Риксом погиб, потому что… потому что он… был…

Ее лицо исказила гримаса страдания.

Не понимая, что он делает, Айн шагнул к ней и неуверенно обнял за плечи, опасаясь, что она сейчас его оттолкнет.

Но она не оттолкнула.

Уткнувшись лбом в его плечо, она вцепилась в него и горько разрыдалась.

Боясь пошевелиться и еще больше боясь поверить в то, что происходит, Айн посмотрел на ее склоненную к его плечу голову и обнаружил, что ее волосы — не светлые: корни отросли. Темно-каштановые корни.

Айн всегда любил блондинок. Алира Северин была блондинкой. Лили, его подружка, с которой он время от времени приятно проводил время, во времена Солля, тоже была светленькой. Даже Долла, девочка с Хорры, имела платиновую шевелюру.

А Нейра — красила волосы. Очевидно, по привычке: на Ровелле вообще была странная мода.

Айн осторожно, почти невесомо прижался губами к ненастоящим светлым волосам Нейры, понимая, что ему абсолютно все равно.

Он любит эту женщину.

И любит он ее не за внешность.

— Почему вы мне раньше не рассказывали? — спросила Лия.

Айн пожал плечами.

— Да как-то повода не было. Просто я тут подумал… ты должна знать: если бы шанс выжить был, он бы сделал все. Это же Вилт.

Лия долго молчала, кутаясь в шаль.