24 дня на любовь (СИ) - Ланвин Кира - Страница 12

— Максим? — удивилась я, широко распахнула глаза, обернулась и вновь посмотрела на человека перед собой. — Ты издеваешься? Только не говори, что и в этот раз всё получилось случайно.

— Не скажу. Проходи, — сказал он, приглашающе распахивая дверь.

Я ещё раз оглянулась, скорее по привычке, и шагнула внутрь. Услышала, как щёлкнула дверь позади. Развернулась к Максиму.

— Ты действительно хочешь чтобы я с чем-то помогла? Или это просто какая-то шутка? Если второе, то я пойду. Времени на развлечения у меня нет.

— Ну нет, ничего убирать здесь не нужно. Просто побудь здесь пару часов.

Его прическа изменилась. Длинная челка исчезла, густые черные волосы стали короче. Выглядел он уже не таким усталым и даже глаза будто стали чуть светлее, не черные, а карие с темно-зелеными крапинками. Или это лишь игра света? Я не могла не смотреть на него, и это мешало, отвлекало от дел, что были запланированы. Мы уже не дети, все изменилось. И мужчина передо мной вовсе не тот, кого я знала раньше. Теперь и он и я другие.

— Нет, — ответила я и дернула ручку. Дверь поддалась.

— Лиза, подожди. Не уходи. Прости за то, что вчера наговорил тебе. Я не ожидал, не надеялся встретить тебя. Не убегай, — мягко произнес он, вставая между дверью и мной. Максим показался таким родным, будто и не было этих лет порознь. — Давай просто поговорим. Я ведь даже не знаю, как сложилась твоя жизнь после… — он на мгновение запнулся, нахмурился, но вскоре продолжил. — После моего отъезда.

После того, как он выбрал другую? Он это не смог сказать?

— Тебе это интересно? — мои брови взлетели, но дверную ручку я отпустила.

— Да. Пойдем, скоро привезут еду. Посидим немного, пообедаем.

И надо бы уйти прямо сейчас. Ни на что не соглашаться. Он уже однажды сделал свой выбор. Осознанно. Так зачем сейчас о чем-то говорить? Мне совсем не хотелось знать, как Максим жил с другой, женился, может быть, а может и нет. Вот только ближайшие часа три я была свободна и компания Макса далеко не самая худшая из возможных. Мне точно ничего не угрожает. Какими бы ни были наши обиды, вредить друг другу мы не станем. А раз так — бояться нечего. В глубине души шевельнулась спрятанная тоска, но я уже давно спокойно с ней жила и могла запрятать её ещё дальше. Ведь чувства к этому человеку мне не нужны, и их не будет. Больше никогда.

Я разулась и пошла за ним вглубь дома.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты ведь тут один живёшь? — спросила я, рассматривая обстановку в доме.

Красивый, теплый, комфортный, но слишком большой дом для одного человека. Несмотря на декор, мягкие ковры и приятные цвета — всё казалось безжизненным. Сюда бы отлично вписалась семья с маленькими детишками.

— Да, — ответил Максим, останавливаясь в прихожей. — Можешь не беспокоится: из шкафа никто не выскочит.

Он сел на большой бежевый диван, ближе к его краю. Я присела с противоположной стороны, бросила рюкзак на пол и, достав телефон, положила его рядом с собой. Проверила время — пока торопиться некуда.

Диван мне сразу пришелся по душе. В его подушки хотелось упасть, провалиться и выспаться. Сама гостиная располагала к отдыху. А может, об этом кричала хроническая усталость, а вовсе не мягкий светлый ворс ковра, так уютно обволакивающий ноги, и не такой же мягкий диван, обнявший тело, и не покачивающиеся, словно убаюкивая, высокие кусты за окном.

— Ха-ха, — ответила я и вдруг вспомнила. — Я же куртку тебе вернуть должна. Совсем забыла и про нее, и про адрес, что ты называл.

— Да забудь про неё. Можешь не возвращать.

— Да нет, я как-нибудь принесу, — настойчиво произнесла я. — Часто ведь бываю рядом.

Макс закинул руку на спинку дивана. То и дело смотрел на меня, не скрывая интереса.

— Как хочешь, — пожал он плечом. — Знаешь, Лиза. Внешне ты почти не изменилась. Стала только красивее. И прическа тебе эта идёт, — заметил Макс, уголки губ которого чуть приподнялись. — Я помню твои длинные волосы. И помню, как их дёргали всякие идиоты и ты бегала за ними.

Я опустила голову на спинку. Немного расслабилась и спокойно рассматривала Макса. Да, было дело.

— И ты мало изменился. Всё такой же. Будто не виделись всего пару месяцев, — ответила я и покачала головой. — И я помню свои косы. Между прочим, это очень больно и неприятно, когда дёргают за волосы. Как хорошо, что ты был одним из тех ребят, кто никогда так не делал. И как плохо, что вас, адекватных, было так мало.

— Я и без этого мог с тобой общаться, — и снова уголок губ приподнялся, взгляд смягчился.

— Это да, точно, — согласилась я.

Говорить об этом не так просто. Одна картинка цепляет множество других, и вот уже в памяти, кадр за кадром, как в ускоренном режиме, проносится фильм под названием «Жизнь до». И как тут сдержать эмоции? Я решаю переключить внимание. Тема неприятная, но не обходить же её стороной?

— Как мама?

Максим еле заметно меняется в лице. Во взгляде появляется грусть и он сразу разрывает зрительный контакт, смотрит в сторону.

— С ней всё хорошо. Живёт теперь в городе. Почти так, как всегда хотела, — невесело говорит он.

Я сама не поняла, как с губ слетели слова. Я ведь лучше других знала, как это важно для Макса и как болезненно… Но, вспомнила вчерашние его тычки, беспричинные упрёки и ответила тем же. Не он один умеет делать больно. И сразу пожалела, заметив, что попала в цель.

— Ого. Что, исполнил её мечты о богатой жизни, а она не изменила своего отношения? Так и не оценила твоих трудов? — с лёгкой насмешкой заметила я. Лучше бы промолчала. Это слишком грязный ход.

На мгновение в его лице мелькнула детская растерянность и тут же исчезла. Мне стало невыносимо стыдно. Нервы надо лечить, а не сеять негатив. Макс холодно посмотрел на меня, словно разглядел что-то новое, и это новое ему не понравилось. Оно не нравилось и мне, абсолютно, но последние годы выдались тяжёлыми. С броней пришло много всего другого, часто ненужного и неприятного. Но это теперь такая же моя часть, одна из граней. Пусть привыкает, если намерен и дальше узнавать. Температура в комнате упала на несколько градусов. Даже пушистые ёлочки за окном задрожали сильнее.

— Да. Я так и остался для неё никем, — спокойно ответил парень и вновь поймал мой взгляд. — Но я не удивлён. А как твоя?

Я пожала плечом, снова устыдившись за свой выпад. Я ведь не такая… Была не такой.

— Она живёт всё там же. Кажется, у неё кто-то появился. Не знаю точно, мы редко общаемся.

Максим кивнул и вдруг встал с дивана, сделал несколько шагов и оказался рядом. Сел так близко, что наши колени теперь почти соприкасались и я непроизвольно отклонилась назад. Его настроение изменилось. Он уже поймал волну, которую я запустила своей издевкой.

— Так мне нравится куда больше. Не люблю дистанцию и тратить время впустую — хмыкнул он, а в глазах вспыхнул злой огонь. — А как насчёт твоих желаний? Всё воплотила в жизнь? Или с лёгкостью забыла, променяла на что-то другое. Кого-то другого… Он того стоил? Деньги всё решили?

— Так. Нормального разговора, видимо, не получится, — вздохнула я деланно спокойно, стараясь сохранять нейтральный тон.

— Почему же? Мы вроде хорошо общаемся. О важном. Как старые добрые друзья. Да? Мы же друзья, Лиза? Я думал, между нами было нечто большее, но, похоже, обманывал сам себя. Ведь так?

— Было. И ты с лёгкостью всё разрушил. Мы не друзья и не станем ими. Не обольщайся, — я снова злилась. Это было проще всего.

Диван уже казался каменным и неудобным. Надо бы встать, послать куда подальше Макса с его шизофренией. Надо же, как всё обернул. Теперь, значит, я виновата? Должна была ждать, пока он наиграется с другой девушкой и соизволит явиться за мной?

— Ты псих, Макс. Может, к мозгоправу обратишься? — с деланным сочувствием предложила я и выпрямила спину.